История с «ультиматумом России в адрес НАТО» приобретает все более широкие масштабы, особенно в контексте украинского вопроса. Однако при этом обрастает таким количеством медийного шума, что понять, что сейчас в реальности происходит вокруг взаимоотношений Североатлантического альянса, нашей страны и, собственно, Украины, уже довольно сложно.
А потому стоит хотя бы слегка структурировать эту историю, чтобы понимать, чего ждать от переговоров РФ и лидеров НАТО, которые назначены на 12 января следующего года.
Стоит напомнить, что еще с начала ноября сперва в Bloomberg, затем в ряде других западных СМИ, а потом и речах политиков и военных чиновников Североатлантического альянса появились слова о «новой российской угрозе». В частности, о стотысячной группировке наших войск, якобы дислоцированных у границ с Украиной.
Параллельно сообщениям о том, что «русские нападут», шло еще несколько важнейших для этой истории международных процессов: переговоры Байдена и Путина, заявления генсека НАТО Йенса Столтенберга о том, что «у России не может быть сферы своих национальных интересов», но, что важнее, прозвучал тот самый «российский ультиматум». А именно проект договора о гарантиях взаимной безопасности, который МИД РФ вручил Госдепартаменту США, в котором говорится, что НАТО не просто не должна далее не расширяться на восток, но и несколько «сбавить обороты» по наращиванию своих вооружений на российских границах. Примерно к уровню 1997 года.
При этом важнейшими пунктами данного документа стало требование не включать в Альянс «бывшие советские республики». А именно Украину, Грузию и Молдавию. В противном же случае Москва, по словам замминистра иностранных дел Сергея Рябкова, оставляет за собой «право на военно-технический ответ».
Правда, ни Минобороны РФ, ни МИД России о том, что это будет за ответ, по понятным причинам не распространяются. Более того, если посмотреть на соответствующие пункты Военной доктрины РФ, то предполагать, что Россия куда-то там вторгнется, просто чтобы ответить, не приходится в принципе. У нас сугубо оборонительная концепция военных действий:
«Военная политика Российской Федерация направлена на недопущение гонки вооружений, сдерживание и предотвращение военных конфликтов», - значится в этом документе.
К слову, не очень корректно использовать и термин «ультиматум». Поскольку Россия относится и к проекту договора о коллективной безопасности, и к соответствующему проекту соглашения с НАТО как к поводу для серьезных переговоров. В частности, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков по этому поводу заявил:
«Это очень важный трек переговоров, безусловно, в двух проектах - проекте договора и проекте соглашения, которые были переданы сначала американской стороне, а потом в целый ряд европейских столиц, действительно содержится инициатива России, связанная с Североатлантическим альянсом».
А переговоры все же предполагают не обмен ультиматумами, но некоторое пространство для компромиссов. И очень показательна в этом плане публичная реакция стран Запада на сложившееся к текущему моменту положение вещей.
В США, например, сразу несколько весьма влиятельных изданий устами очень интересных экспертов, имевших или имеющих отношение к разведке и Пентагону, заговорили о мире и о том, что нужно пересмотреть политику Вашингтона в адрес Москвы в сторону куда большего миролюбия.
Собственно, все тот же Йенс Столтенберг предложил провести переговоры 12 января следующего года.
«Любой диалог с Россией должен вестись на основе взаимности, учитывать озабоченность НАТО действиями России, основываться на ключевых принципах и фундаментальных документах европейской безопасности, проходить в координации с европейскими партнерами НАТО», - прокомментировали эту инициативу в пресс-службе Альянса.
Реакция «европейских партнеров» тоже крайне любопытна. Так, британское издание Daily Express сообщает, что минобороны страны готовит «сценарии вывода своих войск» с Украины в случае дальнейшего роста эскалации с Россией.
Особенно напрягло британцев то, что Россия приняла новый стандарт по захоронению военных в братских могилах в случае военных действий. Иными словами, наша страна может не высылать погибших военнослужащих противника на родину в случае начала боевых действий.
На Западе, кажется, этот ГОСТ, который вступит в силу с 1 февраля 2022 года, восприняли как весьма прозрачный намек в духе «ну, заходите, гости дорогие, у нас страна большая, земли на всех хватит, все тут ляжете».
Хотя понятно, что ГОСТ этот совершенно не о том, а скорее о чрезвычайных ситуациях, да и разработан он не в Минобороны, а в МЧС. Но так уж этот проект лег в общий геополитический контекст.
Очень похожую реакцию выдают французские СМИ. В издании Atlantico вышло интервью с экспертом по России Татьяной Кастуевой-Жан, в котором речь идет о возможностях давления со стороны Европы в адрес России. И госпожа Кастуева-Жан говорит следующее:
«У Европы мало эффективных факторов сдерживания и влияния на действия россиян. Нам говорят о новых санкциях, но санкции, существующие с 2014 года, не изменили поведения России. Индивидуальные санкции мало эффективны для «коллективного Путина». Санкции также оказывают негативное влияние на европейскую экономику. Например, отключение платежной системы SWIFT может дестабилизировать транзакции с ЕС, остающегося крупнейшим коллективным торговым партнером России, а также энергетические рынки».
К тому же не стоит забывать, что ряд членов ЕС выстраивают сейчас с Москвой топливно-энергетические отношения по линии «Северного потока - 2», хоть долго и трудно, с задержками и даже протестами с европейской стороны. А учитывая нынешние цены на газ, которые скачут в пределах от 1200 до 2200 долларов за тысячу кубометров, этот фактор тоже не стоит сбрасывать со счетов в рамках переговоров о глобальной безопасности.
В России, конечно, говорят, что «СП-2» - это сугубо экономический проект. Но ведь и экономические санкции со стороны Европы можно рассматривать не только как политическое давление, но и как «недобросовестную конкуренцию». То есть тоже в сугубо экономическом ключе и рычаги противодействия такой «конкуренции» у России есть. Тоже сугубо экономические.
Если же возвращаться к США, то там уже говорят, что «Россия идет навстречу и первой снижает напряженность на границе с Украиной», отводя в места постоянной дислокации 10 тыс. военнослужащих, которые до этого участвовали в масштабных учениях. Нюанс, правда, в том, что с 2014 года учения на этих территориях с обеих сторон границы проводятся регулярно, равно как регулярно по их окончании осуществляется и отвод войск. И раньше все эти маневры воспринимались как обычные процессы - без политической подоплеки. То есть со стороны американских аналитиков это тоже своеобразный поиск «предлогов к миру».
В общем, кажется, и в Альянсе вообще и в США в частности особо не горят желанием воевать за Украину. Даже учитывая крайне призрачный характер возможного российского «наступления». А потому все же есть надежда на то, что переговоры 12 января будут максимально продуктивными, и геополитическая ситуация впервые за последние годы действительно изменится в сторону мира, а компромиссные решения по поводу сосуществования НАТО и РФ будут найдены.