Лента
24 сентября 12:31
Все новости
 Хиросима и Нагасаки. Трагедия, присыпанная пеплом
pixabay.com  / 

Утром 6 августа 1945 года Ясухико Такэта тринадцати лет сидел на рельсах у железнодорожной станции в городе Хиросима и ждал поезда. Последние дни он провел не совсем обычным для нынешних школьников образом: шла война, Японию постоянно бомбили, и Такэта вместе с другими мальчиками копал укрытия от воздушных налетов и огородничал: еды уже недоставало. Накануне он разгребал завалы после очередной бомбардировки. Смена Такэта на работах закончилась, и он смог на время вернуться домой. Поутру 6 августа мать попросила его отнести кое-какой еды старшей сестре, которая собиралась уехать за город. Когда он пришел на вокзал, поезд уже ушел, но Ясухико собирался нагнать сестру на следующем.  

Мальчик торопился и поглядывал на часы. Было чуть за 8 утра.

А затем произошло нечто, что заставило Ясухико забыть и о поезде, и о еде. Зато зрелище, открывшееся ему в этот момент, он запомнил навсегда, и много десятилетий спустя седовласый господин Такэта легко мог оживить его в памяти. Ослепительная вспышка затопила вокзал, мир стал иссиня-белым. Затем земля задрожала, тряслось все вокруг, на уши обрушился жуткий грохот, от которого заложило уши, тело разрывало. Вокруг как фейерверки вылетали стекла.

Ясухико Такэта посмотрел на небо над Хиросимой. Над городом вставал чудовищный красно-желтый огненный гриб. Парень еще не знал, что он присутствует при уникальной гекатомбе в истории человечества.

Агония империи

К 1945 году война на Тихом океане еще продолжалась, но фактически судьба Японской империи была решена. Японские вооруженные силы ушли в глухую оборону, и в основном пытались не слишком успешно сдерживать наступление американских сил от одного архипелага к другому. ПВО и авиация Японии были практически подавлены, и ковровые бомбардировки островов велись американцами при незначительных собственных потерях. Состояние японского флота было таким, что американские флотские летчики находились в состоянии «нехватки морских целей». Промышленность Японии практически не получала необходимых ресурсов, судоходство остановилось, на море американцы гонялись уже за реликтами времен Русско-Японской войны.  

В ночь на 10 марта 1945 года налет 334 стратегических бомбардировщиков на Токио привел к гибели не менее 80 тысяч жителей японской столицы. Потери атакующих ограничились 14 самолетами. Японские города сжигались один за другим с помощью обычных бомбардировщиков.

Но у США имелось и еще более мощное оружие.

«Манхэттенский проект» - разработка ядерной бомбы – шел аж с конца 30-х годов. В 1945 году первые бомбы были готовы и испытаны. В июле 1945 года в США была взорвана первая в мире ядерная бомба. Однако цели для будущей бомбардировки начали намечать еще ранее, в апреле 1945. По разным причинам были отброшены варианты с Кокура, Киота, Иокогамой. Хиросиму избрали, исходя из нескольких соображений: это был город подходящего размера, удобный для бомбардировки. Существовал, конечно, вариант – подорвать бомбу в каком-то относительно безлюдном месте, даже предварительно уведомив японцев. Психологическое действие было бы, конечно, изрядным. Но причина отказа от такой гуманной идеи оказалась тривиальной: боялись конфуза. Вид оружия был новым, невиданным. Из-за таких же технических вопросов решили сбросить именно две бомбы: «Малыш», бомба, назначенная для удара по Хиросиме, и «Толстяк» - бомба для Нагасаки – были сконструированы по-разному. Так что американцы решили испытывать новое сверхмощное оружие на живых людях.

Огненные столбы

Хиросима на западе острова Хонсю была крупным центром. На лето 1945 года там жило более 300 тысяч человек. Город практически не пострадал от войны, и в качестве «полигона» для бомбы подходил идеально.

В ночь на 6 августа бомбардировщик B-29 «Энола Гэй», названный так в честь матери командира самолета Пола Тиббетса, стартовал к Хиросиме. Кроме него в налете участвовали еще два «именных» бомбардировщика для наблюдения – «Великий Художник» и «Необходимое зло».

Японцы обнаружили бомбардировщик, но сочли, что это не такая значительная угроза, чтобы поднимать истребители. Из-за нехватки топлива они очень редко поднимали самолеты в воздух. А один – и даже три – самолета – не казались чудовищной угрозой.

В 08:15 по местному времени бомба вывалилась из чрева бомбардировщика. Чтобы долететь до точки взрыва ей хватило 44 секунд.

Бомба взорвалась точно над клиникой Сима. Это было не очень мощное по нашим нынешним меркам устройство. Но это было страшнее любого иного созданного человеком на тот момент механизма для убийства. В радиусе примерно полутора километров было разнесено вдребезги всё. Хиросима город довольно компактный: плотность населения была очень высокой. От тех, кто оказался на небольшом расстоянии от места взрыва, не осталось зачастую вообще ничего. Уцелели только наиболее крепкие здания, все остальное вокруг эпицентра превратилось в сплошную выжженную равнину. Одна примечательная деталь обратила на себя внимание наблюдателей: среди руин гордо высились… сейфы. Несгораемые ящики в коммерческих конторах чаще всего оказались очень прочными.

