Петербургский предприниматель провел два года в американской тюрьме, попав туда по ложному обвинению.
Четыре дня назад предприниматель из Петербурга Олег Никитин вернулся на родину. До этого два года он провел в одной из американских тюрем, куда попал по сфабрикованным обвинениям в нарушении антироссийских санкций. За его свободу и возвращение домой боролась супруга Наталья, а вместе с ней - российские дипломаты и правозащитники. К счастью, это получилось, даже символично - аккурат перед Новым годом.
ФАН поговорил с Олегом Никитиным и узнал, соблюдаются ли права человека в США, что больше всего его поразило в американской тюрьме и скучал ли он по русской домашней кухне.
- Попасть в тюрьму за пределами родной страны звучит очень страшно. Какие мысли помогали Вам морально держаться в самые трудные и одинокие моменты во время заключения?
- Поддержка, на самом деле, как все чувства: она иногда пропадает, а иногда обостряется. Порой было очень тяжело, и я действительно чувствовал себя один. Кроме того, вокруг тебя все чужое: люди ментально совершенно другие, тебе не с кем поговорить и не будет в ближайшее время. Что происходит - тебе тоже никто не расскажет, и даже если какие-то новости ты увидишь, они будут не про тебя. Поэтому всегда оставалась надежда на то, что что-то происходит, и какие-то новости на подходе. Знаете, ведь чаще всех ко мне обращались представители нашего консульства, и я постоянно чувствовал заботу о себе. И я вдруг понял одну простую вещь: если консула сейчас нет со мной, значит, он с тем, кому больше нужен. И это меня немного утешало - да, я в очереди, но моя очередь подойдет.
- По каким домашним, бытовым моментам из своей жизни Вы скучали там больше всего?
- Нет такого понятия «скучал по бытовым вещам». В американских тюрьмах нет зеркал и нет стекол - это делается для того, чтобы человек, нарушив их целостность, не получил оружие в руки. Поэтому зеркал и стекол нет, и этого не хватает категорически. Ты не знаешь, солнце или зима, дождь или ночь, не знаешь, как ты выглядишь. У них используется для бритья железный лист, немного отполированный, - ты видишь очертания лица, которое можно побрить. Других форм созерцания себя нет. И вот без этого можно просто сойти с ума.
- А какие еще особенности такого технически-бытового устройства места заключения Вас поразили и запомнились?
- Я человек, далекий от того мира, где оказался, поэтому сравнить, чем отличается американская тюрьма от других тюрем, просто не могу. Но что меня коробило, так это перемещения вне камер в кандалах. Это вещь, к которой я в итоге привык: иногда мне уже хочется, выйдя куда-то, поднять ногу, потому что сзади тебя прихватывает шакалами(от англ. shackles - кандалы. - Прим. ФАН) офицер. Поворачивать, а тем более резко, в них невозможно - ты обязательно упадешь и запутаешься в цепи, она короткая. Широко шагать ты не сможешь, не потому, что порвешь штаны, а потому, что цепь не позволит. И вот это ежесекундное напоминание о том, кто ты есть, действительно запомнится на всю жизнь.
- Можете ли Вы рассказать об условиях пребывания в тюрьме, в частности, системе питания там? Скучали на чужбине по домашней русской еде?
- Да, это ужасно. В США двухразовое питание в тюрьмах: завтрак, обед и вместо ужина как бы сухой паек, колбаса и хлеб. Они должны дать тебе 2000 калорий в день - посчитали, сколько не хватает, добавили два куска хлеба и так набирается две тысячи калорий. Они не пьют чай вообще ни в каком виде, и, понятное дело, в рационе нет никакого кофе. Кофе, пусть даже очень плохой, можно купить. Но что касается рациона питания, его там нет вообще. Ты можешь пить так называемый бромкомпот - это, по сути дела, вода с добавлением растворимых химических реагентов, что-то вроде сока Invite, который у нас был раньше. Напиток имеет двойное действие: помимо того, что убивает отвратительный запах некачественной воды, еще и достаточно серьезно снижает человеческую активность. Люди это чувствуют, поэтому, как правило, заключенные его не пьют, потому что хотят быть самими собой. Но больше ничего не дается из питья.
- Получится ли у Вас сравнить Россию и Америку по части соблюдения прав человека? Где это действительно делают, по Вашим ощущениям?
- Никто не собирается соблюдать права человека в той стране, где я был задержан. Когда я о чем-то подобном пытался сказать, они говорили: «А где ты это прочитал?». Сидя в тюрьме, я действительно читал - и Парижскую декларацию, и Венскую декларацию. Пытался как-то начинать диалог с ними о том, что бывают какие-то нормы, прописанные где-то. Они говорили: «Да вы с ума сошли, это неизвестно кто и когда придумал. У нас тоже 200 лет назад что-то придумали, но мы вас не заставляем так жить».
У них ведь эти права прописаны в их конституции, и, например, третье право - это право на счастье. А они говорят: «Так мы его не оспариваем, ты имеешь на него право, но не более того». Никаких прав: на бесплатное медицинское обеспечение, на образование, на жилье - нет. Иди и купи, что называется. Поэтому, что касается прав человека, я думаю, это чисто европейский взгляд на жизнь. Я не говорю, что они [американцы] их нарушают. Они ничего не нарушают, у них их нет, они живут по-другому.
- Хочется спросить как у человека, получившего печальный, но серьезный жизненный опыт: что делать людям, которые оказались в ситуации, подобно Вашей? Как быть, если тебя неожиданно задерживают в другой стране?
- Требовать адвоката, консула и переводчика. Базовый набор, который тебе никогда не предоставят, но обозначить свою позицию как человека всегда нужно. Я допустил ошибку - пытался понять, что от меня хотят, и разговаривал. В переводе с англосаксонского: «вы поняли нашу позицию и пытаетесь нам что-то объяснить, то есть мы в диалоге». Возможно, мне в чем-то это и помогло: ко мне не стали относиться предвзято и отчужденно. Но, конечно, никакого консула не было. Сказали: мы известим, а уж приедет или не приедет, от нас не зависит. Что же касается адвоката, то мне было отказано в бесплатном адвокате, потому что я подозревался в намерении нарушения каких-то экономических норм. Значит, деньги у меня на это есть.
- Хочется завершить разговор, смотря в будущее. Тем более Вы так символично вернулись домой под Новый год. Какие у Вас на него планы?
- К жизни я вернулся на следующий день и уже провел первое совещание в компании. Нужно наводить порядок, потому что за это время многое изменилось вокруг нас, и это не могло не отразиться на состоянии компании. То, что произошло со мной, не могло не изменить многих людей, поэтому сейчас приходится и головы на место ставить, и разбираться в проблемах, которые нависли. В общем, приходится спасать то, что было раньше. Ну и, конечно, планы на Новый год - только работа. А вот на праздники будет семья.