Маленькая помощь Гитлеру от маленьких государств

Общество

Фотографии в данной статье не предназначены для пропаганды идей нацизма и используются исключительно в ознакомительно-исторических целях.

В этом году исполняется 80 лет заключению Договора о дружбе между Турцией и Третьим рейхом, и таким образом тогда страны Европы окончательно разделились на тех, кто воевал за и против Гитлера, а также на те, которые назывались нейтральными, но фактически оказывали помощь Германии поставками сырья и товаров, а также отправкой добровольцев в СС и вермахт. Правильнее страны Европы, не принявшие участие в боевых действиях, было бы называть не нейтральными, а переменчивыми, так как весьма условный нейтралитет они занимали только в 1939-1940 годах, в 1940-1943 годах фактически выбрали прогитлеровскую ориентацию, а в 1943-1945 годах стали занимать антигитлеровские позиции. И это - те самые страны Европы, которые и тогда, и сейчас не устают клясться в своей преданности идеалам свободы и демократии.

Так как немецкоговорящие граждане составляют большинство населения Швейцарии, то интерес к событиям в Третьем рейхе в этой стране был всегда. При этом президенты Филипп Эттер и Марсель Пиле-Гола публично выражали одобрение политики Гитлера. Последний 1 июля 1941 года во время своего официального визита в Берлин в качестве главы МИД назвал нападение на СССР «действием в интересах всей Европы». За год до этого он, будучи президентом страны, поздравил Гитлера с победой над Францией, заявил о необходимости установления в Швейцарии авторитарной демократии и дважды встретился с местными нацистами. Командующий швейцарской армией генерал Анри Гизан восхищался Муссолини и заявлял, что «он знает, как объединить силы нации». В стране официально действовали нацистские организации типа Швейцарского патриотического союза и Швейцарской фашистской федерации.

Уроженец Германии, перебравшийся в Швейцарию во время Первой мировой войны, Вильгельм Густлофф официально зарегистрировал швейцарское отделение НСДАП (партии Гитлера). Нам больше известен огромный круизный лайнер, который был назван в честь него и чье торпедирование 30 января 1945 года стало крупнейшей победой советских подводников. Однако Густлофф известен еще и тем, что удостоился самых роскошных похорон в истории Третьего рейха. Он был фанатичным нацистом, прославившимся фразой:

«Если Гитлер прикажет мне сегодня вечером в 6 часов застрелить жену, то в 5:55 я заряжу револьвер, а в 6:05 моя жена будет трупом».

Его самого пристрелил 4 февраля 1936 года в Давосе югославский студент Давид Франкфуртер, обучавшийся в Берне. Причину убийства он объяснил так:

«Я стрелял потому, что я еврей».

При этом все еврейские СМИ осудили убийство, опасаясь ухудшения в результате его положения евреев в Третьем рейхе. Они были правы, и от массовых погромов немецких евреев тогда спасло то, что Густлофф отправился на тот свет накануне открытия зимних Олимпийских игр в немецком Гармиш-Партенкирхене и в Третьем рейхе находилось множество иностранцев. Групповые избиения евреев на их глазах привели бы к лишению Германии права на проведение летних Олимпийских игр в Берлине.

Однако факт убийства нациста евреем мог стать прекрасной иллюстрацией выдумки Гитлера о всемирном еврейском заговоре против немецкого народа. Поэтому было решено организовать похороны Густлоффа с огромным размахом. В стране был объявлен трехдневный траур. За его телом в Швейцарию был отправлен специальный поезд с двумя вагонами венков от различных немецких городов и организаций, а между ними - вагон с открытыми окнами и открытым гробом с фюрером швейцарских нацистов. Поезд проехал через всю Германию до родного города Густлоффа - северогерманского Шверина. Над ним постоянно кружили самолеты. На всех вокзалах поезд останавливался и проводился митинг. Тысячи людей выстраивались вдоль железнодорожного пути, чтобы проводить в последний путь того, кто был почти неизвестен за пределами Швейцарии до своей смерти. Его именем были названы улицы, площади и мосты во многих городах Германии. Во всех школах провели урок «Вильгельм Густлофф, убитый евреем». В Шверине толпы людей стояли на всем четырехкилометровом пути от вокзала до могилы. На ней был установлен четырехметровый гранитный обелиск, на котором готическим шрифтом было высечено имя вождя швейцарских национал-социалистов. Позже вокруг был построен целый мемориальный комплекс. Все это снесли вскоре после мая 1945 года, так как Шверин оказался в советской оккупационной зоне.

Давида Франкфуртера за убийство швейцарский суд приговорил к 18 годам тюремного заключения, а в июне 1945 года его оправдали, выпустили на свободу и выплатили денежную компенсацию, хотя никаких новых обстоятельств выявлено не было. Из страны Франкфуртера, правда, депортировали, очевидно, потому что он служил живым напоминанием о «беспристрастности» швейцарского суда, который выносит приговоры в зависимости от политической обстановки.

Впрочем, это был уже не первый случай такой «объективности». 10 мая 1923 года в Лозанне гражданин Швейцарии и бывший белогвардеец Морис Конради убил советского дипломата Вацлава Воровского и ранил двух других, а швейцарский суд его оправдал на том основании, что его отец умер дома после избиения в ЧК, а брат был расстрелян чекистами. СССР отреагировал принятием Декрета о бойкоте Швейцарии, в соответствии с которым не только разрывались все отношения с этой страной, но и запрещались посещения советской страны всем гражданами Швейцарии, кроме представителей рабочего класса. Дипломатические отношения были восстановлены только в 1946 году.

Как известно, Швейцария - страна вечного нейтралитета и после начала Второй мировой войны она первоначально его соблюдала. Благо делать это было легко ввиду того, что с сентября 1939 года по май 1940 года у ее границ шла так называемая Странная война. Немцы сидели в окопах позади укреплений линии «Зигфрида», но не стреляли во французов и англичан, сидящих в окопах позади линии Мажино. Те отвечали взаимностью. Артиллерия тоже не стреляла, воздушных боев не было.

С началом немецкого наступления ситуация изменилась. Уже в его первый день - 10 мая 1940 года - ВВС Швейцарии вытеснили из своего воздушного пространства немецкий бомбардировщик «Хейнкель-111», а другой - «Дорнье-17» - был поврежден огнем швейцарских истребителей и едва дотянул до аэродрома в Австрии. Интересно, что в боях принимали участие только самолеты немецкого производства, так как основу ВВС Швейцарии составляли 88 истребителей «Мессершмитт-109», закупленных в Германии. Причем последние из них прибыли в Швейцарию в марте 1940 года.

16 мая бомбардировщик «Хейнкель-111» был обстрелян двумя швейцарскими истребителями. Радист и бортстрелок выпрыгнули с парашютами, а пилот и штурман посадили подбитый бомбардировщик в окрестностях Цюриха и попытались скрыться. В итоге все четверо были задержаны. Еще один немецкий бомбардировщик был сбит над городом Леньером 1 июня. В этот же день была атакована группа из 36 немецких самолетов, бомбивших французский Гренобль и на обратном пути нарушивших воздушную границу Швейцарии. Немцы приняли швейцарские истребители «Мессершмитт-109» за свои, что позволило швейцарцам занять выгодные позиции для атаки и в итоге сбить три бомбардировщика. Спасшиеся при помощи парашютов их экипажи попали в плен к французам, что позволило командованию немецких ВВС утверждать, что швейцарцы атаковали их самолеты над территорией Франции. На следующий день очередной немецкий бомбардировщик «Хейнкель-111» был принудительно посажен на аэродром возле швейцарского города Ивердона.

Командующий 5-м авиационным корпусом Люфтваффе генерал-лейтенант Роберт Риттер фон Грейм лично разработал операцию возмездия. 4 июня бомбардировщик «Хейнкель-111» нарушил швейцарскую границу севернее городка Ла-Шо-де-Фона и заманил 12 преследующих его швейцарских истребителей во французское воздушное пространство, где их внезапно атаковали 28 немецких самолетов. Однако план не сработал, и швейцарские летчики сумели сбить бомбардировщик и два истребителя немцев и вернуться в Швейцарию. При этом они потеряли только один самолет, пилотируемый лейтенантом Робертом Рикенбахером. По этому поводу по радио выступил доктор Геббельс и сообщил:

«Нейтральная заграница пресмыкается перед нами, теперь к ней добавились Румыния и Югославия. И только Швейцария постоянно демонстрирует свою наглость и сбила два наших самолета. За это мы сбили четыре ее самолета и к тому же направили ей резкую ноту протеста».

Было решено уничтожить швейцарские самолеты на земле, и для этого была создана диверсионная группа из восьми немцев и двух швейцарцев, живущих в Германии. Однако она была разоблачена 6 июня прямо на границе и выдворена обратно. 8 июня немцы, окончательно наплевав на нейтралитет Швейцарии, решили разбомбить ее аэродромы, и в ее воздушное пространство вторглись бомбардировщики в сопровождении 32 истребителей. По пути к цели они сбили швейцарский деревянный самолет-разведчик EKW C-35, но он успел сообщить о вторжении, и на перехват вылетело 12 швейцарских истребителей. В завязавшемся бою были сбиты три немецких истребителя, а у швейцарцев был вынужден совершить аварийную посадку раненый обер-лейтенант Рихард Хомбергер. Немецкие самолеты отступили.

