Сомнительное предложение

Тегеран и ранее выступал с таким предложением, однако заметной поддержки оно не нашло.

Тегеран, 16 января. Постоянный представитель Ирана при Организации Объединенных Наций Маджид Тахт-Раванчи выразил готовность своей страны увеличить уровень участия в миротворческих операциях ООН, предоставив в ее распоряжение подразделения собственных вооруженных сил.

Дипломат отметил значимость таких миссий для поддержания международной стабильности и безопасности и подчеркнул, что они должны осуществляться в соответствии с положениями устава ООН и принципом неприменения силы, за исключением случаев самообороны. Также он указал на необходимость уважения территориального суверенитета всех стран и полного отказа от вмешательства в их внутренние дела.

По словам Тахт-Раванчи, эффективность миротворческих операций определяется тем, насколько продуктивно государства, предоставляющие вооруженные контингенты, сотрудничают между собой на всех этапах принятия решений. Он назвал главной задачей подобных миссий поддержку гражданских лиц, но обратил внимание, что следует всеми силами избегать использования защиты населения в качестве предлога для военных вмешательств со стороны ООН или каких-либо иностранных государств.

Также дипломат затронул тему применения новых технологий сбора информации в миротворческих операциях. Маджид Тахт-Раванчи заявил, что подобные инструменты должны служить делу защиты самих контингентов. В то же время их необходимо задействовать в соответствии с основными принципами миссий по поддержанию стабильности и с учетом требований принимающей страны, а также ее права на суверенитет и территориальную целостность.

С аналогичным предложением Иран выступил и в 2016 году, когда должность его постпреда занимал Голамали Хошроу. Тем не менее ответа со стороны ООН на такой запрос не последовало.

Ранее Исламская Республика, которую в миротворческой миссии ООН представляют лишь два человека, не фигурировала в таких операциях. По ряду причин прием подразделений ее ВС в ряды активных стран-участников представляется весьма сомнительным. Например, из-за неоднозначной репутации Тегерана в глазах многих западных государств и их союзников, которые подозревают его в попытках создать атомную бомбу с целями, выходящими за рамки защиты национальной безопасности.

Еще одним немаловажным аспектом является внешняя политика Ирана на Ближнем Востоке, где его обвиняют в активном вмешательстве во внутренние дела других стран. В частности, наиболее ярким примером является Йемен, где Тегеран активно поддерживает повстанческое движение хуситов «Ансар Аллах», исповедующих шиизм, повсеместное распространение которого стало одним из столпов доктрины Исламской Республики. В результате затянувшейся гражданской войны погибло уже несколько сотен тысяч мирных жителей, что не очень клеится с заявленной Ираном приверженностью миротворческим принципам.

В качестве подобных примеров можно привести и другие страны - Ирак, Ливан и Сирию, где Исламская Республика руками своих сторонников активно продавливает внешнеполитические интересы, в том числе и военными методами. В случае с Дамаском прямо обвинить Тегеран во «вмешательстве» западным странам невозможно, поскольку его подразделения находятся с одобрения официальных властей, однако в полном смысле миротворческими его действия назвать нельзя. Вдобавок, поддерживаемое им правительство Башара Асада также имеет много противников на Западе, который скорее выступит за легализацию проамериканских или протурецких незаконных вооруженных группировок.

Справедливости ради стоит отметить, что далеко не все страны - члены миротворческой программы ООН являются эталонами для подражания. США, Великобритания, Франция и многие другие государства неоднократно участвовали в свержении официально признанных правительств, как собственными силами, так и путем поддержки прокси-группировок. Главное значение в этом вопросе имеет не столько добропорядочность, сколько достаточное число сторонников или хотя бы нейтрально настроенных членов ООН, а Иран таким количеством голосов вряд ли сможет заручиться.