Лента
05 декабря 01:18
Все новости
Максим Шугалей: Страна, теряющая свои ценности, теряет свой суверенитет
Федеральное агентство новостей  / 

Социолога Максима Шугалея можно назвать патриотом своей страны без оговорок. Выдержав почти двухлетнее испытание в ливийской тюрьме и вернувшись наконец на Родину, он не стал отсиживаться в тишине и покое, а возглавил Фонд защиты национальных ценностей, решив бросить силы на борьбу за свободу соотечественников, лишенных за рубежом свободы и возможности вернуться домой. В интервью ФАН общественный деятель порассуждал, возможно ли создание в России аналога правозащитных институтов ООН, во что упирается проблема освобождения наших граждан из-за границы и чем опасно переписывание истории для нашего общества.

История есть история

Максим Шугалей: Страна, теряющая свои ценности, теряет свой суверенитет
wikipedia.org / Nationaal Archief

— В приветствии участникам конференции, посвященной 75-летию Нюрнбергского процесса (проходит 23–25 сентября в Санкт-Петербурге. — Прим. ФАН) президент Владимир Путин подчеркнул: государство будет делать все от него зависящее, чтобы выводы Нюрнбергского трибунала не подвергались забвению. Насколько, по-вашему, сегодня важна задача сохранения исторической памяти, в частности о событиях Великой Отечественной войны?

— В данном вопросе я даже не на 100, а на 1000% поддерживаю президента, потому что считаю, что страна, которая теряет свои ценности, теряет свой суверенитет. Можно лишить страну ее ценностей, и даже не нужно будет никаких войск — все, ее не существует. А основная ценность — это наша история: то, как мы воспринимаем несправедливость, те ошибки, которые совершали, и те победы, которые у нас были. Если японцев в возрасте до 17 лет спросить, кто сбросил две атомные бомбы на города Хиросиму и Нагасаки, то 70% ответит: Советский Союз. Вещи, которые подвергаются сомнениям, попытки анализировать Великую Отечественную войну… Победу одержал Советский Союз. Он одержал ее над Германией, которая несла ад и кровь всему миру. Это ценность, которую должны признавать все страны мира, и наше отношение должно быть в этом плане абсолютно непоколебимым.

— Как вы относитесь к современным попыткам исказить нашу историю, переписать ее по воле западных русофобов? Так ли это страшно и как бороться с подобной наглостью?

— Бороться можно только одним способом, потому что с тем поколением, которое помнит, которое об этом слышало из первых уст, все абсолютно понятно. Удар идет по молодежи, которая быстро вырастает. Сейчас молодежь от 12 до 17 лет — это совершенно другие люди именно в плане исторических ценностей. Они все воспринимают по-другому, для них это — какая-то сказка, которая была давно. И наша задача, скажем так, в том, чтобы эти ценные гвозди были вбиты с самого детства. Очень важно, чтобы поколение выросло, и ценности у нас с ними совпадали.

Старая песня на новый лад

Максим Шугалей: Страна, теряющая свои ценности, теряет свой суверенитет
pixabay.com /

— В комитете нижней палаты Конгресса США предложили ввести новые санкции против ряда российских чиновников, журналистов в бизнесменов. Как долго Америка будет пользоваться инструментом в виде санкций, который себя, если честно, изживает? И насколько болезненный и агрессивный удар стоит нанести России в случае введения ограничений?

— Повторюсь еще раз: мы сами помогаем США это делать. Тем, что на дискуссионных площадках поднимаем вопрос этих санкций, в СМИ поднимаем вопросы о том, что будем делать и как будем реагировать. Да никак мы не будем реагировать. Если завтра США скажут или сделают какую-то глупость, надо просто это не слышать. Это должно быть никому не интересно, эти санкции просто должны поддаться какому-то забвению. Фонд защиты национальных ценностей — тоже организация, против которой введены санкции. Ну и что? Мне кажется, мы сами раскручиваем [тему] и поддерживаем их желание вводить и вводить эти санкции. Как только мы перестанем об этом говорить, и они поймут, что ввели против 35, 45 или 100 людей санкции, а люди даже не заметили, они перестанут пользоваться этим инструментом.

Государство как опора

— Вчера в США из-под стражи был освобожден российский гражданин Олег Никитин, арестованный американскими властями еще в 2019 году. В комментарии нашему изданию вы говорили, как важно создать алгоритм защиты, по которому можно действовать в случае задержания на территории чужой страны. Как считаете, может ли помочь людям, оказавшимся в такой ситуации, вынесение проблемы в публичное поле и обсуждение в медиа?

— Безусловно, нужна дорожная карта, нужен какой-то алгоритм действий, в первую очередь хотя бы внутренний. Еще лучше, если между странами будет взаимовыгодное соглашение для обеих сторон. Я вообще — за то, чтобы создать международную организацию, которая даст возможность и гарантии того, что если человек признан другой стороной преступником и получил срок, то мы признаем их суд и даем гарантию: возвращаясь к нам, этот человек отсидит срок у нас. Мы его не отпустим, но хотя бы он будет отбывать наказание на нашей территории, а мы будем судиться с ними и доказывать с помощью своих адвокатов, что приговор можно смягчить. Надо создать какое-то мировое соглашение, потому что это безобразие: человек попадает в чужую среду, в камеру к чужим людям, к чужой идеологии, у него новые правила жизни и непонятная ситуация с защитой. Он не может этому сопротивляться и остается абсолютно брошенным. Алгоритм защиты должен быть придуман, и если это невозможно сделать в международной конфигурации, то хотя бы на внутреннем уровне. Люди должны понимать, как в таком случае Министерство иностранных дел, международные организации, общественные лидеры и семья должны поступать. И должны быть поставлены четкие сроки, а самое главное — четкая ответственность тех людей, которые это сделали, потому что многих наших людей [за границей] просто хватают, и [те, кто это сделал] остаются безнаказанными.

Максим Шугалей: Страна, теряющая свои ценности, теряет свой суверенитет
Global Look Press / Bernard Jaubert/http://imagebroker.com/#/search/

— В связи с этой проблемой хотелось бы порассуждать о деятельности правозащитных институтов при ООН, чья работа по большей части носит формальный характер. Возможно ли в нашей стране создать аналог таких организаций, например задействуя ресурсы Фонда борьбы с репрессиями и Фонда защиты национальных ценностей? Сможет ли такая организация зарекомендовать себя на международной арене?

— Конечно, аналог мы создать можем, но здесь очень многое упирается, к сожалению, в деньги. Потому что многие граждане, которые туда попали, не могут позволить себе зарубежных адвокатов. Находясь в камере, человек не зарабатывает деньги, он перестает кормить семью и сам требует какого-то вложения финансов, потому что ему надо питаться и как-то жить. Многие тюрьмы все это предоставляют, но есть страны, где вообще ничего не предоставляется, только на платной основе. Фонды, которые существуют, пытаются это решать, но они, к сожалению, это делают с помощью частных инвесторов — государственной программы нет. Если мы попадаем в России в ситуацию, когда нас обвиняют в каком-то преступлении, то государство нам дает адвоката, и с этим адвокатом могут общаться родственники, он дает им какую-то информацию. Как раз одно из решений — в том, что наше государство должно гарантировать и за рубежом оплату адвоката, оплату содержания на уровне. Должен быть единый механизм, и должен быть, конечно, создан такой центр — может, не общественная организация, а именно государственная. Это было бы лучше.

Вернуться назад
Комментировать
Какой вопрос вы задали бы Владимиру Путину?
Написать