Военкор Сладков: «Несколько слов о собаках в Афганистане»

Эта тема, как ни странно, обрастает историческими подробностями и современными данными.

Первыми подняли скандал американские правозащитники в связи с тем, что армия США, убегая из Афганистана, оставляла там всех своих служебных собак. Правозащитник Робин Ганцерт потребовал приравнять псов к военнослужащим и вывезти их из страны.

К слову, напичканный «умными» газоанализаторами Афганистан тем не менее в предупреждении минной опасности без служебных собак не справлялся. Саперы без них на инженерную разведку не выходили вовсе. Собака лучше любого миноискателя, она чует заглубленный в грунт мину на 1,5-2 метра. Она чует фугас на расстоянии.

Когда собак начали эвакуировать в Америку, опять поднялся скандал: уже на тему «вы оставляете верных США афганцев, а собак, пускай заслуженных и обученных, вывозите, пренебрегая людьми». Потом появилась информация американских правозащитников о том, что военные США, убегая из Афганистана, все же не взяли с собой 51 минно-розыскную собаку.

«Эти храбрые собаки выполняют ту же опасную работу по спасению жизни, что и наши военные служебные собаки, и заслужили гораздо лучшую судьбу, чем та, на которую они были обречены», - глава правозащитной НКО American Humane Робин Ганцерт.

Я вам хочу сказать, что тема предательства верных четвероногих солдат стара как мир.

Например, советские военные, уходя из Афганистана, собак бросали на чужой территории - перед границей в Хайратоне. Вот что лично мне говорил легендарный журналист Михаил Лещинский (гостелерадио в Афганистане, 1989 год), дословно: «Это еще одно страшное воспоминание. Санэпидконтроль не разрешал через границу провозить саперных собак. Вот тяжело очень. Ну и что делать? Не разрешают. А что такое саперная собака? Это человеку, кто воевал, знает. Она много жизней - каждая из них - спасла. Бросали их там. А афганцы же не любят собак, как все мусульмане, и считают, что это дьявол. И они их стреляли там. И вот этот визг собачий - всю ночь. Одну я, правда, меня там ребята-саперы попросили, знакомые, собаку перетащил через границу, они мне принесли, ну это, ну, справку ветеринарную, им дали там, говорят, подпишите. Я говорю, ребят, я - кто? Они знают, кто такой Лещинский. И я им подписал, что разрешаю. Это было очень смешно. Пересекли границу, огромный водолаз черный. Боцман звали. И они встречают нас. Ну вот это вот было».

Мой товарищ Владимир Кошелев, ветеран войны в Афганистане, прошедший ее в спецназе ГРУ, вспоминая о судьбе служебного пса по кличке Талисман, оставленного в Афганистане и застреленного афганскими солдатами, написал такие стихи.

«Там Талисман лежать остался, Добитый выстрелом в упор, Коль чужакам не предавался И не поверил в наш позор.
А за рекой полки встречали Оркестры, флаги и цветы. О псах почти не вспоминали, Не зря от радости беды.
* * * Мы предавали - было, братцы: Вот вам напомнил день и час. С того не стоит удивляться, Что после предавали нас.
В помин собак не ставят свечи, В церквах не молятся о них... Стих не про нравы человечьи, О верности собачьей стих».
(Московия, 16.12.21 г.)

Уже в мое время произошло событие, которое до сих пор портит мне настроение всякий раз, когда я о нем вспоминаю. Дело в том, что при моджахедском правительстве в Афганистане находилось российское сводное подразделение еще существовавшей тогда ФСКН (Федеральной службы по контролю за наркотиками).

Были опера-разведчики, классные ребята, умные опытные, продуктивные. И на вилле, что в километре от посольства, располагался спецназ ФСКН.

Спецназеры тоже были мужиками приличными. Они завели на вилле уютное и относительно безопасное хозяйство. Мы там, бывало, останавливались, ночевали, часто ужинали или обедали вместе. И была там дворовая псина по кличке Доза. Добрая, отзывчивая, бескомпромиссно охранявшая территорию.

И вот когда спецназ ФСКН вывели в Россию, то эту верную нам Дозу выкинули на улицу.

Наш товарищ (условно - Сергей) из посольства тоже жутко переживал такое предательство, жалел Дозу. Она месяц не ела, перестала ходить. Сергей не имел права взять Дозу к себе. Они приходил и кормил ее с рук.

Я не знаю, что с той несчастной псиной было потом, но если б я знал, что мужики пойдут на такое, я сделал бы все, чтоб забрать эту несчастную собаку к себе домой. Предавать нельзя. Ни людей, ни животных. Никого.

Это Доза. Она могла подойти и запросто положить свою лапу тебе на колено.