Публицист Чаусов: глава Госдепартамента США подвел итоги десяти месяцев внешней политики Байдена

Общество

Блинкен дал интервью The Wall Street Journal по итогам десяти месяцев работы администрации Байдена, а также о внешней политике США в отношении России, Китая, Украины и Афганистана.

Государственный секретарь США Энтони Блинкен дал программное интервью изданию The Wall Street Journal по итогам первых десяти месяцев работы администрации Джо Байдена, а также о новой внешней политике США в отношении России, Китая, Украины и Афганистана. Особенно слова американского дипломата важны в контексте недавно прошедших переговоров президентов Путина и Байдена, которые были посвящены схожим вопросам.

Но начать стоит, пожалуй, с того, что сейчас Вашингтон видит в качестве вектора развития своей нынешней внешней политики. Так, американский госсекретарь, отвечая на вопрос, как будут позиционировать себя Соединенные Штаты во всем мире, отметил:

«Я считаю, что в глубине души большинство американцев хотят, чтобы мы по-прежнему взаимодействовали с миром, чтобы мы были лидером, чтобы нас уважали во всем мире. Именно этим мы и занимаемся последние десять месяцев».

Это «взаимодействие с миром» уже обрело вполне конкретные очертания, когда несколько дней назад советник по национальной обороне США Мара Карлин анонсировала скорое появление новой оборонной стратегии Соединенных Шатов, где упор будет сделан на «противодействие сверхдержав». Ранее магистральной темой была «борьба с международным терроризмом». Сама военная стратегия при этом будет включать в себя не только непосредственно военные, но также дипломатические и экономические усилия Вашингтона в том, чтобы «вернуться в мировую политику».

К слову, очень интересна здесь оценка Блинкеном итогов «борьбы с терроризмом», в рамках которой и осуществлялась двадцатилетняя военная операция США и сил НАТО в Афганистане.

«Прекращение самой долгой американской войны, отказ отправлять уже третье поколение американцев воевать и погибать в Афганистане - это высвобождает колоссальные ресурсы и позволяет сосредоточить внимание на других вызовах», - заявил дипломат.

То есть теперь то, что экспертами оценивается как «гуманитарная катастрофа» в Афганистане, американской дипломатией трактуется как удачный внешнеполитический ход, который позволил «освободить ресурсы». Правда, Блинкен тактично не упоминает тот момент, что вывод американских войск вызвал сильные сомнения в надежности США как военно-политического союзника.

И здесь снова стоит вспенить про то, что провозглашение курса на «возврат в мировую политику» состоялось практически сразу, как Байден пришел в Белый дом. И это очень старый американский спор о том, как Соединенные Штаты должны взаимодействовать со всем миром. Еще с XIX века, если не раньше, в американском обществе и политических элитах появились так называемые изоляционисты, которые говорят о том, что США должны сосредоточиться на американском континенте, а что касается Старого света и, например, Азиатско-Тихоокеанского региона, то это уже не проблемы Америки.

И есть экспансионисты, которые полагают, что США должны если и не лидировать, то присутствовать в мировой политике настолько полно, насколько это возможно.

Характерно, что Трампа относили как раз к «новым изоляционистам» и наши, и западные эксперты. Хотя и этот «изоляционизм» можно было считать таковым с очень большой долей условности.

Тем не менее Трамп инициировал ряд процессов по определенному отдалению от НАТО. Да и сворачивание операции в Афганистане, если кто забыл, - это инициатива именно прошлого американского президента. Байден только продолжил дело предшественника.

Однако сейчас новая администрация Белого дома говорит о «возврате в большую политику». О перезагрузке отношений с Европой, в том числе и по линии НАТО. Этому, например, был посвящен визит главы Пентагона Ллойда Остина в Берлин и переговоры с прежним министром обороны Германии Аннегрет Крамп-Карренбауэр. Понятно, что проблему доверия в контексте Афганистана тоже нужно как-то идеологически оформить, намекнув союзникам, что у Соединенных Штатов теперь появилось много «свободных военных ресурсов».

По сути, сейчас Вашингтону очень хочется сплотить НАТО вокруг себя и направить Альянс против «общих противников». И если Россия в данной истории является вполне «привычным» оппонентом, то вот с Китаем, в котором Вашингтон внезапно разглядел еще одного серьезного конкурента, есть определенные проблемы. Поскольку Альянс, судя по всему, не очень хочет ввязываться еще и в противостояние с Китаем.

Если возвращаться к российской проблематике, то показательным здесь являются слова генерального секретаря Североатлантического альянса Йенса Столтенберга, который заявил:

«Сама постановка вопроса отражает тезис, который должен вызывать нашу настороженность и который неприемлем. Это тезис, что у России есть сфера интересов… И это тот мир, в который мы не хотим возвращаться».

Характерно здесь то, что интервью Блинкена как раз всецело о том, как США будут расширять свою «сферу интересов» и влияния, но это, естественно, «совсем другое» и никаких протестов у западных политиков и чиновников не вызывает. Как не вызывает пока никаких явных протестов мнение Вашингтона о том, что и Украина может в перспективе войти в НАТО. Об этом главный американский дипломат тоже говорит вполне четко:

«Мы предельно ясно заявили, что двери НАТО по-прежнему открыты для тех, кто стремится к членству и соответствует критериям. Здесь на карту поставлено даже нечто большее, чем Украина. Речь идет об основополагающих принципах функционирования международной системы, как такая система должна функционировать».

Но стоит повториться, что с Китаем, у которого товарооборот с Европой исчисляется сотнями миллиардов долларов, такие слова не звучат. Более того, дабы усилить давление на Китай, Соединенным Штатам пришлось выстраивать новый военно-политический союз AUKUS с Британией и Австралией. Который, к слову, не вызвал восторга не только у Пекина и Москвы, но и у Парижа, Берлина и, что важнее, Брюсселя, то есть фактически у всего Евросоюза.

Собственно, сам Блинкен, говоря о политике в отношении Пекина, был весьма осторожен в выражениях:

«Наша цель - отстаивать международный порядок, когда ему бросают вызов, ведь от него выигрываем мы все, в том числе Китай. Если этот вызов бросает Поднебесная, мы ему противодействуем. При этом мы действуем намного эффективнее, когда выступаем заодно с союзниками и партнерами, которые также страдают от действий Китая».

И ссылка на «совместные действия с союзниками» здесь служит очередным намеком в адрес НАТО. Поскольку даже AUKUS не очень справляется с теми задачами, под которые и создавался этот альянс. Более того, действия «союзников» сейчас приводят к дополнительному сближению РФ и КНР по военно-политической линии.

В общем, пока итоги внешней политики США выглядят не то чтобы триумфально. Тем не менее из слов главы Госдепартамента можно понять, что Америка и далее будет наращивать свое военное и политическое присутствие в мире. В том числе по восточному, азиатскому и индо-тихоокеанскому направлениям. Насколько успешно будет реализовываться этот план, особенно если учесть прошлые «успехи» администрации Байдена, - это весьма интересный вопрос.