После того, как президент России Владимир Путин произнес свою знаменитую речь в Мюнхене, которая стала пророческой, американские власти впали в ярость. Об этом рассказал известный российский экономист Василий Колташов.
Выступлению Путина на Мюнхенской конференции по безопасности 10 февраля исполнилось 15 лет. Эту речь тогда расценили как самый жесткий манифест со времен холодной войны. Но российский лидер не считает, что в чем-то «погорячился».
Расширение Североатлантического альянса и однополярный мир, проблемы в сфере разоружения, деградация института ОБСЕ, иранская ядерная проблема, энергобезопасность Европы - эти и другие вопросы, затронутые Путиным в Мюнхене в 2007 году, теперь оказались еще более острыми, считает Василий Колташов. Эксперт рассказал о реакции США на мюнхенскую речь Путина.
«Сейчас многие вспоминают выступление Владимира Путина в Мюнхене 15 лет назад. Многое сбылось. Но сразу после тех событий мне выпало быть на приеме в американском посольстве. Не могу сказать, что закуски были хорошие - это ведь не итальянское или турецкое учреждение. Однако по поводу мюнхенской речи - там выступал оратор, только что прилетевший из Вашингтона. Не ради ли этого? И он меня потряс», - заявил экономист на своей странице в социальной сети «ВКонтакте».
Василий Колташов рассказал, что выступление базировалось на том, что мюнхенская речь президента России вызвала ярость в США, поскольку американцы считали ее «неслыханной наглостью».
«Со слов американского деятеля выходило, что это неслыханная наглость со стороны России - ставить какие бы то ни было вопросы, говорить о будто бы существующей опасности идущих и новых деструктивных перемен в международных отношениях. Выходило, что Путин в глазах американской политической элиты и права не имел высказываться, если есть какие проблемы в мире. А ведь речь в Мюнхене была осторожная, предупредительная. Но она вызвала ярость США», - заметил он.
Путин был прав в своих словах и предупреждениях в мюнхенской речи 2007 года. Такое мнение озвучила бывший министр иностранных дел Австрии Карин Кнайсль.