На том, что час назад было улицами, царил ад. Люди метались по пылающим руинам, кто-то пытался достать из-под завалов родных. Там, где люди попали под удар недалеко от эпицентра, от них иной раз оставались только «атомные тени» - тела оказывались на пути излучения. Город полыхал. На жаре всех мучила жажда. С неба падал дождь, но капли собирали копоть сгоревшего города…

В Токио еще несколько часов не могли понять, что происходит. Однако постепенно стало ясно – Хиросима разрушена одной-единственной бомбой. Более 92 тысяч человек были убиты на месте или умерли быстро. Однако постепенно список жертв пополнялся все новыми и новыми умершими от ран, ожогов и радиации.

Однако это был не конец трагедии. Утром 9 августа воздушную тревогу объявили в Нагасаки, городе на острове Кюсю. Люди разошлись по убежищам, но минут через сорок тревогу отменили. Около 11 часов в небе снова показались бомбардировщики. Многие решили, что это только разведка.

В 11:02 на город обрушилась ядерная бомба. Она сработала на полукилометровой высоте.

Бомба «Толстяк» была мощнее той, что взорвали над Хиросимой. Однако в Нагасаки несколько другой рельеф, чем у равнины, на которой стояла Хиросима. Поэтому холмы несколько смягчили удар, а часть площади взрыва пришлась на акваторию порта и незаселенные участки.

Но это все равно была атомная бомба. Промзоны разнесло вдребезги, в радиусе примерно километра от точки взрыва в пыль превратилось всё, от зданий до человеческой плоти. От десятков тысяч людей не осталось ничего.

Ядерный пепел

Массовое убийство в Хиросиме и Нагасаки было уже, в принципе, не нужным. На фоне и без того адских бомбардировок японских островов, фактически полного разгрома флота, уничтожения авиации и коллапса экономики сдача Японии в любом случае была вопросом недальнего времени. Более того, результат атомных бомбардировок даже вряд ли можно назвать выдающимся на фоне ковровых бомбометаний до сих пор.

Бомбардировка Хиросимы стала лишь одной из гирь на весах – и не самой тяжелой – при выборе Японией решения о сдаче. На заседании военного совета, на котором принималось решение о капитуляции Японии, атомная бомба упоминалась скорее на фоне активного обсуждения вступления в войну СССР. Советский Союз атаковал Квантунскую армию Японии, размещавшуюся на азиатском континенте, и быстро нанес ей поражение. Именно вступление в дело СССР лишило японских лидеров последних иллюзий о возможности продолжения войны. Бомбардировка Нагасаки не добавила в картину вообще никаких штрихов. В действительности, на тот момент в руинах лежали уже 68 японских городов – от обычных бомбардировок. Сама по себе потеря городов вызывала у лидеров империи не так много эмоций, как можно подумать. Военный министр Анами вообще ждал от будущей войны только хорошего, хотя и понимал это хорошее своеобразно: «Разве не прекрасно, если вся нация будет уничтожена как прекрасный цветок?»

С другой стороны, вступление СССР в войну делало невозможным достижение какого-то мира иначе, чем на условиях безоговорочной капитуляции. Японцев глубоко потряс тот факт, что их империя теперь осталась одна против всего мира, а стремительное наступление РККА забило гвоздь в крышку гроба еще глубже.

2 сентября 1945 года Япония капитулировала. Казалось, военные раны не затянутся никогда.

Однако время идет. Память о войне постепенно сглаживается. А память, как выясняется, способна выделывать совершенно необычные фокусы.

Япония десятилетиями остается союзным США государством, хотя изначально и не добровольно союзным. Все это привело к сложному историко-психологическому извиву японского массового сознания. С одной стороны, бомбардировки Японии рассматриваются как нечто ужасное – причем Хиросима и Нагасаки здесь только звенья в общей цепи, включающей, к примеру, и катастрофическую бомбежку Токио. Однако здесь коллективная память делает необычный кульбит. Современная Япония сосредоточена на памяти о жертвах, о множестве погибших, но совершенно оставляет за кадром вопрос о том, кто же убил этих людей.

Зато актер на роль главного негодяя найден. Это, разумеется, не политики в Токио, развязавшие войну, и не люди из Вашингтона, сровнявшие с землей города Японии. Это СССР. В стране популярна концепция, в рамках которой Советский Союз во Второй мировой рассматривается как «вор на пожаре». Это популярное клише в прессе, а бывший министр обороны Японии Фумио Кюма как-то заявил, что «не держит зла на США, потому что поступок Америки помог положить конец войне и не позволил СССР захватить Японию».

Как ни странно, операция СССР в Маньчжурии вызывает куда больше гнева, чем опустошительные бомбардировки страны США.

В Японии по-прежнему широко распространены реваншистские настроения по поводу Курильских островов. При этом будущему американских баз на Окинаве мало что угрожает – хотя значительная часть острова попросту неподконтрольна Токио из-за многочисленных военных объектов иностранной державы – причем Япония еще и частично содержит их на собственные деньги. В конце концов, человеческая психология удивительно пластична. При достаточно развитой системе пропаганды любое темное прошлое можно хорошенько осветлить.

***

Ясухико Такэта остался в живых. Сестра, к которой он тогда так и не доехал, тоже осталась жива, выбравшись из-под обломков сгоревшего до основания дома. Но их другая сестра, Мотоко, шестнадцати лет, попала прямо под взрыв. Ее принесли домой на обломке двери еще живую. Волосы девушки обгорели, одежда вплавилась в кожу. Мотоко Такэта умерла от ран и ожогов 9 августа 1945 года в полном сознании и нечеловеческих мучениях. Ее имя – одно из более чем двухсот тысяч на кенотафе в Парке Мира в современной Хиросиме.  

Один из друзей детства Ясухико умер от ран примерно через четыре недели, в день окончания войны.

Его последней фразой было: «Я ненавижу бомбардировщики».

Вернуться назад

Комментировать
Рейтинг@Mail.ru