Газопровод умер?

США уведомили Грецию, Кипр и Израиль о том, что Вашингтон не поддерживает строительство газопровода EastMed, который эти страны собирались проложить по дну Средиземного моря. Как сказано в этом неофициальном документе, Соединенные Штаты не поддерживают эту стройку «как по экологическим, так и по экономическим причинам».

По мнению экспертов, такая позиция Вашингтона связана с решением избегать конфликтов с нынешним президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом до выборов в этой стране, которые намечены на июнь 2023 года. Однако США фактически снова открыли дорогу для российского газа, на этот раз - в страны Южной Европы, отказавшись поддержать альтернативный газопровод.

Судя по всему, важный для Европейского союза EastMed может повторить судьбу нереализованного газопровода «Набукко», проект которого начали разрабатывать в феврале 2002 года. Газопровод целое десятилетие числился в статусе «альтернативного маршрута газа» в обход России, но так и не был построен.

Неудача «Набукко» определялась сразу несколькими моментами. Его маршрут должен был пройти по территории девяти стран в весьма сложных географических условиях, а длина должна была составить около 4000 км. Однако главной проблемой «Набукко» стала иная - газопровод был изначально рассчитан на прокачку всего лишь 31 млрд кубометров газа ежегодно, чего оказалось крайне мало для окупаемости, с учетом его стоимости и длины.

Для сравнения - мощность российских газопроводов «СП-1» и «СП-2» составляет по 55 млрд кубометров в год каждый - при длине маршрута в 1224 км. При этом оба эти газопровода опираются на мощную производственную базу российского «Газпрома». На «Набукко» газ собирали буквально с мира по нитке, намереваясь закачивать в эту трубу топливо с месторождений Азербайджана и Ирана.

В итоге этим шатким планам так и не суждено было осуществиться. Тегеран поссорился с ЕС из-за своей ядерной программы. В Баку предпочли закачивать природный газ обратно в нефтеносные пласты, чтобы поднять отдачу по добыче черного золота.

В подобной и даже худшей ситуации оказался и EastMed. Его мощность по проекту составляла лишь 10 млрд кубометров газа в год, а официальная длина - 1900 км. Но обольщаться такой длиной не стоит: в отличие от «СП-1» и «СП-2», проложенных на небольшой глубине по дну сейсмически спокойного Балтийского моря, EastMed должен был пройти по дну Средиземного моря - в гораздо более сложных и опасных условиях. Наиболее сложной частью проекта являлся участок газопровода от Кипра до Крита, где глубины морского дна достигали отметки более 3000 метров. Прокладка трубы на такую глубину теоретически возможна, но поддержание ее целостности и работоспособности стало бы сверхзадачей: рельеф дна по трассе трубопровода крайне нерегулярный, а район прокладки сейсмически активен и подвержен оползням.

Все эти факторы создали ситуацию, в которой даже начальная стоимость постройки EastMed оценивалась как 7 млрд долларов, что сравнимо с бюджетом в три раза более мощного «Набукко» и равно фактическим расходам на постройку в 5,5 раза более мощного российского «СП-2». Было очевидно, что стоимость EastMed неизбежно бы выросла: например, «Набукко» при начальном бюджете в 7 млрд долларов к моменту своего закрытия дорос до сметы в 14 млрд.

Тем не менее страны Южной Европы, а именно Кипр, Греция и Италия, считали, что смогут при помощи из Брюсселя и Вашингтона как-то вытянуть постройку EastMed, накачав его по полной субсидиями и кредитами. Что же пошло не так?

Изначальный план постройки EastMed, который Кипр, Греция, Италия и Израиль согласовали в декабре 2017 года, подразумевал, что газопровод соединит израильское газовое месторождение «Левиафан» и кипрское «Афродита» с перспективными рынками Греции и Италии.

Главной сырьевой базой для EastMed должен был стать именно «Левиафан», запасы которого составляют 621 млрд кубометров газа. Функция же кипрской «Афродиты» была вспомогательной, так как запасы этого месторождения гораздо скромнее - всего 130 млрд кубометров.

Однако сильно разогнать EastMed с помощью месторождений Израиля и Кипра было не так и просто. В мировом масштабе и «Левиафан», и «Афродита» слишком малы. Например, Бованенковское месторождение, запущенное «Газпромом» в числе многих других в качестве базы для «СП-1» и «СП-2», имеет запасы в 4,2 трлн кубометров - то есть оно больше израильского «Левиафана» в семь раз.

Однако главной проблемой стало то, что даже газ «Левиафана» оказался лишь частично доступен для перекачки по EastMed. Израиль решил использовать этот газ для того, чтобы задобрить своих соседей. Например, после начала добычи сырья на шельфовых месторождениях Тель-Авив стал продавать газ в Иорданию в обмен на политические преференции.

Подобная ситуация сложилась и с Египтом, который тоже начал покупать газ в Израиле, чтобы заместить падение внутренней добычи газа. Росло потребление голубого топлива и в самом Израиле, который массово переводил домохозяйства на магистральное газоснабжение.

Эти и другие факторы образовали сложный ближневосточный узел, в котором интересы Израиля переплетаются с интересами арабских стран, из-за чего они вынужденно становятся союзниками. В итоге все вместе претендуют на газ, предназначавшийся до этого Европе.

Негативная реакция Анкары на газопровод EastMed связана не только со сложными взаимоотношениями в треугольнике Турция - Кипр -Северный Кипр. Новый газопровод позволил бы Израилю и Кипру конкурировать не только с Россией, но и с турецкой стороной, четко монополизировавшей южный фланг газовых поставок в ЕС. Турция хотела бы стать газовым хабом для Южной Европы, поэтому создание нового трубопровода в обход турецких территорий стало бы ударом по транзитным амбициям Анкары.

Официальная Никосия уже фактически признала, что проект EastMed мертв. Президент Республики Кипр Никос Анастасиадис в интервью кипрскому изданию греческой газеты Kathimerini, опубликованном в воскресенье, призвал «искать альтернативы EastMed», если его строительство окажется нереализуемой задачей.

Судя по всему, позиция Вашингтона, поддержавшего Турцию и отказавшегося от помощи Кипру, Израилю, Греции и Италии, стала последней соломинкой, сломавшей спину верблюду. Хотя надо признать - «здоровье верблюда» и до нынешнего времени вызывало у всех большие сомнения.

Ну а приятным бонусом стало то, что в этих сложных ближневосточных раскладах Вашингтон невольно сыграл на руку интересам России на газовом рынке Европы.

Данная статья является исключительно мнением автора и может не совпадать с позицией редакции ФАН.