Жители Славянска: пусть нас здесь и похоронят

17:57  2 Июля 2014  /обновлено: 4:46  28 Октября 2015
320

Российский фотограф Виктория Ивлева рассказала о том, что своими глазами увидела в Славянске: обстреливаемый город, лишенный света и воды, фактически вколотили в каменный век. Чудовищные подробности выживания в этом аду рассказала жительница Славянска, 78-летнюю мать которой парализовало прямо во время обстрела. Известный российский фотограф Виктория Ивлева приехала в Славянск с гуманитарной миссией: привезла продукты и медикаменты и организовала вывоз из фронтового города многодетных семей. Корреспондент украинской телекомпании «Магнолия» взял у Виктории по телефону интервью, в котором женщина поделилась тем, что увидела в Славянске своими глазами.

«Я думаю о том, насколько возможно в Славянске жить, - говорит Виктория - Я прожила там два дня и я поняла, что вернулась в каменный век, где свечка и спичка вестники цивилизации».
По словам фотографа, в городе нет ни воды, ни электричества. Всё, что работает от электричества, умирает: разряженные телефоны, компьютеры, фотоаппараты становятся никому не нужными предметами. Но если без компьютера еще как-то можно прожить, то без воды никак.
«В городе нет воды. У меня есть две баклажки, с которыми я хожу за водой», – рассказывает фотограф. По ее словам, ей проще – у нее есть деньги, поэтому она может покупать воду в магазине, а вот люди, месяцами сидящие без пенсий и зарплат, такой возможности лишены. «Поэтому люди ходят на водокачки, там стоят, и все кто по городу передвигаются всегда с баклажками, бутылками, с которыми ходят за водой», - делится Виктория.
Куда люди прячутся при обстрелах? – спросил корреспондент, - есть ли система оповещения о начинающемся обстреле?
«Возможности узнать про обстрел нет никакой. Никакого оповещения не происходит. То есть оповещение – это летящие снаряды», - рассказывает Ивлева, - люди спускаются в подвалы домов, некоторые там ночуют, некоторые сидят в подвалах с детьми сутками».
Но сильнее всего людей травмирует постоянный страх, считает Виктория.
«Психологическое состояние людей совершенно ужасно, потому что люди живут в оцепенении и страхе. Туда надо будет посылать отряды психологов, - считает волонтер. - Там осталось очень много пожилых людей, которые никуда ехать не хотят, ни при каких условиях, ни за какие коврижки, которые считают, что они уже достаточно пожили и могут остаться навсегда в Славянске…».
Также Виктория рассказала, что уехать из города трудно, поскольку многим просто тяжело сняться с места, и кроме того нет никакого оповещения о возможности эвакуации.
«Я не вижу никакого действия, чтобы это как-то поддержать», - говорит она, сетуя, что граждане Украины не спешат помогать жителям Славянска. «Мне кажется, это надо заканчивать любым способом, потому что это прямое уничтожение людей, это психологическая атака совершенно страшная. Договаривайтесь – это ваш народ, это живые люди. Никакие идеи не стоят этого», - говорит волонтер.
Впечатления Виктории подтверждает страшный рассказ 56-летней жительницы Славянска по имени Валентина, которую вместе с 78-летней парализованной матерью с трудом удалось вывезти в Мариуполь.
«Последние три недели были самыми страшными, — рассказывает Валентина. — Город обстреливали с утра до ночи. Раньше было легче — стреляли только по вечерам. Мы с соседями заранее собирались во дворе. Приходили с паспортами: чтобы, если убьет, можно было идентифицировать тело. И когда начинали летать снаряды, вместе бежали в подвал. Среди людей было не так страшно. Но потом все, кто мог, выехали из города. В нашем многоквартирном доме осталось всего пять семей: три пожилых пары, беременная женщина со свекровью и я с мамой. Теперь в подвал спускались только те, кто мог передвигаться. Паспорта уже не брали: стало не до этого. «Почему не уехали?» — спрашиваю соседей. «Здесь вся жизнь прошла, — говорят старики. — Пусть здесь и похоронят». Во время одного из особенно сильных обстрелов у мамы случился инсульт. Возвращаюсь из подвала, а она, бедная, мычит и лицо багрово-красное. Я испугалась. Из Славянска эвакуировали все медучреждения. Позвонила в одну оставшуюся больницу. Спрашиваю: «Что делать?» «Врачей мало, — говорят. — А раненых много. Везите маму в другой город». Как везти? На чем? Здесь лечить нечем. Аптеки не работают, лекарства купить невозможно. Потом у мамы случился еще один инсульт, и тоже во время обстрела. Раньше она могла сидеть и самостоятельно принимать пищу. Теперь лежала без движения, молчала и смотрела на меня умоляющим взглядом. А я ничем не могла ей помочь. Это так страшно! Сидели без света и воды. Нам еще повезло: в доме не отключили газ, а на соседней улице есть колонка с водой. Дальше колонки я не ходила — боялась. Продукты не покупала, потому что наши сбережения давно закончились, а деньги в город не привозят. У нас были запасы гречки, пшеничной крупы и риса. На балконе стоял мешок со старой, проросшей картошкой. Я готовила пюре и каши на воде, без масла. От такой еды мы сильно похудели, сил совсем не было. По ночам я боялась уснуть. Ложилась в одежде, чтобы, если начнут стрелять, бежать в подвал, не теряя времени на сборы».
Тем временем обстрелы города продолжаются, а обещанного гуманитарного коридора для мирных жителей по-прежнему нет.

Автор: Алексей Громов