«Россия обретает идеологию»: Роман Носиков рассказал об особом русском ESG

Общество

Колумнист ФАН Роман Носиков рассуждает, что для России значит модный иностранный термин ESG. Напоминаем: данная статья является исключительно мнением автора и может не совпадать с позицией редакции.

«Мы отдаем себе отчет в том, как развивается мир, куда он движется и что является базовыми критериями для инвестиционных потоков сегодняшнего дня. Вот этот показатель ESG - это такой комплексный показатель того, как государство предполагает свое развитие на ближайшую среднесрочную и более отдаленную перспективу», - произнес президент России Владимир Путина на заседании инвестиционного форума ВТБ «Россия зовет!»

У русского человека с некоторых пор выработался рефлекс: если начальство начало употреблять иностранные аббревиатуры - жди беды. Расслышали пока не все. Но те, кто расслышал, уже напряглись.

С крайней осторожностью призывает относиться к новой входящей в моду аббревиатуре профессор кафедры экономической и социальной географии России географического факультета МГУ Наталья Зубаревич:

«Из экологии следуют социальные последствия и риски. [...] Для металлургии социальный риск проецируется в доходы бюджетов регионов. [...] Если у вас возникают дополнительные издержки по выплате углеродного налога - это снижение доходов бюджета. [...] По углю картина гораздо печальнее. [...] У нас все, что на Восток, начиная с Кузбасса, - это угольная генерация в основном. И быстро там ничего не поправишь, это гигантские средства на модернизацию. [...] У меня вопрос к тем, кто делает стратегии в России: вы реально хорошо подумали?»

О чем это она?

Дело в том, что ESG не случайно похож на ЕГЭ. Это он в каком-то смысле и есть. Но не для людей - для предприятий.

ESG - это Environmental, Social and Governance - экология, социальность и управление.

То есть система оценки предприятия, его инвестиционной и кредитной привлекательности и других крайне важных для бизнеса показателей по этим трем параметрам.

Для тех, кто с расширенными от изумления и ужаса глазами следит за современными западными трендами, картина выглядит вполне апокалиптично: по российским лесам и равнинам несется орда трансгендеров и меньшинств, стремящихся превратить в себя последних сохранившихся рабочих, а впереди на мертвой лошади (живые оставляют углеродный след) едет синеглазая Грета Тунберг с заиндевевшими торчащими в разные стороны косичками.

И если бы Россия была Западом, то у них были бы все основания впадать в ужас и ждать от новой аббревиатуры углеродных налогов, уничтожения памятников Ермаку и Суворову, гендерных квот в правлениях компаний, а также обязательной замены новогоднего корпоратива ЛГБТ-оргией с участием бухгалтерии и отдела продаж.

Но, к счастью, Россия не Запад.

Поэтому у нас никогда не будет, как у них.

Никогда.

Христианство мы приняли. Но ни с католичеством, ни с протестантизмом у нас не сложилось. Вместо этого вышло даже как-то наоборот - место протестантов, то есть реформаторов, в российском социуме заняли старообрядцы, не принявшие реформ Никона.

В век Великих географических открытий открытия у нас были, а колониализма не было. Вместо приобретения колоний мы просто увеличили свою страну и приобрели не рабов, а сограждан. Пока западные люди, изнемогая под своим бременем, искали правильное моральное обоснование для работорговли, наши предки решали, что сказать чужаку, как себя с ним вести, чтобы он встал с ними в один строй.

Потому что денег у нас уже тогда не было.

В век больших коллективов и массовых идеологий, когда вся Европа болела фашизмом, мы создали свой русский коммунизм. И хотя коммунистический проект тоже сопровождался репрессиями и зашел в тупик, мы, во-первых, вынесли из него много полезного, а во-вторых, не только не присоединились к позору Европы, но и вышли на один из высших пиков нашей исторической судьбы - победили фашизм и открыли дорогу в космос.

И это все потому, что мы всегда решаем совершенно иные задачи и с иными ресурсами, нежели Европа, находясь при этом не на более низком культурном уровне развития. Так Господь решил.

Я абсолютно уверен, что русская судьба - она и тут победит.

И мне кажется, что наш президент считает так же и рассчитывает на то же самое.

Вот, что он сказал о нашем русском понимании новых модных критериев:

«Конечно, в центре внимания подобного развития должен находиться и находится человек. Российская Федерация отдает себе в этом отчет. И не только потому, что хочет быть в тренде, но потому что в основе нашей политики, вся наша политика строится вокруг человека. Во всяком случае, мы пытаемся это делать».

Проще говоря, в основу критерия «социальность» будут положены не права «трансформеров», а просто права людей. Рабочих оцениваемого предприятия. Размеры их зарплаты. Социальные пакеты. Отпуска. Санатории. Ясли и детские сады.

Ну, помните, как раньше было на предприятиях при СССР? Соблюдение трудового законодательства. Статистика несчастных случаев на производстве. Текучка кадров. Наличие трудовых споров.

Хочешь хороший процент по кредиту? Хочешь хорошие рейтинги облигаций и акций? Заботься о рабочем. Дари цветы бухгалтерии. Не хами. Улыбайся. Будь вежлив, честен. Будь лидером, а не барином. И инвесторы с банкирами к тебе потянутся.

Кроме того, в условиях демографического кризиса перед Россией стоят две важнейшие задачи. Первая - обеспечить максимальное развитие каждого человека и его творческого потенциала. Вторая - обеспечить повышение рождаемости. А рождаемость не поднять, если в нее инвестировать только деньги. В нее нужно инвестировать женщину.

То есть я предполагаю, что наличие собственных школ, ПТУ, курсов повышения квалификации, гарантий семейным сотрудникам, специальных гарантий женщинам будут оцениваться особо.

Так гладко, наверное, все же не выйдет. Но идея хорошая. Стоит того, чтобы попробовать.

Что же касается экологичности и управления - то тут все еще проще. Послушаем президента?

«Это значит, что мы должны о них (экологических системах. - Прим. ФАН) заботиться больше, бороться с пожарами лучше, высаживать новые леса там, где они уже сведены, и так далее, - заявил Путин. - Весь этот комплекс, включая и модернизацию экономики, переход к полной цифровизации, - все это в целом позволяет нам говорить о том, что мы целиком и полностью не только поддерживаем все критерии устойчивого развития, которые были сформулированы на площадке ООН, но и принимаем самое активное участие в работе с другими странами».

Мы не принимаем чужие правила игры. Мы, наконец-то, создаем собственные. И это правильно. Так и должна поступать Россия - великая держава ближайшего будущего.

То есть русский ESG - это русская природа, русский человек, русский чиновник и русский искусственный интеллект.

Немного Лукоморья и Тридевятого царства, немного «Гостьи из Будущего», немного «Понедельник начинается в субботу», чуть-чуть «Гимназистки румяные» и еще немного «Терминатора».

Вот такое оно - русское будущее.

Мне так кажется.