После этого противостоянием с ВВС Швейцарии заинтересовался Гитлер и вызвал к себе генерала фон Грейма. Тот сумел произвести благоприятное впечатление на фюрера, и его карьера резко пошла вверх. 25 апреля 1945 года он вместе с известной немецкой летчицей Ханной Райч сумел прилететь в окруженный советской армией Берлин на встречу с Гитлером, приземлив самолет на автостраде у Имперской канцелярии. На следующий день Гитлер присвоил ему звание генерал-фельдмаршала и назначил командующим Люфтваффе вместо Германа Геринга. 30 апреля Райч и фон Грейм сумели вылететь из Берлина. Их полет привлек внимание всего мира, так как многие решили, что на последнем самолете из Берлина улетел Гитлер. Фон Грейм командовал Люфтваффе меньше двух недель и 9 мая сдался в плен американцам, а 23 мая узнал, что его выдают СССР, и ночью покончил жизнь самоубийством, отравившись ампулой с ядом, которую ему дал Гитлер.

Неизвестно, чем бы закончились попытки наказания швейцарских пилотов, но 17 июня Франция прекращает боевые действия, и немецкие войска выходят на франко-швейцарскую границу. Швейцарское правительство сразу же запрещает атаковать немецкие самолеты, вторгающиеся в ее воздушное пространство. Правда, и атаковать было уже некого - война на Западном фронте прекратилась на четыре года. К тому времени на аэродромах Швейцарии находилось уже девять немецких самолетов из числа вынужденно севших или принудительно посаженных: три «Хейнкеля-111», по два «Дорнье-17» и «Мессершмитта-110» и по одному «Гота-145» и «Бюкеру-131». Все они были возвращены Третьему рейху, вернулись домой и захваченные немецкие летчики. Правда, находившиеся в Швейцарии французские пилоты и самолеты тоже были возвращены, но немцы против этого не возражали, так как Франция в то время была почти союзником Третьего рейха. Подробнее об этом - в статье ФАН «На чьей стороне была Франция во время Второй мировой войны».

Война снова начала бушевать у границ Швейцарии в 1944 году. В начале марте 1944 года швейцарские истребители сбили американский бомбардировщик, а второй заставили приземлиться. Американская авиация подтвердила свою верность традиции, сохранившейся до наших дней: при бомбардировке страны «одаривать» авиаударами и соседние страны. 1 апреля 1944 года бомбовым ударам был подвергнут швейцарский город Шаффхаузен. Погибло 59 человек, более 400 были ранены, около 500 остались без жилья. Согласно официальной американской версии, у бомбардировщиков целью был город Людвигсхафен-на-Рейне, но они сбились с курса из-за плохой погоды. Многие швейцарские историки уверены, что это ложь, так как Людвигсхафен находится в 235 километрах от Шаффхаузена, и так сильно ошибиться невозможно. Причиной бомбардировки Шаффхаузена они считают наличие там промышленных предприятий, которые поставляли свою продукцию и электроэнергию в Третий рейх. Президент США Франклин Рузвельт принес свои извинения, а его правительство выплатило 1 миллион долларов компенсации, но это не уменьшило возмущение швейцарцев от гибели их соотечественников. 13 апреля 1944 года швейцарский летчик в родном небе уничтожил американский бомбардировщик, несмотря на то, что он выпустил шасси, что означало согласие на принудительную посадку. Погибли семь американцев. После этого в октябре 1944 года США выплатили еще 3 миллиона долларов компенсации. Из-за трагедии в Шаффхаузене в приграничных районах Швейцарии открыли бомбоубежища и стали объявлять воздушную тревогу. Многие швейцарцы стали рисовать национальные флаги на крышах своих домов. Но это не помогло. 22 февраля 1945 года бомбардировкам были подвергнуты сразу 13 населенных пунктов Швейцарии, а 4 марта 1945 года - одновременно крупные города Цюрих и Базель. Всего за время войны американцы осуществили 70 бомбардировок на территории Швейцарии. В качестве компенсации США выплатили 21 октября 1949 года 14,4 миллиона долларов.

Произошел инцидент и с Люфтваффе. 28 апреля 1944 года немецкий ночной истребитель «Мессершмитт-110 G-4», сбив два бомбардировщика, погнался за третьим в воздушное пространство Швейцарии, но получил повреждения и был вынужден приземлиться на аэродром Дюбендорф возле Цюриха. Самолет был оснащен новейшими радаром FuG 202/220 Lichtenstein и установкой пушечного вооружения Schräge Musik («Неправильная музыка»), на его борту также имелись секретные документы с радиокодами. 20 дней командир экипажа обер-лейтенант Вильгельм Йонен и два его подчиненных, угрожая личным оружием, не подпускали швейцарцев к самолету. К конфликту подключился руководитель SD, бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг. Ему удалось договориться, и 18 мая в присутствии представителей германского посольства самолет был сожжен, а Швейцария с большой скидкой купила 12 немецких истребителей «Мессершмитт-109». Однако немцы продали истребители с изношенными двигателями. Швейцария сумела через суд добиться денежной компенсации от немецких фирм «Даймлер» и «Мессершмитт», но произошло это уже после войны - в 1951 году.

В день фактической капитуляции Франции, 17 июня 1940 года, нейтралитет Швейцарии если и сохранился, то принял явную прогерманскую ориентацию. И запретом сбивать немецкие самолеты в своем воздушном пространстве здесь дело не ограничилось. Опасаясь захвата своей страны, руководство Швейцарии сделало все, чтобы доказать Гитлеру ее полезность в качестве формально независимого государства. Альпийская республика стала практически единственным выходом Третьего рейха на мировой рынок, а там не принято принимать в качестве платы золотые слитки, а вот швейцарские франки брали с удовольствием. Таким образом, меняя золото на франки в Швейцарии, нацистам удалось «отмыть» не только захваченные золотые запасы Бельгии и Нидерландов, но и золото убитых узников концлагерей. Швейцария сохранила возможность торговать со всеми странами мира через Францию и порты Испании и Португалии. Информацию о том, сколько заработала Швейцария комиссионных на этой операции, а также на перепродаже Третьему рейху военных товаров, мне найти не удалось.

Швейцария также заключила клиринговое соглашение с Третьим рейхом и выделило под него кредит в размере 850 швейцарских франков. При этом соглашение было заключено на срок до конца 1942 года. К этому времени исход Сталинградской битвы был уже ясен, поэтому срок действия соглашения не был продлен и новые кредиты не выделялись. Швейцария также дала свое согласие на неограниченный транзит через свою территорию немецких и итальянских грузов, в том числе и военных. Через альпийскую страну перевозили даже военнопленных и перебрасывали войска. Для военной промышленности Германии очень важное значение имели поставки электроэнергии из Швейцарии, где ее избыток из-за электростанций на горных реках. Также для нее поставлялись инструменты и орудия производства, техническое оборудование и продукты химической промышленности. Важны были и часовые механизмы, которые устанавливались во взрывателях. Шло в Третий рейх и швейцарское оружие. Например, производимые в тогдашнем пригороде Цюриха Эрликоне одноименные 20-милиметровые авиационные пушки «MG-FF/M», которыми были вооружены немецкие боевые самолеты. Оправдывая это, президент Швейцарии Филипп Эттер заявил в 1942 году:

«Экономический нейтралитет - неизвестный юриспруденции термин».

О том, кем считали Швейцарию в 1940-1942 годах наши западные союзники по Антигитлеровской коалиции, говорит такой факт: как только США в декабре 1941 года вынужденно вступили во Вторую мировую войну, они сразу «заморозили» все швейцарские активы в своих банках на сумму в 4,6 миллиарда швейцарских франков. Однако шло время, менялась обстановка на Восточном фронте, и в результате этого менялась внешнеэкономическая ориентация Швейцарии. С 1943 года начались поставки авиационных пушек «Эрликон» для вооружения американских и британских самолетов. В 1944 году был запрещен транзит военных грузов, а в феврале 1945 года прекратился обмен золота на швейцарские франки.

Драматические события разыгрались в Швейцарии и после окончания войны. В соответствии с соглашением о репарациях, в западноевропейских странах их собирали наши западные союзники по Антигитлеровской коалиции. Хоть Швейцария формально и не считалась участником войны, ее экономическую деятельность в годы войны союзники не забыли. Тем более что из захваченных документов нацистского Рейхсбанка выяснилось, что в апреле 1945 года часть золотого запаса Третьего рейха была передана на хранение в Швейцарию. Пришлось руководителям вечно нейтральной страны с ним расстаться, а кроме того - еще дополнительно выплатить 250 миллионов швейцарских франков на восстановление Западной Европы. За это были разморожены швейцарские вклады в США. Параллельно была проведена оригинальная операция - конфискованы все вклады немецких граждан в банках Швейцарии (кроме тех немцев, кто жил в ней постоянно) и поделены между США, Великобританией, Францией и Швейцарией. Обратите внимание: этот узаконенный грабеж совершил не «кровавый сталинский режим», а как раз те страны, которые до сих пор громче всех кричат в поддержку неприкосновенности частной собственности и против коллективной ответственности народов за преступления.

Швейцария гордится тем, что именно она - родина Международной организации Красного Креста. Швейцарское отделение этой организации любит с гордостью рассказывать о том, как хорошо оно заботилось об интернированных военнослужащих в годы войны. Это правда, но тут был скорее не гуманизм, а опасение ответственности в случае, если США и Великобритания окажутся победителями. Это доказывается тем, что советские военнопленные, бежавшие из немецких лагерей (к концу войны их было около 11 тысяч), содержались в значительно более худших условиях, да и на родину их отправили только в сентябре 1945 года, а не в мае, как британцев и американцев. До этого их агитировали не возвращаться в СССР. Никто из бежавших в Швейцарию власовцев и бойцов национальных подразделений СС не был выдан СССР, даже те, против которых были доказательства совершения военных преступлений. Убежище в Швейцарии им, правда, не дали, а разрешили уехать в другие страны. Большинство выбрали США и Канаду.

