Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

Лента новостей
Поиск
loop
Технологии
Рогозин «пришпоривает» строителей космодрома «Восточный»

Рогозин «пришпоривает» строителей космодрома «Восточный»

10:47  2 Июля 2014  /обновлено: 4:49  28 Октября 2015
687

Вице-премьер РФ Дмитрий Рогозин, курирующий ВПК и космическую отрасль,  накануне посетил 1 июля с инспекцией космодром "Восточный", строящийся в Амурской области. Там он заявил, что до завершения строительства всех необходимых объектов остался год, и что вся работа ориентирована на подготовку пуска ракеты "Союз-2" с так называемого "первого стартового стола". "Графики мы пересматривать ни в какую сторону не будем, — пояснил Рогозин. — Надо им жестко следовать". Чуть позже, уже на своей странице в Facebook, вице-премьер сообщил, что первый старт "Союза-2" с берегов Амура состоится в конце 2015 года. При этом журналисты обратили внимание, что свое выступление на строящемся космодроме Рогозин начал с такой фразы: "По окончании заседания я подготовлю и подпишу поручение правительства, которое обяжет первых лиц федеральных ведомств, имеющих непосредственное отношение к строительству, ежеквартально бывать на стройке". Если "первые лица ведомств" (речь идет, вероятно, о руководителях Роскосмоса как заказчика, Спецстроя как генподрядчика и Минрегиона как контролирующей организации) отныне вынуждены будут мотаться из Москвы в Амурскую область раз в три месяца, то можно предположить, что возведение "Восточного" идет далеко не так гладко, как хотелось бы Рогозину. Даже несмотря на то, что все старые проблемы — от несогласованности действий ведомств до пятидесятиградусных зимних морозов — казалось, остались в прошлом. Но, может быть, подобная строгость — не более чем профилактическая вещь? Как и, например, весеннее решение премьер-министра Дмитрия Медведева о введении персональной ответственности в отношении кураторов строительства "Восточного"? Увы, это не профилактика. Буквально за день до Рогозина амурскую стройку посетил руководитель Роскосмоса Олег Остапенко. Отметив без особого оптимизма, что "динамика положительная есть" и "подвижки чувствуются", Остапенко затем прямо заявил: "Этого недостаточно, чтобы завершить работы в июле [2015 года]". Еще в апреле тот же чиновник оценивал отставание от графика строительства "Восточного" в три месяца — притом, что ещё в прошлом году речь шла лишь о двухмесячном опоздании. Подчеркнув, что "всё должно быть рассчитано до месяца, до недели", Остапенко поручил подрядным организациям, среди прочего, установить дополнительные емкости для гигиенических процедур "в связи с жаркой погодой и большим скоплением людей". То, что на строительстве "Восточного" в настоящее время работает огромное количество специалистов, подтверждает в своем Twitter и Рогозин: "Сейчас на объектах космодрома работают 7225 рабочих и 445 участников студенческих стройотрядов". Между тем, еще минувшей осенью замдиректора Спецстроя России Александр Бусыгин жаловался, что под началом его организации на "Восточном" ежедневно работает не более 3,3 тыс. человек. По его словам, это почти в два раза ниже требуемого количества, да и трудятся они, по меркам области, за гроши. Теперь число строителей более чем вдвое превышает указанные Бусыгиным нормы, при этом людям элементарно не душевых кабин. При этом следует учитывать, что из-за стратегического статуса космодрома привлекать к его строительству иностранных рабочих — например, из Китая или Средней Азии — запрещено. То есть рабочие были найдены свои, дальневосточные — подключили даже студентов. Спешка и "чрезвычайные" меры говорят о том, что российское правительство делает всё возможное, чтобы космодром "Восточный" уже со второй половины 2015 года был готов к пуску ракет, и что даже двухмесячная задержка в этом вопросе неприемлема. Вот и президент России Владимир Путин, посетив в конце мая Амурскую область, потребовал от строителей космодрома не допустить срыва сроков завершения работ, пообещав лично приехать с проверкой в начале осени. Но возникает вопрос: к чему такая спешка? И в самом деле, зачем нужно так торопиться, если в Казахстане имеется старый добрый "Байконур"? В конце концов, Казахстан — член