Триллионы ФНБ: запас на черный день или локомотив для экономики

Триллионы ФНБ: запас на черный день или локомотив для экономики

15.11.2014 11:41
751

На что потратить триллионы ФНБ?

В последние недели в России развернулась громкая дискуссия о возможности инвестирования в отечественные компании триллионов рублей из Фонда национального благосостояния (ФНБ). Этот спор интересен тем, что в нем отражаются ключевые проблемы российской экономики: от падения цен на нефть и болезненности западных секторальных санкций до резкого замедления роста ВВП в рамках нынешней неолиберальной модели развития, основанной на догмах "ее величества рентабельности" и "борьбы с инфляцией любой ценой". Удобнее всего рассмотреть эту дискуссию на примере попытки получить деньги ФНБ, предпринятой "Роснефтью". После того как на днях президент компании Игорь Сечин подал в правительство заявку на получение 2,4 трлн рублей из средств ФНБ, эта компания оказалась фигурантом знаковых заявлений со стороны министров Александра Новака и Алексея Улюкаева и самого президента России. Особая интрига заключается в том, что глава государства, обычно ставящий в таких спорах точку, на сей раз высказался столь неопределенно, что его слова тянут максимум на запятую. Это значит, что бодания крупнейшей нефтяной компании мира с родным правительством будут продолжены. Впрочем, как и бодания остальных компаний: с просьбой о выделении значительных сумм из кубышки ФНБ в Кабмин за последние недели не обращался только ленивый. Деньги из фонда просят "Газпром" (на трубопровод "Сила Сибири") и НОВАТЭК (на проект "Ямал-СПГ"). В той же очереди стоят Федеральная сетевая компания и несколько банков. Last but not least в этом списке оказалось ОАО "РЖД", которому срочно потребовались 1,4 трлн рублей господдержки. На эти запросы Владимир Путин меланхолично заметил в интервью от 14 ноября: "А что, кто не требует? Все просят денег и рассчитывают на их получение".

Путинская "запятая"

Как выяснилось, просто рассчитывать на правительственную щедрость недостаточно — даже такому гиганту, как "Роснефть". В то время как Минэнерго в целом поддержало просьбу нефтяной корпорации, Минэкономразвития ответило решительным "Нет!". В ведомстве Улюкаева объяснили отказ тем, что компания нарушила правила подачи заявок такого рода, не указав конкретные проекты, под которые желает взять деньги. Это выглядит странно, поскольку, например, в Минэнерго и даже в деловой прессе все прекрасно осведомлены, на что ищет деньги Сечин. Речь идет, в частности, о строительстве Восточной нефтехимической компании (1,3 трлн рублей) и развитии газовых месторождений Восточной Сибири. Можно предположить, что в Минэкономразвитии опасаются "нецелевого расходования средств" — например, на обслуживание долга "Роснефти", которое потребует от компании выплаты около 21 млрд долларов уже в конце этого и начале следующего года. Однако, по утверждениям экспертов, у компании вполне хватает собственных средств, чтобы расплатиться с кредиторами. Это подтвердил министр Новак. А президент Путин и вовсе заявил следующее: "Мы проверяли недавно финансовое состояние "Роснефти", там вообще никаких проблем нет, там финансовых проблем просто нет". Так или иначе, теперь "Роснефть" должна переписать свою заявку — и одновременно, видимо, уменьшить аппетиты, раз уж у нее "проблем нет". Сечин уже заявил по этому поводу, что его компания готова освоить 1,5—2 трлн рублей из ФНБ, но спокойно отнесется и к отрицательному решению по заявке. "Будут дополнительные средства — значит, будут дополнительные проекты. Не будет дополнительных средств — будем справляться сами, как это делаем каждый день. Для нас привлечение средств ФНБ не является ни критичным, ни драматичным", — добавил глава "Роснефти". Заметим, что в изначальной заявке нефтяная компания предлагала различные способы выделения ей денег, в том числе через кредитование или даже облигационный займ, благодаря которому правительство могло бы получить в собственность весьма доходные активы "Роснефти", то есть деньги могли быть вложены в компанию не просто так, а "в рост". Но все это было отвергнуто. Так какую же "запятую" поставил в данном вопросе В. Путин? С одной стороны, по словам президента, он не исключает, что "какие-то ресурсы "Роснефть" может получить, но какие, в каком объеме, в какие сроки, на каких условиях - это требует проработки, и никакой суеты здесь не будет". С другой стороны, Путин напомнил "граду и миру", что буквально только что, в рамках визита в Китай, "Роснефть" договорилась о том, что китайская компания CNCP приобретет 10% акций Ванкорского месторождения (в ЗАО "Ванкорнефть", дочка "Роснефти"; сделка оценивается в 1—1,5 млрд долларов; китайцы войдут в совет директоров, торговля нефтью будет вестись в юанях): "В этих условиях наши китайские партнеры готовы будут и кредитовать, финансировать многие сделки… Это еще дополнительно стабилизирует финансовое состояние компании". "А если им нужны дополнительные деньги, — подытожил тему "Роснефти" глава государства, — они должны доказать, что если они получат эти средства, то они пойдут на конкретные цели, и должны будут показать, какова будет отдача не только для компании, а для всей экономики России". Доводы президента, конечно, выглядят резонными. И все же будет интересно понаблюдать, как именно "Роснефть" станет обосновывать собственную важность для российской экономики. Дело-то новое, ведь до сих пор эта важность никем не подвергалась сомнению.