Гордится Швейцария и тем, что она стала убежищем для 25 тысяч евреев. При этом умалчивается, что это были в основном французские и итальянские евреи, а вот около 30 тысячам евреев из Германии, включавшей тогда и Австрию, во въезде в страну было отказано. Дело в том, что демократическая Швейцария еще в 1938 году подписала соглашение с Третьим рейхом, по которому обязалась не предоставлять убежище немецким гражданам, у которых в паспортах стоит буква J (Jude - еврей). Более того, при обнаружении полицией нелегально проникшего в страну немецкого еврея его немедленно депортировали в Третий рейх на верную смерть. Евреи получали пособия ниже, чем другие беженцы, а до 1943 года те из них, кто не имел достаточно финансов или не мог найти работу, помещались в трудовые лагеря, где они обязаны были работать. Евреи были уверены, что их согнали в трудовые лагеря, чтобы, если Гитлер потребует, их можно было легко и быстро отправить в немецкие концентрационные.

Около 2200 граждан Швейцарии отправились добровольцами на службу в СС и вермахт. Однако это был их частный выбор, и винить в этом власти Швейцарии формально нельзя. Однако был в истории случай, когда было принято совместное решение швейцарского правительства и местного отделения Красного Креста об отправке швейцарских военнослужащих на помощь вермахту в СССР. Речь идет о швейцарских медицинских миссиях на Восточном фронте в 1941-1942 годах.

Во время вышеупомянутого визита Марселя Пиле-Гола в Берлин посол Швейцарии Ганс Фрелихер сообщил, что Йозеф Геббельс недавно намекнул:

«Скоро станет ясно, кто сам себя исключил из новой Европы», - и надо бы срочно сделать что-то приятное «для сильнейшего государства в Европе».

Однако отправка даже символического воинского подразделения на Восточный фронт была бы явным нарушением традиционного нейтралитета. Тут как раз руководитель крупнейшей нацистской организации, Швейцарского патриотического союза, и одновременно генерал-майор и редактор официальной армейской газеты Ойген Бирхер выступил с инициативой отправить на Восточный фронт медицинскую миссию швейцарских военных медиков и выразил уверенность, что соберет у предпринимателей, торгующих с Германией, необходимые для этого деньги. В августе 1941 года решение об этом было принято правительством Швейцарии. На его заседании прозвучало предложение отправить медицинскую миссию и в СССР, чтобы сохранить нейтралитет, но оно было решительно отклонено. Отправку миссии одобрил и Гитлер, но потребовал, чтобы в составе миссии были только швейцарцы арийского происхождения.

Так как главой миссии был назначен Ойген Бирхер, то с этим проблем не было, так как он старался брать людей из своей нацистской организации, где почти все были немецкоговорящими швейцарцами. Правда, в качестве переводчиков и водителей взяли трех швейцарцев русского происхождения: Николая Булаева, Владимира фон Штайгера и Александра Линдера. Президент швейцарского Красного Креста Йоханнес фон Мюральт подписал с начальником общевойскового управления вермахта генералом Фридрихом Ольбрихтом договор об условиях проведения миссии. По нему швейцарские военные медики подпадали под действие военных законов Германии, в том числе и в вопросах дисциплины, и выходили из-под юрисдикции родной страны, но им об этом не сообщили. Ойген Бирхер больше всего боялся, что они не успеют прибыть на Восточный фронт до победы Гитлера.

15 октября 1941 года миссия в составе 37 врачей, 30 медсестер, водителей и переводчиков (всего 80 человек) выехала на поезде из Берна в Берлин. Оттуда через Варшаву прибыла в Смоленск. Сразу после прибытия заместитель Бирхера - подполковник Ги фон Виттенбах - объявил, что запрещается посещать госпитали для советских военнопленных, а также оказывать медицинскую помощь русскому населению. Часть швейцарцев оставили в Смоленске, где они работали в 12 госпиталях с 14 тысячами раненых. Остальных отправили поближе к линии фронта - в Вязьму, Гжатск, Юхнов и Рославль.

Представление о том, что за люди приехали лечить солдат вермахта, дают их письма на родину и дневники. Доктор Эрнст Бауманн сразу после прибытия в Россию 23 октября написал:

«Поражает природа вокруг: дикие леса, бесконечные равнины, одинокие дома с колодцами, столь подходящие меланхоличным песням военнопленных, множество которых мы видели. Миллионы могли бы счастливо жить тут! Пример нашей собственной страны доказывает, что европейцы вполне могут уживаться вместе, и именно такая воля живет в Адольфе Гитлере, а в мире, который будет вскоре построен, найдется место и для швейцарцев».

Доктор Фредерик Родель описывает, как на одной из станций немец развлекался, бросая хлеб в вагон с голодными русскими военнопленными, а они дрались друг с другом за него, и сообщает, что немцы называли пленных животными. Ассистент хирурга Эрнст Гербер, работавший в Юхнове и Рославле, писал в дневнике, что из-за голубой швейцарской военной формы немцы постоянно принимали их за испанцев из Голубой дивизии, а когда узнавали, что они швейцарцы, которые приехали сюда добровольно, то неизменно называли их больными или идиотами.

Подробные записи оставила и медсестра Эльзи Айхенбергер:

«Немецкий солдат болтал с проводником; из его слов следовало, что на станции работают 30 евреев, которые пока нужны, но скоро от их услуг откажутся, так как 1600 евреев «уже перещелкали». Их собирают вместе, потом они сами себе роют могилы и «затем пиф-паф - всех, стариков и детей». Русских пленных, которых вылавливают в лесах, ждет та же участь».

В госпиталях был вспомогательный персонал из русских женщин, она пишет и о них:

«Они съедали свои минимальные пайки, стоя в туалетах или на кухне, так как у них не было обеденного перерыва. Малейшее отклонение от распорядка оборачивалось наказанием: провинившихся как-то раз выгнали нагишом на мороз, и их с кнутом по снегу преследовал немецкий унтер-офицер».

Лечила она и местных гестаповцев - и так описывает посещение этого учреждения:

«Солдат сказал, что обитатели камер меняются каждые несколько дней, так как после расследования их обычно расстреливают. По его словам, иногда немцы не утруждали себя соблюдением юридических процедур: «Это такая трата времени - они все партизаны и еврейский сброд». В одной из последних камер стена была из железного листа, а пол цементный. Жертвы вставали лицом к стене, им стреляли в затылок».

Также она сообщает, что в Смоленске два-три раза в неделю ходила в кино, а кроме того, посещала концерты классической музыки.

Слабое сочувствие к русским есть только в записи в дневнике хирурга Юбера де Рейньера от 8 ноября:

«Видел колонну из сотни русских пленных. Позади колонны, что двигалась со скоростью около метра в минуту, шли трое, обнявшись за плечи. Вернее, двое фактически несли того, что был посредине. Он сам не держался на ногах, но и товарищи его были на пределе. Одно из самых сильных впечатлений за все время - эти трое, бредущие по прямой дороге на въезде в город. Прямо перед входом в наш госпиталь, тот, что посредине, падает на колени. Двое товарищей не в силах его поддержать. Мой долг - спуститься, подхватить бедолагу и, перевязав его, отнести в палату. Но, нет - я остался на месте. И, как все, молча наблюдал эту сцену. Свой врачебный долг, долг волонтера Красного Креста и просто человеческий, я не выполнил из страха перед гневом принимающей нас стороны».

О том, что стало с упавшим русским, он не пишет.

19 января 1942 года швейцарские оздоровители нацистов отправились из Смоленска на родину. Все они с благодарностью вспоминают, что немцы дали им в дорогу, кроме обычного пайка, еще и масло, консервы, вино и шнапс. В немецкой прессе о них написали:

«Практичная, всегда полезная работа этих прекрасно обученных и особо проинструктированных мужчин и женщин сыграла важную роль в уходе за нашими германскими солдатами, борющимися против большевизма». На смену первой швейцарской медицинской миссии приехала вторая, которую возглавил доктор Макс Арнольд. В ее работе принял участие и лично президент швейцарского Красного Креста Йоханнес фон Мюральт. Всего миссий было четыре, и каждая продолжалась около трех месяцев. Для двух последних миссий частных денег уже не нашлось, и они финансировались из государственного бюджета Швейцарии. Четвертая миссия под руководством доктора Эрвина Ховальда прибыла 24 ноября 1942 года и работала в Сталино (сейчас - Донецк) и Харькове до 9 марта 1943 года. Часть ее врачей чудом не попала в плен. После этого миссии прекратились.

У участника первой миссии - доктора Рудольфа Бухера - неожиданно заговорила совесть, и он провел около сотни публичных выступлений с рассказами об уничтожении евреев и военнопленных на оккупированной территории СССР. В результате его уволили из армии, швейцарское отделение Красного Креста выступило с заявлением о том, что все, что рассказывает Бухер, - ложь, а министр внутренних дел полковник Карл Кобельт пригрозил доктору тюремным заключением. Не сомневаюсь, что Бухер в конце концов оказался бы в тюрьме, но тут Швейцария начала менять свой нейтралитет с прогитлеровского на антигитлеровский. Правда, крупнейшую нацистскую организацию - Швейцарский патриотический союз - разогнали только в 1948 году, да и то из-за финансовых нарушений. Фюрер союза и глава первой медицинской миссии генерал Ойген Бирхер был членом швейцарского парламента с 1942 по 1955 годы.

