Экономист Мартин Бургос: санкционная политика США может сыграть на руку Аргентине

Экономист Мартин Бургос: санкционная политика США может сыграть на руку Аргентине

Пока что топливные санкции против России серьезно ударили по планам Аргентины расплатиться с МВФ.

Мартин Бургос – экономист, получивший образование в парижской Высшей школе социальных наук. Он является соавтором концепции «новой экономической модели» — в приложении к Аргентине — и настаивает на стратегической важности природных ресурсов в выстраивании новых внешнеполитических связей.

В интервью специальному корреспонденту международной редакции Федерального агентства новостей в Аргентине Мартин Бургос объяснил, каким образом отразились на аргентинской экономике санкции Запада против России, и почему топливный кризис может изменить баланс сил в Южной Америке.

ФАН: Каково ваше мнение по поводу санкций Запада в отношении России?

Мартин Бургос: С учетом всех озвученных санкционных мер, поражает в первую очередь их масштабность. Я полагаю, что некоторые из них не слишком болезненны, или же наносят вред психологического характера; но есть и такие, которые нацелены на подрыв самой структуры функционирования экономики. Тут надо уточнить, что в условиях глобализации они бьют «рикошетом» и по другим странам, — причем не обязательно соседним.

— Какие именно санкции вы имеете в виду?

— Ну, например, не знаю, насколько россияне расстроены уходом из страны «Старбакса» или «Макдональдса». А вот отключение SWIFT — это сокрушительный удар не только по экономике России, но и по финансам европейских государств, в первую очередь тех, которые взаимодействуют с «Газпромом». Отдельной проблемой в этом контексте становятся цены на энергоносители и даже продуктовые товары вроде зерна. Ведь Россия и Украина являются крупнейшими аграрными экспортерами в мире.

А вот санкции «культурного» характера, безусловно, унизительны, но страдать от них будут больше те страны, которые их ввели. Например, итальянские студенты-словесники больше не смогут изучать Достоевского — кому от этого хуже? Или та же Мюнхенская филармония, лишившаяся Валерия Гергиева. Для культурной жизни Германии это серьезная потеря. К слову сказать, Вагнера или Гёте во время Второй мировой войны никто не запрещал.

— Считаете ли вы уместными ответные санкции России?

— Было бы странно, если бы Россия к ним не прибегла. Это очень богатая ресурсами страна, которая, как и Аргентина, способна обеспечить себя практически всем. А вот если она прекратит поставки редких металлов в США (для производства тех самых электронных компонентов, в импорте которых России отказано) или газа в Европу — Запад окажется в патовой ситуации.

— Отражается ли весь этот обмен санкциями на экономике Аргентины?

— Безусловно. Что касается экспорта в Россию (это в основном экспорт агропродукции), то в последние два года он сократился из-за пандемии, и в 2021 году составил 414 миллиарда долларов. Экспортируются в основном мясо, вино и бобовые; заняты этим средние и малые предприятия. И после введения западных санкций (особенно, после отключения SWIFT и отказа Maersk сотрудничать с Россией) им очень тяжело. В случае мяса убытки становятся еще больше из-за того, что при любой задержке необходимо оплачивать рефрижераторы, — иначе груз разморозится и вообще пропадет.

Хорошая новость в том, что, как я уже говорил, выросли цены на сою, подсолнечное масло и зерно, а экспортируем мы его по всему миру. И в Индию, и в Китай, и в Европу — через порт Роттердама. Зерно подорожало вдвое (400 долларов за тонну), соя была по 400 долларов, а стала по 690. Если бы не наши собственные инфляционные процессы, можно было бы сказать, что Аргентине повезло…

Отдельная тема — это цены на горючее. Они тоже выросли, но парадокс в том, что, имея собственные залежи нефти и газа, Аргентина больше импортирует топливо, нежели экспортирует. Поэтому отказ США от закупки российской нефти на данный момент оказался для нас тем самым ударом «ниже пояса», который ставит под угрозу достигнутый с таким трудом договор с МВФ.

— В каком смысле – «ниже пояса»?

— Чтобы уложиться в сроки, поставленные МВФ для выплаты внешнего долга, главной стратегией правительства стала отмена субсидий на газ и электричество. Например, до сих пор 70% ежемесячного счета за газ оплачивало государство. Сэкономленные деньги должны были пойти на сокращение бюджетного дефицита.

Но теперь получается, что никакой экономии не получится. В 2021 Аргентина закупила газа на 1 миллиард долларов, и если в этом году закупать столько же, то после отказа США импортировать российскую нефть аргентинцам придется заплатить от 5 до 7 миллиардов.

Мы тем не менее настроены оптимистично. Ситуация рано или поздно вынудит американцев идти на компромисс с Венесуэлой и Аргентиной — нефтяными странами континента. Это вопрос времени.

— Если Аргентина — нефтяная страна, то почему ей приходится закупать газ за границей?

— Наиболее перспективным месторождением на данный момент является Вака-Муэрта на юге страны. Нефть и газ там обнаружили в 1980-х годах, а дальше эта зона в течении почти трех десятилетий переходила из рук государства в руки частных предпринимателей и обратно, пока в 2012 году не стала государственной окончательно.

Однако с учетом всех наших кризисов инвестировать достаточно средств для ее разработки пока что не получилось. Поскольку там необходимо применение технологии гидроразрыва пласта («фрекинга»), то вложения на уровне технологий очень высоки. Но мы уверенно движемся в этом направлении.

Были проекты по привлечению российских и китайских инвесторов… США тоже очень интересовались. А сейчас будут интересоваться куда интенсивнее. Думаю, что для Аргентины в этой ситуации есть шанс добиться смягчения условий по выплате долга МВФ.

— Означает ли это, что в какой-то момент Аргентина встанет на сторону США и присоединится к санкциям?

— Нет. Думаю, что если мы окажемся в ситуации, когда сами сможем диктовать какие-то условия, Аргентина сохранит нейтралитет. По крайней мере, в исторической перспективе внешняя политика нашей страны была именно такая: Аргентина предпочитала не вмешиваться в дела других государств.

Однако, пока что мы связаны по рукам и ногам условиями договора от 28 января. Будем надеяться, что эта ситуация скоро изменится.