Хватит кормить Запад

Парадоксальным образом подчиненные Сечина могут столкнуться с проблемами. Дело в том, что, в отличие от тех же "Российских железных дорог", ОАО НК "Роснефть" смело может возглавить список отечественных компаний, наиболее пострадавших от введенных Западом санкций. Последние лишили "Роснефть" доступа не только к дешевым западным кредитам, но и, что еще важнее, к передовым технологиям добычи углеводородов, и даже персонально затронули самого Сечина, внесенного в черные списки США. И хотя компания постаралась до введения санкций максимально обезопасить себя от их последствий, ее финансовые и операционные перспективы нельзя назвать совсем безоблачными. При этом государственная "Роснефть" до сих пор числится крупнейшим налогоплательщиком в стране, выплатив за 2013 год порядка 3 трлн рублей в бюджеты всех уровней. Более того, именно сверхдоходы от продажи нефти — добытой, в первую очередь, именно "Роснефтью" — позволили сформировать и долгие годы пополнять оба резервных фонда. Однако чтобы поддерживать подобный уровень "отдачи для всей экономики России", компания должна развиваться — и разработка все новых и новых месторождений, требующих инвестиций и технологий, является фактически единственным способом такого развития. С другой стороны, у России имеется ФНБ, в котором сегодня хранится, в переводе на российскую валюту, 3,55 трлн рублей. Эти деньги размещены в нескольких иностранных валютах и вложены, главным образом, в иностранные финансовые инструменты вроде долговых облигаций, имеющих крайне низкую ставку доходности. Безусловно, такой способ хранить национальные сбережения является лучшим с точки зрения их сохранности. Однако с самого появления Стабфонда хранение "избыточных" денег в бумагах конкурентных экономик, являющееся завуалированной формой обслуживания чужих долгов, подвергалось беспощадной критике со стороны многих российских экономистов. Конечно, накопленные ресурсы во многом смягчили финансовый кризис 2008—2009 годов, сохранив на плаву отечественную банковскую систему. Однако это привело лишь к одному: спасенные банки, следуя установкам ЦБ РФ, продолжили кредитовать российские предприятия под умопомрачительно высокие проценты, а все "излишки" денег продолжали вымываться из экономики страны под предлогом борьбы с инфляцией. До поры до времени с этим можно было мириться: отечественный бизнес весь поголовно кредитовался за рубежом — в результате чего, правда, корпоративный долг России достиг к середине этого лета 731 млрд долларов США. Однако теперь, в условиях западных санкций, лишивших российские компании доступа к европейским и американским кредитам, остро встал вопрос, где же все-таки им брать деньги. Внутри страны это по-прежнему слишком дорого: сегодня ставка ЦБ РФ составляет 9,50%, поэтому внутреннее банковское кредитование обернется как минимум резким подорожанием конечной продукции предприятий. Всевозможные частные фонды или, скажем, Пенсионный фонд как инвестиционные инструменты по-прежнему находятся в зачаточном состоянии. Остаются две государственные кубышки — Резервный фонд и ФНБ.

Страна в ответе за госкомпании

Справедливости ради следует отметить, что идея направить деньги ФНБ на развитие отечественной экономики находила понимание в Кремле и правительстве и до всяких санкций. Она была озвучена Путиным еще весной 2012 года, когда он, избранный в третий раз президентом, сохранял пост премьер-министра. Правда, речь тогда шла лишь о 100 млрд рублей, взятых к тому же не из "тела фонда", а с доходов от вложений ФНБ в чужие бумаги, а потратить их предлагалось исключительно на инфраструктурные проекты вроде строительства дорог. В июне 2013 года сумма планируемых к изъятию из ФНБ средств выросла до 450 млрд рублей, а в ноябре того же года — до отметки в 50% от общего количества накопленных в фонде денег. Они по-прежнему должны были пойти на инфраструктурное развитие, однако рвение многочисленных компаний-соискателей сдерживалось щепетильным правительством, как огня опасавшимся двух вещей: скачка инфляции и… тривиального разбазаривания выделенных сумм. Такие же в точности страхи сохраняются у Кабмина и сегодня — не удивительно, что с инфраструктурой в стране пока как-то не складывается. А ведь те же "Роснефть" или "Газпром" — в отличие от зачастую невнятных строителей дорог и мостов, некоторые из которых слишком рано заканчивают свою деятельность банкротством, — являются идеальными объектами для государственных инвестиций. От вложений в новые скважины и недостающие технологии добычи углеводородов никакой инфляции не прибавится, зато с мониторингом движения выделенных средств по финансовым артериям "национальных достояний" никаких проблем быть не должно. И вообще, это же госкомпании! Кто же им еще поможет, как не государство? Все, что на самом деле требуется, это не гарантии и не обоснования от компаний, а новая макроэкономическая политика самого правительства. Политика, основанная на все более очевидном факте: в ближайшие годы Россия сможет рассчитывать только на собственные силы. А также лишь на свои деньги и исключительно на внутренние "точки роста". Хорошо бы поэтому не пропустить момент, когда эти "точки роста" вдруг превратятся в "точки падения" из-за недостаточного внимания к ним со стороны власти. Денис Тукмаков

Алексей Громов
Корабль противоминной обороны «Иван Антонов» заложат в Петербурге
Закрыть