В современной максимально толерантной Швеции совсем не любят вспоминать, что еще в 1937 году были запрещены браки между гражданами Третьего рейха и шведскими евреями. По требованию МИД Швеции шведы, желавшие вступить в брак с немцами, были обязаны предоставить письменные доказательства того, что ни один из их предков не принадлежал к иудейской расе или религии. До 1941 года убежище предоставлялось только тем немецким евреям, кто мог предоставить доказательства своего преследования по политическим причинам.

1 сентября 1939 года Швеция заявила о своем нейтралитете в польско-германском конфликте, а когда через два дня война стала мировой, то сразу же подтвердила свой нейтралитет и в ней. 12 апреля 1940 года премьер-министр Швеции Пер Альбин Ханссон снова заявил о строгом нейтралитете Швеции и подчеркнул, что использование территории Швеции воюющими странами для транспортировки своих военных грузов несовместимо с ее нейтралитетом. Таким образом шведское правительство соврало трижды.

Уже в том же апреле 1940 года немцы захватили норвежский портовый город Нарвик, но десять эсминцев, на которых приплыли егеря генерала Эдуарда Дитля, были потоплены британским флотом, блокировавшим этот район. Доставку снабжения по воздуху затрудняла удаленность региона. Тогда власти Швеции разрешили поставлять по своей территории немецким войскам в Нарвике продовольствие, одежду, медицинское оборудование и перевозить медицинский персонал, а также эвакуировать оттуда раненых немецких солдат и офицеров. 18 июня Швеция разрешила проезд через свою территорию немецким военнослужащим, якобы только тем, которые едут в отпуск или возвращаются из него. В пути через Швецию немецкие солдаты получали горячее питание и при необходимости медицинскую помощь. Только за второе полугодие 1941 года через шведскую территорию немцы смогли перебросить 420 тысяч тонн различных грузов.

Шведский солдат охраняет немцев, едущих транзитом через Швецию. Фото сделано в Музее военной истории в Стокгольме.

Когда Германия 22 июня 1941 года вторглась в Советский Союз, передовица крупнейшей шведской газеты Aftonbladet была такой:

«Окруженная западными державами Германия разорвала свои оковы и с новыми силами вышла на свободу, навстречу своей европейской и исторически значимой миссии - раздавить красный режим».

Aftonbladet и в наши дни остается самой крупной газетой Швеции, но теперь она желает победы другой нацистской державе - Украине. Через два дня из Норвегии через Швецию в Финляндию для наступления в Карелии была переброшена 163-я пехотная дивизия вермахта численностью 18 тысяч человек. В августе 1941 года шведские военные корабли эскортировали германские суда, на которых была переброшена на Восточный фронт еще одна дивизия немцев через территориальные воды Швеции.

Так как командующий военно-морскими силами Швеции адмирал Фабиан Тамм был открытым поклонником Гитлера, то в 1941-1943 годах вся информация об обнаруженных советских кораблях и подводных лодках сразу передавалась немцам. В июне 1942 года шведские противолодочные самолеты получили приказ уничтожать советские подводные лодки, обнаруженные менее чем в 80 километрах от берегов Швеции, аналогичный приказ получил и шведский флот. Советские подводные лодки были атакованы глубинными бомбами шведских эсминцев «Норденшельд», «Стокгольм», «Капарен», «Норчеппинг», тральщиков «Санден» и «Бремен». В 1942 году через воздушное пространство Швеции пролетело 1434 немецких самолета. Для нужд Люфтваффе было предоставлено 12 шведских аэродромов. Таким образом получается, что в «нейтральной» Швеции были немецкие авиабазы.

После такого «нейтралитета» не приходится удивляться тому, что король Швеции Густав V написал на немецком языке письмо Гитлеру 28 октября 1941 года:

«Мой дорогой рейхсканцлер! У меня появилась потребность написать открыто вам по вопросу, который волнует меня и имеет огромнейшее значение для меня и моей страны. Это русский вопрос. Я полагаю, это имеет большое значение для будущего, и вы можете узнать о моем взгляде по сути этого вопроса. Уже после Первой мировой войны я увидел, какую огромную опасность несет и продолжает нести с собой большевизм не только для нас, на севере, но и для всей Европы. Поэтому я хочу выразить мою горячую благодарность за то, что вы решились всеми возможными способами уничтожить эту чуму. Я поздравляю вас с уже достигнутыми большими успехами.
Я хочу также заверить вас в том, что большинство моего народа разделяет мои взгляды в этом вопросе, хотя это, возможно, и не нашло достаточно широкого проявления. Моя деятельность всегда будет направлена на то, чтобы убедить всех тех, кто еще, быть может, испытывает сомнения, в правоте моих взглядов. Вы можете быть уверены в том, что я буду делать все, чтобы сохранить существующие между нами хорошие отношения.
С сердечными пожеланиями, остаюсь преданный вам, Густав».

Члены королевской семьи поддерживали короля и не только словами. Принцесса Сибилла, правнучка английской королевы Виктории, постоянно посещала шведские санитарные поезда, на которых везли в Норвегию раненых на Восточном фронте немцев, и угощала их сигаретами, а также раздавала им шоколад и кофе. Регулярно встречался с Гитлером и Герингом ее муж - наследный принц Густав Адольф, а ее отец - герцог Карл Эдуард - был членом партии Гитлера и группенфюрером СА. Брат Сибиллы, принц Губерт, погиб на Восточном фронте, сражаясь за Гитлера.

20 декабря 1941 года было заключено торговое соглашение между Швецией и Третьим рейхом, и для вермахта сразу же было куплено 2000 отапливаемых 20-местных палаток из запасов шведской армии. Главным товаром для немецких нацистов стала шведская железная руда. До 1944 года они получили 38 миллионов тонн. В каждом германском орудии, танке и боеприпасе содержалось 30% шведского металла. Также в огромных количествах поставлялась и руда цветных металлов. Кроме того, в Третий рейх ушло 7 миллионов тонн целлюлозы, 14 миллионов кубометров пиломатериалов. Вторым важнейшим шведским товаром для немецкой армии были шарикоподшипники - без них не могла работать военная техника. Их Швеция поставила 60 тысяч тонн. Поставлялись также станки, электрооборудование, инструменты. Для нужд немецких войск, воюющих на мурманском направлении, были выделены 300 шведских грузовиков.

По официальным данным, за время войны Швеция построила для немцев 45 рыболовецких кораблей, однако после прибытия в Германию они все чудесным образом превратились в противолодочные корабли и вошли в состав Кригсмарине. Впрочем, шведское оружие в Третий рейх поставлялось и открыто. Прежде всего это 40-мм зенитные орудия «Бофорс» (германское обозначение - 4 cm Flak 20). Пушками «Бофорс» вооружались также немецкие истребители. Также Швеция закупала нефтепродукты, в том числе и авиационное горючее, в США, а потом и в Аргентине, и перепродавала их Третьему рейху.

Кроме Третьего рейха, Швеция активно помогала и воюющей с СССР Финляндии. Только в 1941 году ей был предоставлен кредит в 300 миллионов крон, поставлены 10 тысяч тонн чугуна, около 35 тысяч тонн зерна и муки, около 10 тысяч тонн картофеля и большое количество других товаров. В следующие два года поставки в Финляндию постоянно увеличивались. О том, на кого ориентировалась «нейтральная» Швеция, свидетельствуют ее официальные данные об экспорте товаров даже за 1943 год: в Британию было продано товаров на 2 миллиона крон, в США - на 1 миллион, а в Германию - на 552 миллиона.

В первый период войны Швеция больше напоминала Третий рейх, чем демократическое государство. Например, свобода слова была очень своеобразной. 13 марта 1942 года шведская полиция конфисковала тиражи 17 шведских газет, где появилась информация о том, что в оккупированной Норвегии против арестованных гестапо участников Сопротивления применяются пытки. Газетам угрожали закрытием. Положение стало меняться в 1943 году, и чем дальше на Запад отступали немецкие войска, тем более свободной и антинацистской становилась шведская пресса.

При этом в стране официально действовало 90 нацистских партий и организаций, в которых состояли более 30 тысяч человек. Крупнейшими из них были Шведская национал-социалистическая крестьянская и рабочая партия, Национал-социалистический блок, Национал-социалистская рабочая партия. Был и свой Гитлерюгенд - Nordisk Ungdom («Молодежь Севера»). Как и во Франции, часть коммунистов во главе с Нильсом Флюгом превратились в нацистов и создали свою партию под благозвучным названием Шведская социалистическая партия, которая получала финансовую помощь от Третьего рейха. Кроме того, около 40 тысяч студентов состояли в ультраправой организации «Шведская национальная лига», которая постоянно проводила демонстрации с требованием депортации из страны всех евреев, в которых принимали участие до 15 тысяч человек. Нацистские партии были запрещены только в 1946 году, а в 1950 году - разрешены снова.

Неудивительно, что в такой обстановке нашлось немало желающих повоевать за Гитлера на Восточном фронте. Уже 27 июня 1941 года - через день после вступления Финляндии войну против СССР - началось формирование шведского добровольческого батальона в составе финской армии. 4 июля правительство приняло решение, что военнослужащие шведской армии могут получить отпуск для участия в войне на стороне Гитлера. Невольно хочется воскликнуть: и эти люди упрекают нас в том, что мы участвовали в совместном параде с немецкими войсками в сентябре 1939 года в Бресте, хотя это и выдумка! С 17 августа 1941 года шведский батальон штурмовал советскую военно-морскую базу Ханко в Финляндии. 7 октября его посетил наследный принц Швеции Густав Адольф. 2 декабря советский гарнизон был эвакуирован. В боях приняло участие около 900 шведов, хотя желающих было 2800, 26 из них были убиты, 75 ранены.