Таможенного Союза, никаких особых противоречий между Москвой и Астаной не наблюдается, а "Байконур", аренда и эксплуатация которого обходится нашей стране примерно в 11 млрд руб. в год, за десятилетия работы доказал, что является отличной площадкой для старта. Зачем же России настолько срочно понадобился космодром на Дальнем Востоке, ориентировочная стоимость которого еще в 2009 году оценивалась в 400 млрд рублей? Отметим, строительство Россией собственного космодрома вполне оправдано — для космической державы это не только дело национального престижа, но и вопрос безопасности и суверенитета. Логика выбора для этого Дальнего Востока также ясна. К выгодным сторонам Амурской области относятся сравнительная близость к экватору (это необходимо для выведения максимальной массы груза на оптимальную "солнечно-синхронную" орбиту, что удобно для военных и народнохозяйственных целей), удаленность от густонаселенных районов, низкая сейсмическая активность, близость к морской, речной и железнодорожной инфраструктуре, избыток электроэнергии в регионе, соседство с Китаем и другими странами Азиатско-Тихоокеанского региона, как потенциально важнейшими заказчиками пусков и т. д. Но всё-таки, почему сдача "Восточного" хотя бы в 2016 году не устраивает ни Роскосмос, ни правительство? Прежде всего, это объясняется казахстанским фактором. Помимо взимания арендной платы за "Байконур", Астана постоянно выступает с такими инициативами "по космосу", которые больше похожи на шантаж Москвы. Например, предлагается уже в этом году (а не в 2020-м, как это устроило бы Россию) окончательно прекратить российскую аренду космодрома, переведя его полностью в ведение казахстанской стороны. Это привело бы к массовому отъезду российских специалистов, которые, в условиях недостроенного "Восточного", попросту растворились бы на просторах страны. Кроме того, по соглашению об использовании "Байконура" Россия ограничена в запусках с него ракет на топливе с токсичными компонентами. Серьезные риски для Байконура также связаны с непредсказуемым развитием казахстанских событий в гипотетической ситуации "после Назарбаева". В июле президенту Казахстана исполняется 74 года — это почтенный возраст даже по азиатским меркам. В свою очередь, украинские события наглядно показали, что даже со здоровыми президентами-союзниками России время от времени могут происходить очень неприятные казусы. Ну, а крупные беспорядки в городе Жанаозен, разгоревшиеся в декабре 2011 года и приведшие к гибели людей, свидетельствуют, что дружественный Казахстан давно уже не описывается в терминах "тишь да гладь, да божья благодать". Фактор номер два — существующие космодромы перестают отвечать потребностям российского космоса. Еще в 2009 году заместитель руководителя Роскосмоса Виктор Ремишевский называл критическим именно 2015 год, после которого "действующая система космических объектов потеряет статус оптимальности". Часть из них — как, например, космодром "Свободный", находящийся недалеко от зоны строительства в Амурской области, — уже закрыты. Другие, например "Плесецк", либо переориентируются на строго военные задачи, либо просто не могут запускать ракету "Протон-М" или осуществлять пилотируемые старты. Что касается Байконура, то сегодня он фактически непригоден для запуска новой экологически чистой ракеты-носителя "Ангара" грузоподъемностью до 50 тонн, на которую делают ставку в Роскосмосе. В свою очередь, на "Восточном" начало строительства всей необходимой инфраструктуры под "Ангару" намечено уже на 2016 год — и поэтому затягивать с предыдущими очередями стройки недопустимо. В свете этих проблем спешка на строительстве "Восточного" становится вполне объяснимой. Вот только первый в истории запуск "Ангары", запланированный на 28 июня этого года, был отменен по техническим причинам за несколько секунд до старта — уже в десятый раз подряд. Дата нового запуска до сих пор не определена. А пока "Ангара" не летает, создается парадоксальная ситуация: "заточенный" под нее космодром, по планам правительства, должен теперь создаваться бешеными темпами, чтобы уложиться в график, — тогда как сам этот график без надежной ракеты-носителя теряет всякий смысл. Денис Тукмаков

Алексей Громов
Закрыть