17 февраля 1942 года вступила в бой шведская добровольческая рота, которая была создана из тех шведов, кто еще не навоевался и отказался возвращаться домой. Командиром ее стал капитан шведской армии Рикард Нильсон. Жители «нейтральной» страны воевали по девять месяцев в районе Подпорожья, а в июне 1944 года, когда началось наступление советской армии на Карельском перешейке, их перебросили туда. Там они воевали до подписания перемирия между Финляндией и СССР. Шведские историки утверждают, что в роте прошли службу 404 шведа, а финские - что около 1700. В размере потерь историки сходятся: 41 швед убит и 84 ранены. Кроме добровольческой роты, в различных подразделениях финской армии до конца войны служили еще около 1000 шведов, в том числе и летчики. Многие из них после войны продолжили службу в шведской армии. В память о шведах, погибших в боях с советской армией, установлена мемориальная доска на Финской церкви в Стокгольме.

В июле 1941 года начался набор шведов через немецкое посольство в Стокгольме на службу в СС. Всего за годы войны в рядах этой организации, признанной преступной Нюрнбергским трибуналом, повоевало 315 шведов. Они служили в дивизии СС Nordland, в 3-й танковой дивизии СС Totenkopf, в 5-й танковой дивизии СС Wiking, в 6-й горной дивизии СС Nord, в 9-й танковой дивизии СС Hohenstaufen, 23-й добровольческой танково-гренадерской дивизии СС Nederland и 33-й гренадерской дивизии СС Charlemagne. 45 из них были убиты, а 72 попали в советский плен. Из плена все шведы вернулись домой до 1949 года.

В то время как фанатичные шведы-эсэсовцы продолжали воевать даже в мае 1945 года в Берлине, власти этой страны еще летом 1943 года пришли к выводу, что нужно менять политическую ориентацию. 20 августа 1943 года транзит немецких войск через Швецию был прекращен. К тому времени она сумела на нем заработать 85 миллионов крон. 1 июня 1944 года небо Швеции было закрыто для всех немецких самолетов. В ноябре 1944 года, когда исход войны уже не вызывал сомнений, торговля с Третьим рейхом была прекращена.

Теперь начались действия, нарушающие нейтралитет в другую сторону. 916 интернированных советских солдат, бежавшие в Швецию из лагерей для военнопленных на территории оккупированной Норвегии и Финляндии, возвратили в СССР до окончания войны - 10 октября 1944 года. На территории Швеции были сформированы и проходили боевую подготовку воинские подразделения из датчан и норвежцев, которые готовились освобождать свои страны вместе с войсками западных союзников. Однако этого не произошло - после падения Берлина немцы там капитулировали без боя.

В 1944-1945 годах в Швецию начали бежать немецкие солдаты и их союзники. Их набралось около 2000. В начале 1946 года 145 латышских эсэсовцев и 227 немецких военнослужащих, совершивших военные преступления, были выданы СССР. Сегодня в Военном музее в Стокгольме есть целый стенд, посвященный этой «трагической ошибке шведского правительства», как там написано. При этом там почему-то нигде не рассказывается о тысячах мирных жителей русских, белорусских и польских деревень, убитых этими «жертвами сталинских репрессий». О преступлениях латышских СС ФАН подробно рассказал в статье «Третий рейх как европейская ценность: репортаж из сердца современной Латвии - музея СС».

Вообще в современной Швеции о роли страны во Второй мировой войне можно прочитать много интересного. Пишут, что Швеция активно и бескорыстно помогала советскому народу в его борьбе с нацизмом, и вспоминают о двух фактах. 8 апреля 1943 года в концертном зале шведского города Гетеборга была исполнена Седьмая симфония Дмитрия Шостаковича, более известная как «Ленинградская». Кроме того, в 190 пунктах страны шведы собирали продовольствие для жителей блокадного Ленинграда. Собрали шесть тонн и доставили его в город-герой. Конечно, продовольствие ленинградцам пригодилось, жалко, что доставили его только в сентябре 1944 года, то есть через восемь месяцев после полного снятия блокады. Интересно, участвовала ли в этой акции специалистка по гуманитарной помощи - принцесса Сибилла?

Уникальных успехов добилась турецкая дипломатия к 1941 году, сделав свою страну другом всех ведущих государств Европы, при этом избежав участия в войне и увеличив свою территорию. Еще в 1935 году был продлен еще на десять лет Договор о дружбе и нейтралитете с СССР, подписанный в 1925 году. По нему каждая страна обязалась соблюдать нейтралитет в случае участия другой стороны в войне. Вскоре после начала Второй мировой войны, 19 октября 1939 года, подписывается британско-французско-турецкий военный союз о взаимопомощи в случае переноса боевых действий в регион Средиземноморья. За это Турция получила Александреттский санджак из состава французской подмандатной территории Сирия. При этом Турция добилась включения в договор специальной оговорки, что в военных действиях против СССР она участвовать не будет.

10 июня 1940 года в войну вступила Италия, и военные действия в Средиземноморье начались. Однако Турция отказалась атаковать Италию, заявив, что она находится далеко от турецких берегов, и флот не может действовать на таком большом расстоянии. О том, что в нескольких километрах от турецкого побережья находится итальянская колония - остров Родос - в Турции «позабыли». На самом деле к тому времени всем уже было ясно, что Франция терпит сокрушительное поражение, и победа на Западном фронте Третьему рейху и Италии гарантирована. В связи с этим Турция начинает занимать прогитлеровскую ориентацию.

1 апреля 1941 года Рашид Али аль-Гайлани совершил государственный переворот, свергнув власти британской подмандатной территории Ирак. Мятеж был организован немецкой разведкой. Гитлер обратился к президенту Турции Исмету Иненю с просьбой пропустить через турецкую территорию немецкие войска в Ирак. Турецкие власти согласились, но потребовали передачу Турции части территории Ирака. Пока шли переговоры о размере территориальной компенсации, британцы подавили мятеж. Когда в июне 1941 года начались бои в Сирии между сторонниками маршала Петена и генерала де Голля, то с просьбой о переброске своих войск через ее территорию к Турции обратилась Великобритания, но получила отказ.

18 июня 1941 года в Анкаре послом Германии в Турции Францем фон Папеном и министром иностранных дел Турции Шюкрю Сараджоглу был подписан Договор о дружбе. После немецкого нападения на нашу страну через четыре дня в Турции была разрешена деятельность националистических организаций «Бозкурт» и «Чинаралтыу», которые открыто призывали к войне с СССР. Одновременно в СМИ начала насаждаться идея о необходимости создания «Великого Турана», в состав которого должны войти населенные тюркоязычными народами территории Кавказа, Крыма, Средней Азии, Поволжья и даже некоторые регионы Сибири. Турецкие газеты писали:

«Граница Турции проходит далеко за горами Кавказа и за Каспийским морем, а Волга - это река, в которой веками наши предки поили своих коней».

Руководство Турции подавало пример своему населению. Осенью 1941 года на Восточном фронте побывала авторитетная военная делегация Турции во главе с начальником военной академии генералом Али Фуадом Эрденом. После возвращения он заявил перед СМИ, что дни СССР сочтены. Став премьер-министром в июле 1942 года, Шюкрю Сараджоглу сказал на встрече с послом Германии в Турции Францем фон Папеном:

«Я как турок страстно желаю уничтожения России. Оно станет подвигом фюрера, равный которому может быть совершен раз в столетие. Это извечная мечта турецкого народа. Русская проблема может быть разрешена, только если будет убита по меньшей мере половина всех живущих в России русских».

Однако возможности нападения на СССР препятствовала техническая отсталость турецкой армии. Например, на ее вооружении было всего 200 старых танков, из них на ходу 90, и из них 64 - устаревшие советские Т-26. Такая же ситуация была и с 370 боевыми самолетами. Поэтому Турция выжидала подходящий момент для нападения. Казалось, что он наступил после вторжения немецких войск на Кавказ в 1942 году. В стране была проведена мобилизация, и на советской границе под предлогом учений было сосредоточено 26 турецких дивизий. Командование турецкой армии, очевидно, ждало, когда падет Сталинград, немцы выйдут к Каспийскому морю и Кавказ будет отрезан от остальной территории СССР. Однако этого не произошло, соответственно, не состоялась и турецкая агрессия.

В октябре 1941 года между Турцией и Третьим рейхом было заключено торговое соглашение, в соответствии с которым для нужд немецкой военной промышленности поставлялось ежегодно 45 тысяч тонн хромовой руды, а в 1943-1944 годах это количество должно было удвоиться. Для ее транспортировки немцы выделили Турции 117 локомотивов и 1250 грузовых вагонов. Также Турция поставляла в Третий рейх медь, чугун, продовольствие, хлопок, шерсть и табак. То ли успехи советской армии, то ли то, что США и Великобритания предложили более высокую цену за хромовую руду, а, скорее всего, подействовали оба этих фактора, но с конца 1943 года поставки хромовой руды немцам стали сокращаться, а в апреле 1944 года прекратились. Также западные союзники скупили все сухофрукты и табак. В своей внешней политике Турция теперь стала ориентироваться на Великобританию.

2 августа 1944 года Турция неожиданно разорвала дипломатические отношения с Германией. Многие историки считают, что турки договорились с британцами о совместном нападении на тогдашнего союзника Третьего рейха, Болгарию, и открытии нового фронта на Балканах. Но обещанная военная помощь и войска из Великобритании в запланированное время не прибыли, а 6 сентября в Болгарию вошли советские войска. 23 февраля 1945 года Турция все-таки объявила войну Третьему рейху, так как без этого она не могла стать страной-учредителем ООН. После этого она формально перестала быть нейтральной страной, но фактически ею осталась, так как ее войска в боевых действиях участия так и не приняли.

11 ноября 1942 года был введен новый налог для компенсации расходов, связанных с предстоящим вступлением Турции в войну. Это подтверждает то, что Турция готовилась напасть на СССР. Он получил название «варлык вергиси» - налог на богатство. Его должны были заплатить владельцы земельных участков и зданий. Хотя по конституции все граждане Турции равны, независимо от национальности, мусульмане должны были заплатить 4,94% от стоимости недвижимого имущества, а евреи - 179%. Причем последние должны были заплатить его наличными в течение 15 дней. Тех, кто не заплатил, отправляли в специальные лагеря в местности Аскале возле Эрзерума, где они работали на каменоломнях. Смертность в этих лагерях была очень высокой.

Из-за нового налога множество евреев покончило жизнь самоубийством, но это не спасало их семьи, которые выселялись на улицу и все равно должны были государству 179% стоимости жилища, которые турецкие власти пытались собрать с их родственников. Только 15 ноября 1944 года под нажимом Великобритании и США налог был отменен, а узники лагерей в Аскале освобождены. С помощью этого налога турецким властям удалось уменьшить доминирование национальных меньшинств в экономике.

После начала Второй мировой войны весь мир был уверен, что если Гитлер будет одерживать победы, то Италия и Испания вступят в войну на его стороне. Италия так и поступила, а вот Испания официально в боевых действиях участие так и не приняла. Хотя каудильо (правитель) Испании генералиссимус Франсиско Франко захватил власть в стране благодаря военной помощи Третьего рейха и Италии, он не ответил им взаимностью. В начале войны Франко отказывался ударить по Франции с юга, объясняя это тем, что всего несколько месяцев назад в стране закончилась гражданская война, страна разорена, а армия устала и не может воевать с сильными французской и британской армиями.

Однако, как только немецкие войска вошли в Париж, испанские войска захватили Международную демилитаризованную нейтральную зону Танжер в Марокко, которая находилась под совместным британо-испано-французским управлением. Гитлер одобрил этот захват и предпринял попытку втянуть Испанию в войну во время своей единственной личной встречи с Франко в городке Андайе на франко-испанской границе 23 октября 1940 года. В ходе встречи Франко был согласен вступить в войну, но взамен требовал строительство укреплений и переброску немецких войск и флота для защиты Канарских островов от англичан, а также огромного количества зерна (700 тысяч тонн ежегодно), топлива, боевой техники, военных самолетов и других вооружений, которые Германия была не в состоянии поставить. Кроме того, Франко хотел передачи Испании части французских колоний, а Франция во главе с маршалом Петеном была для Германии значительно более важным союзником, чем Испания. Переговоры продолжались девять часов и закончились безрезультатно. На прощание Франко сказал Гитлеру, что Испания была и всегда будет духовным другом Третьего рейха, но фюрера это не обрадовало. Позже он, рассказывая Муссолини о своей встречи с Франко, сказал:

«Я предпочитаю вытащить три или четыре моих собственных зуба, чем снова говорить с этим человеком!» - и назвал каудильо «неблагодарным негодяем» и «подонком».

5 декабря 1940 года на совещании верховного командования вермахта Гитлер и генералы пришли к выводу, что для победы в Северной Африке необходимо захватить Гибралтар и лишить английские войска возможности получать морем ресурсы из Великобритании. В Мадрид отправился глава военной разведки адмирал Вильгельм Канарис, знавший испанский язык. Вернувшись, он доложил:

«Легче построить испанцам рай на Земле, чем выполнить их требования».

На предложение остаться нейтральной страной и только пропустить через свою территорию немецкие войска, которые захватят Гибралтар и вернут его Испании, он получил такой ответ от Франко:

«Честь Испании требует, чтобы испанская армия самостоятельно вернула Гибралтар. Поэтому вы должны соответствующим образом вооружить и обучить наши войска».

Было ясно, что это займет очень много времени, и не факт, что даже после этого испанцы смогут взять город. Кроме того, не исключалась возможность того, что позже Франко выдвинет новые требования.

Однако нельзя сказать, что Испания совсем не помогала Третьему рейху. До августа 1944 года для прецизионной инженерии и, следовательно, для производства вооружений поставлялся вольфрам. Кроме того, в Германию отправляли железную руду, цинк, свинец и ртуть. Несмотря на то, что из-за разрухи после гражданской войны и плохих урожаев в стране свирепствовал голод (продовольственные карточки были отменены только в 1952 году), оттуда поставлялось и продовольствие для немцев. Около пяти тысяч испанских граждан добровольно выехали на работу в Германию. Испания выступала в качестве посредника в торговле Германии со странами Южной Америки, в том числе и такими важными стратегическими материалами, как промышленные алмазы и платина.

Было и военное сотрудничество с Гитлером. Для материально-технической поддержки немецких подводных лодок были предоставлены испанские порты Сантандере, Виго и Кадис. С обеих сторон Гибралтарского пролива, а также вдоль всего побережья Испании расположились наблюдательные и радиолокационные станции с немецкой аппаратурой, которые передавали всю информацию о передвижениях британского флота германскому командованию. Это, однако, сыграло и против немцев. Именно на побережье Испании британцы провели операцию «Мясной фарш», подбросив там труп, одетый в мундир британского офицера, с портфелем с якобы секретными документами, из которых следовало, что в 1943 году англо-американские войска высадятся в Греции. На самом деле они высадились на Сицилии. Вершиной испано-германского военного взаимодействия стало формирование и отправка на Восточный фронт Голубой дивизии.

После провала переговоров о вступлении Испании в войну Франко очень боялся, что Гитлер захватит его страну, и большую часть своих войск держал в горах Пиренеи на границе с Францией. Кроме того, он боялся внутреннего переворота в правящей и единственной разрешенной в стране партии «Испанская фаланга» и своего отстранения от власти. Поэтому сразу же после нападения Третьего рейха на СССР - 24 июня 1941 года - было принято решение отправить полк добровольцев из числа фалангистов на появившийся Восточный фронт. Таким образом Франко улучшал отношения с Гитлером и одновременно удалял из Испании наиболее симпатизирующих Гитлеру фалангистов.

Желающих воевать в России оказалось так много, что было решено сформировать не полк, а дивизию. Одни рвались воевать с большевиками по идейным соображениям, другие хотели отомстить за родственников, убитых советским оружием во время гражданской войны, третьих привлекало то, что они, помимо повышенной зарплаты и командировочных в Испании, будут получать еще и более высокое денежное содержание от немцев. Командиром дивизии был назначен дивизионный генерал Агустин Муньос Грандес, фанатичный сторонник фюрера. 1 сентября 1941 года был лично принят Адольфом Гитлером в его ставке «Волчье логово» в Растенбурге.

13 июля 1941 года дивизия, насчитывавшая 18 693 человека, отбыла из Мадрида в Германию, где прошла пятинедельную военную подготовку на учебном полигоне в городе Графенвере. Если члены нацистской партии Гитлера носили коричневые рубашки, то члены партии Франко - синие. Так как именно из них была сформирован первый состав дивизии, то она и получила неофициальное название Синяя дивизия. Что касается того, почему она в СССР называлась голубой, то существует версия. Советский военный корреспондент, впервые написавший о ней, не знал, почему дивизия называется синей. В испанском, как и почти во всех европейских языках, нет слова «голубой», и испанское слово «azul» означает и «синий», и «голубой». Журналист предположил, что на самом деле дивизия называется голубой, так как в ней преимущественно служат носители так называемой голубой крови - представители аристократии, так как только они могли добровольно пойти воевать против советских рабочих и крестьян. На самом деле она носила официальное название: 250-я пехотная дивизия вермахта.

Немцы выдали испанцам свою военную форму и оружие, но автотранспорта выделили очень мало. Поездами дивизию довезли только до польского города Сувалки, а оттуда испанцы шли пешком до окрестностей Ленинграда. По дороге один из бойцов дивизии после ссоры застрелил бургомистра Новгорода Федора Морозова, а позже инженерное подразделение дивизии увезло из этого города в Испанию крест, упавший после артобстрела с купола Софийского собора. Крест Испания вернула в 2004 году, и теперь он стоит внутри собора.

В дивизии в качестве переводчиков служили 12 бывших белогвардейцев. Один из них, Владимир Ковалевский, так описал бойцов дивизии первого набора:

«Испанцы не занимались, как немцы, массовыми убийствами ради забавы или из-за расистских предубеждений. Зато оказались жестокими мародерами и тащили все, что могли, при этом не стесняясь прибегать к насилию. Грабежи на фронте приняли безобразный характер. Крали даже посевной картофель, обрекая крестьян на голод. Бегали за русскими девушками, которым угрожали, добиваясь «взаимности». Советовал деревенским жителям прятать все съестное: «Эта саранча все уничтожит и даже не скажет спасибо».

Дивизия участвовала в блокаде Ленинграда до октября 1943 года, когда Испания, как и другие нейтральные страны, начала ориентироваться на страны Антигитлеровской коалиции и вывела дивизию. За это время через ее ряды прошло около 45 тысяч человек, и таким образом Испания дала Гитлеру добровольцев больше, чем все остальные нейтральные страны вместе взятые. В это число входят и 159 представителей другой нейтральной страны из националистического Португальского легиона, который финансировался португальскими властями. Состав дивизии постоянно менялся, но так как надежды на краткосрочные боевые действия с завершающим победным парадом не оправдались, то добровольцев служить в ней становилось все меньше. Теперь туда принимали не только фалангистов, но даже и бывших врагов Франко - республиканцев, которые утверждали, что хотят искупить свою вину. Часть из них перебежала к советским войскам. Дивизия потеряла 4957 человек убитыми и 326 пропавшими без вести. 372 испанца попали в плен, были освобождены в 1954 году. Из них 51 остался жить в СССР.

После капитуляции Германии исчезла и угроза свержения Франко. В связи с этим бывший командир дивизии Агустин Муньос Грандес, награжденный Гитлером Рыцарским крестом с дубовыми листьями, сумел сделать блестящую карьеру и в 1951 году стал военным министром. В 1953 году он прибыл в США с официальным визитом, явился на встречу с американскими журналистами в немецкой форме с нацистскими орденами и заявил:

«Перед вами - военный преступник, который к тому же не утратил своего восхищения Германией».

Однако это не помешало заключению военного соглашения, предусматривающего размещение американских военных баз в Испании. А во время его следующего визита в США президент Дуайт Эйзенхауэр наградил его правительственной наградой «Легион чести». 10 июля 1962 года Франко даже назначил Муньоса Грандеса своим официальным приемником, но 22 июля 1967 года отправил его в отставку со всех постов. Умер генерал 11 июля 1970 года.

Около 1800 испанцев после вывода дивизии остались на фронте и сформировали Испанский легион. В марте 1944 года он вошел в состав СС и закончил свой боевой путь в Берлине в мае 1945 года. Кроме Голубой дивизии, существовала и Голубая эскадрилья - испанские летчики, воевавшие на немецких самолетах. Предполагалось, что они будут воевать вместе, но немецкое командование отправило эскадрилью в распоряжение группы армий «Центр», и испанцы приняли участие в воздушных боях над Москвой. После того как эскадрилью вывели вместе с дивизией, часть летчиков отказались возвращаться в Испанию и воевали до апреля 1945 года.

В 1943 году Франко попытался улучшить отношения с нашими западными союзниками, не разрывая при этом связи с Гитлером. 29 июля он объяснял американскому послу Карлтону Хейсу:

«Вторая мировая война состоит из трех войн: войны Германии против Советского Союза, в которой Испания на стороне Германии; войны Германия против западных держав, в которой Испания осталась нейтральной, и войны союзников против Японии, в которой Испания - на стороне союзников».

Все же в 1944 году вся торговля с Германией была прекращена и начала развиваться торговля с Британией и США. Однако о своих друзьях-нацистах Франко не позабыл. Именно через Испанию по так называемым «крысиным тропам», созданным католической церковью, бежали в страны Южной Америки множество военных преступников Третьего рейха. Еще больше их бежало в США.

Воевали испанцы и по другую сторону фронта, но заслуги испанских властей в этом не было, так как это были злейшие враги Франко - республиканцы. 789 из них, которые после своего поражения в гражданской войне оказались в СССР, пошли добровольцами на фронт. Тех республиканцев, кто, спасаясь, перешел французскую границу, демократические власти этой страны отправили в лагеря. После начала войны часть из них пошла добровольцами в строительные части, а часть - в Иностранный легион. После капитуляции Франции более 3000 испанцев оказались в войсках генерала де Голля, а около 30 тысяч участвовали во французском движении Сопротивления, фактически став его основой.

На Потсдамской конференции в июле 1945 года Иосиф Сталин предложил союзникам совместно начать военные действия и свергнуть диктатора Франко. Однако руководители США и Британии уверили его, что введение экономического бойкота приведет к резкому падению уровня жизни и, говоря современным языком, произойдет «цветная революция». Однако только 13 декабря 1946 года Генеральная ассамблея ООН рекомендовала всем странам-членам ООН прекратить все отношения с Испанией и закрыть свои дипломатические представительства в Мадриде до свержения режима Франко. Однако ряд латиноамериканских и арабских стран эту резолюцию ООН не выполнили, а Аргентина даже предоставила Испании кредит на закупку у нее продовольствия. Началась холодная война, и в борьбе с коммунистическими правительствами страна, где за членство в коммунистической партии полагалась смертная казнь, могла пригодиться. В 1950 году резолюция ООН была отменена, а в 1955 году Испания стала членом ООН. Франко управлял страной до своей смерти в 82-летнем возрасте 20 ноября 1975 года.

Во время Второй мировой войны Португалией управлял Антониу ди Салазар, который был премьер-министром, но конституция страны 1933 года давала ему практически неограниченные права, и фактически он был диктатором, как и большинство руководителей европейских стран в то время. От других европейских диктаторов он отличался тем, что был сугубо штатским человеком и к власти пришел, прославившись своей деятельностью на посту министра финансов, куда его пригласил генерал Ошкар Кармона в 1928 году после совершения в стране очередного военного переворота. До этого Португалия все глубже проваливалась в финансовую пропасть, уровень жизни падал, и в стране была такая поговорка:

«Легче выпрямить тень от кривого дерева, чем выполнить бездефицитный бюджет страны».

Однако Салазар сумел сделать не только это, но и выплатить огромный внешний долг. Его популярность была так велика, что генерал Кармона постепенно передал ему власть, занимая, однако, до своей смерти в 1951 году представительскую должность президента Португалии.

Так как Салазар хорошо умел считать деньги, то он сразу сообразил, что в начавшейся войне его стране выгоднее всего остаться нейтральной. Он симпатизировал Гитлеру и оказывал всестороннюю помощь Франко во время гражданской войны в Испании, но понимал, что если Португалия вступит в войну против своего главного торгового партнера Великобритании, то сразу же потеряет Мадейру и Азорские острова в Атлантическом океане, которые так нужны британским флоту и авиации для создания баз, а также будет блокировано ее морское побережье и прекратятся поставки продовольствия и сырья из португальских колоний. Вступление в войну на стороне Антигитлеровской коалиции грозило оккупацией страны испанскими и немецкими войсками, если Франко станет союзником Гитлера, что тогда было очень вероятно.

Салазар следил за тщательным соблюдением нейтралитета, и вольфрам продавался в одинаковом количестве Великобритании и Германии. Отправив воевать в СССР 159 португальцев в составе испанской Голубой дивизии, Португалия одновременно разместила 2500 женщин и детей из числа эвакуированного населения Гибралтара на своем острове Мадейра. При этом Салазар регулярно поздравлял Гитлера с днем рождения и с государственными праздниками Третьего рейха, а в государственных СМИ (других в стране не было) воспевались победы германского оружия на Восточном фронте.

При этом Португалия страдала от действий обеих воюющих сторон. Немецкие подводные лодки за время войны потопили четыре португальских торговых судна. 17 декабря 1941 года австралийские и голландские войска захватили португальскую колонию Восточный Тимор. Находящиеся там 150 португальских солдат сопротивления не оказали и были разоружены. Салазар выразил официальный протест, но ему объяснили, что Португалия держит очень мало войск в принадлежащей ей восточной части острова, и союзники вынуждены были ее захватить, чтобы здесь не высадились японские войска и не использовали ее как плацдарм для захвата западной части острова, принадлежащей Нидерландам. В ходе переговоров была достигнута договоренность, что Португалия перебросит дополнительно 800 солдат из своей колонии Мозамбик, и после этого Восточный Тимор ей будет возвращен. Однако новые португальские войска не успели прибыть на остров до высадки японских войск 20 февраля 1942 года. Удержать остров союзникам не удалось. Отступая, австралийские войска сжигали деревни, чтобы их не могли использовать японские военные. Восточный Тимор был возвращен Португалии только 16 сентября 1945 года, то есть уже после капитуляции Японии.

После начала мировой войны три немецких торговых корабля укрылись в португальской колонии Гоа в Индии. В 1942 году британцы при помощи радиоперехватов установили, что на судне Ehrenfels находится передатчик, который принимает сообщения от немецкой агентуры в портах Индии и передает информацию о движении британских судов немецким подводным лодкам в Индийском океане. Была разработана операция «Ручей» по захвату немецкого судна. Чтобы уменьшить сопротивление захвату, британцы выделили деньги на проведение вечеринки в порту для экипажей всех кораблей 9 марта 1943 года. Туда ушла большая часть экипажа Ehrenfels. Одновременно им удалось погасить маяк и световой буй на рейде. В темноте в гавань вошла самоходная баржа «Фиби» и попыталась взять Ehrenfels на абордаж, но немцы оказали яростное сопротивление. В результате капитан немецкого судна и четыре матроса были убиты, а еще четверо пропали без вести (очевидно, утонули). Однако захватить судно не удалось, так как немецкая команда открыла кингстоны, и оно пошло ко дну, а команда поплыла к берегу. Возникла паника, и были затоплены и два других немецких судна.

В августе 1943 года японская авиация потопила британское торговое судно, стоящее на рейде Макао - португальской колонии в Китае. Погибли 20 британцев. Из-за того, что Макао со всех сторон был окружен оккупированной японскими войсками территорией, португальские власти вынуждены были обменять у японцев свою артиллерию на продовольствие, а также согласиться продать им запасы авиационного топлива. Об этом стало известно американцам, и их ВВС бомбили Макао 16 января 1945 года. Погибли много мирных жителей. После этого Макао бомбили 25 февраля и 11 марта. Американское командование при этом утверждало, что все три раза это произошло по ошибке. После войны США выплатили компенсацию.

После Сталинграда и Курской дуги Португалия тоже начала быстро улучшать свои отношения со странами Антигитлеровской коалиции. В октябре 1943 года была создана англо-американская авиабаза на Азорских островах, что позволило союзникам защищать свои конвои и бороться с немецкими подводными лодками в середине трансатлантического пути из США в Великобританию. В июне 1944 года была прекращена и продажа вольфрама Третьему рейху. Расчеты Салазара оправдались. За годы войны золотой запас страны увеличился в семь раз. Если до войны Португалия была должником Великобритании, то в 1945 году, наоборот, Великобритания была должна ей 322 миллиона долларов. Португалия стала в 1949 году одной из стран-основателей НАТО. Американская авиабаза на Азорских островах существует до сих пор.

Как известно, народ Ирландии вел многовековую борьбу за независимость против Великобритании. О политике геноцида ирландцев можно писать долго. Приведу только один факт: согласно переписи 1841 года, население страны составляло чуть больше восьми миллионов, а в 1911 - почти четыре с половиной. Только в декабре 1921 года Ирландия добилась определенной независимости, а полностью независимым государством стала в 1949 году. До сих пор Ирландия считает, что Северная Ирландия - это ее земля, захваченная Великобританией.

Неудивительно, что подавляющее большинство ирландцев считали Великобританию врагом номер один, и о военном союзе с этой страной не могло быть и речи. Невозможно было воевать и против Великобритании, так как ирландская 20-тысячная армия с двумя танками и 24 самолетами многократно уступала британской, а учитывая географическое положение страны, на помощь от Третьего рейха рассчитывать не приходилось. Можно была за несколько дней потерять завоеванную большой кровью свободу. Так что колебаний относительно объявления нейтралитета у правительства Ирландии не было.

Нейтралитет соблюдался неукоснительно. Было запрещено даже печатать прогнозы погоды, так как ими могла воспользоваться какая-нибудь из воюющих стран. Всех попавших на территорию Ирландии британских и немецких летчиков и моряков немедленно до конца войны отправляли в лагеря для интернированных лиц. После того как в мае 1940 года британские войска захватили нейтральную Исландию, ирландцы очень сильно боялись, что они захватят и их остров. Действующая в подполье Ирландская республиканская армия (ИРА), пользуясь участием британских войск в войне, попыталась поднять восстание в столице Северной Ирландии - Белфасте - и воссоединить ее с Ирландией. Однако британские власти смогли перехватить большую часть переплавляемого через границу оружия, и восстание вылилось всего лишь в несколько перестрелок, в ходе которых погибли четверо полицейских и пять боевиков ИРА. Последовали массовые аресты как в Белфасте, так и в Ирландии. В 1948 годы арестованные члены ИРА были амнистированы в Ирландии.

Несмотря на нейтралитет, около 200 тысяч ирландцев по экономическим причинам выехали в Великобританию, где работали в том числе и на военных заводах. Около пяти тысяч ирландцев поступили добровольцами в британскую армию, но после окончания войны и возвращения домой они были ограничены в правах, их не принимали на государственную службу. При этом в 1943 году Ирландия разрешила пролет над своей территории самолетам Антигитлеровской коалиции. 2 мая 1945 года глава Ирландии Имон де Валера официально посетил немецкое посольство в Дублине и выразил соболезнования в связи со смертью Адольфа Гитлера. Немецкий посол доктор Гемпель через несколько дней получил политическое убежище. Вот уже более 70 лет Ирландия подвергается всестороннему давлению, но в НАТО она так и не вступила.

В Европе есть шесть маленьких государств. Три из них не были нейтральными, так как были оккупированы немецкими войсками. Люксембург был в декабре 1941 года включен в состав Третьего рейха. 12 тысяч его жителей были мобилизованы в немецкую армию. 3000 из них погибли, 1500 пропали без вести, 1653 попали в советский плен, из которого вернулись 1560. 19 октября 1941 года немецкие власти объявили, что в Люксембурге больше нет евреев: 2500 из них бежали во Францию, 800 были отправлены в концентрационные лагеря. Тем не менее 36 евреев сумели пережить немецкую оккупацию.

Считается, что вторым фашистским государством после Италии был Третий рейх. На самом деле им стало Сан-Марино. Там уже в 1923 году пришла к власти местная фашистская партия и управляла страной до 1943 года. Местные фашисты тоже носили черные рубашки, и часть из них в составе итальянской бригады фашистской милиции отправились воевать в СССР. Когда в июле 1943 года Муссолини и его фашистская партия были отстранены от власти в Италии, то ее потеряли и фашисты Сан-Марино. В сентябре 1943 года при помощи немецких войск Муссолини формально вернул себе власть, и в Сан-Марино тоже стали снова управлять страной фашисты, вернувшие себе власть без помощи Гитлера. Самая большая трагедия в ходе войны произошла 26 июня 1944 года, когда британская авиация сбросила на страну 263 бомбы и в результате погибло 63 человека. Британцы объясняли это тем, что в Сан-Марино находятся немецкие войска. На самом деле немцы оккупировали страну только 5 сентября 1944 года, а через 15 дней западные союзники ее освободили. Фашистская партия была запрещена в ноябре 1944 года.

Монако пережило даже две оккупации - сначала итальянскую, а затем немецкую. Однако формально оно сохранило свою независимость, и во время войны страной продолжал управлять князь Луи II. Страна получила огромные инвестиции от промышленных кругов Германии. Через банки Монако осуществлялись финансовые операции в интересах Третьего рейха. Из страны в Германию были депортированы 90 евреев, из них вернулись после войны 9. После освобождения страны американскими войсками внук Луи II и наследник престола принц Ренье поступил добровольцем в армию генерала де Голля в сентябре 1944 года. В 1945 году западные союзники конфисковали нацистские инвестиции.

Многие считают, что раз первым римским папой был ученик Иисуса Христа святой Петр, то и история государства, являющегося резиденцией глав католической церкви, имеет многовековую историю. Действительно, с 752 года существовало Папское государство со столицей в Риме, но в 1870 году Королевство Италия его ликвидировало. На самом деле Ватикан является одним из самых молодых государств Западной Европы, а его создателем фактически является вождь итальянских фашистов Бенито Муссолини, подписавший 11 февраля 1929 года в Латеранском дворце в итальянской столице соглашение с католической церковью, по которому в центре Рима появлялось крохотное, но независимое государство Ватикан площадью 0,44 квадратных километра.

Ватикан даже теоретически не мог помогать Третьему рейху. Ввиду отсутствия там промышленности и сельского хозяйства торговать было нечем. Так как все обладатели ватиканских паспортов были людьми пожилыми и с духовными санами, а папские гвардейцы - гражданами Швейцарии, то на добровольцев из этой страны Гитлеру рассчитывать не приходилось. Конечно, Ватикан - это прежде всего центр управления католической церковью. Однако она на протяжении всей войны так и не заняла однозначную позицию по отношению к Гитлеру и странам Антигитлеровской коалиции.

В результате и деятельность католического духовенства в разных странах была диаметрально противоположной. Если в Польше за сотрудничество с антигитлеровскими силами немецкими оккупантами было расстреляно 18% священников, то в Хорватии местные церковные руководители всячески поддерживали поставленное Гитлером марионеточное правительство, призывали убивать сербов, православных и коммунистов. Среди хорватских военных преступников было немало католических священников. Даже монахини прославились своей чудовищной жестокостью, служа в качестве надзирательниц в женских и детских хорватских концлагерях.

Единственное, против чего был решительно против Ватикан, - это бомбардировки Рима авиацией союзников. Президент США Франклин Делано Рузвельт в письме к папе Пию XII заверил его, что летчики предупреждены о недопустимости бомбардировок Ватикана, а его территория отмечена на их картах. Тем не менее 5 ноября 1943 года и 1 марта 1944 года англо-американская авиация сбрасывала бомбы на Ватикан. Были уничтожены мозаичная мастерская и студия Радио Ватикана, выбиты стекла в соборе Святого Петра. Жертв не было.

Жители немецкоговорящего Лихтенштейна всю войну боялись, что по примеру Люксембурга их страна будет присоединена к Третьему рейху, они станут его гражданами и будут призваны на службу в вермахт. Этого не произошло, но 110 из них отправились служить фюреру добровольно, и 40 отдали за него жизнь. Всю войну в этом альпийском княжестве действовали нацистские организации, а жители собирали теплую одежду для немецких солдат. В конце войны Лихтенштейн спас от возмездия целую дивизию русских коллаборационистов под командованием генерал-майора вермахта Бориса Хольмстон-Смысловского, предоставив им убежище.

В 2020 году власти Лихтенштейна официально потребовали от Чехии вернуть 2000 квадратных километров с городом Вальтице и деревней Леднице, а также замками, ранее принадлежащими правящей династии Лихтенштейна. Дело в том, что в 1945 году президент Чехословакии подписал указы о депортации из страны немецких и венгерских коллаборационистов (к ним отнесли практически всех представителей данных национальных меньшинств), а также о конфискации их земель и недвижимого имущества. Так как правящий тогда в Лихтенштейне князь Франц Иосиф II во всех документах указывал себя немцем по национальности, Берлин посещал, Гитлера с победами поздравлял и скупал имущество евреев, отправленных в концлагеря, то его тоже посчитали коллаборационистом и конфисковали его земли и недвижимость. Интересно, что сейчас территория княжества - всего 160 квадратных километров.

Из всех европейских стран меньше всех Вторая мировая война затронула Андорру. Она расположена в Пиренеях между Испанией и Францией. Испанский Урхельский епископ и глава Франции являются соправителями государства. Военных действий у границ Андорры не было всю войну. Когда в Испании власть захватил диктатор Франко, то Андорра его сразу признала. Затем она признала и маршала Петена, дружившего с Гитлером, а позже и генерала-антифашиста Шарля де Голля. Предоставляла убежище на своей территории любым беженцам, не возражала против пролета чужих самолетов над ее территорией, так как сбивать их было все равно нечем. История Андорры в период 1939-1945 годов каких-либо крупных и значимых событий не зафиксировала.