06 мая 21:59
+ {{ $store.state.rightWidget.counter }}
новостей
Все новости
BLACKWATER
История печально известной ЧВК
В середине 90-х в США появилась небольшая частная военная компания, имя которой впоследствии стало нарицательным для ЧВК нулевых годов. Речь о Blackwater — охранной фирме, которая в дальнейшем сменит не одно название.
На пике своей активности во время войн в Ираке и Афганистане, Blackwater располагала большим штатом военных и гражданских специалистов, тесными связями с ЦРУ и Пентагоном, а также огромными материальными ресурсами.
В рамках проекта «Частные армии» Telegram-канал Colonelcassad рассказывает историю рождения, взлета и падения одной из самых печально известных частных военных компаний в истории, которая прославилась как масштабами своей деятельности, так и военными преступлениями.
ИСТОРИЯ СОЗДАНИЯ
Согласно официальной истории компании, ЧВК Blackwater была основана в 1997 году отставным лейтенантом SEAL Эриком Принсом и тренером по стрельбе Элом Кларком. К 27 годам Принс уже успел побывать в горячих точках в составе специального подразделения, выполняя операции на Балканах, Гаити и на Ближнем Востоке. Его семья имела устойчивые связи с консервативными кругами Республиканской партии США, что позволило Принсу уже с 20 лет начать обзаводиться связями в американском истеблишменте. По словам самого основателя ЧВК, уже в период службы его заинтересовала идея создания частных компаний, которые бы занимались подготовкой военных специалистов для спецопераций в сфере безопасности. Сильнее всего на формирование этой идеи, как заявлял Принс, повлиял геноцид в Руанде и неспособность властей предотвратить его.
Смерть отца в 1995 году и оставленное им наследство (1,3 миллиарда долларов) позволили Принсу начать воплощать свои мечты. Он уволился из армии в 1995 году, а уже в 1997 на пару с Элом Кларком основал компанию Blackwater. Штаб-квартира располагалась в Северной Каролине, где была создана первая база для подготовки личного состава на участке площадью 24 квадратных километра. Название организации «Черная вода» происходило от цвета торфа, который находили на болотах вокруг первого лагеря Blackwater.

С 1998 по 2002 годы головная база постоянно развивалась. На ней возводились учебные полигоны для тренировки действий в городских и полевых условиях. Несмотря на размеры и разнообразие, база длительное время оставалась полностью убыточной, так как контракты не покрывали расходы на ее содержание. Своих первых сотрудников в Blackwater обучали с прицелом на сотрудничество с Пентагоном и министерством внутренней безопасности США, но до 1999 года компания довольствовалась достаточно скромными контрактами, а про ее существование мало кто знал. Первый крупный правительственный контракт Blackwater получила лишь в 2000 году после взрыва, организованного террористами на эсминце «Коул».
Переломным для Blackwater стал 2001 год, когда теракт 11 сентября открыл новую эру американских интервенций за границей, где концепция, продвигаемая Принсом, оказалась более чем востребованной.
ЗАДАЧИ И МЕТОДЫ
Согласно заявлениям самого Принса, а также ряда функционеров Blackwater первой половины нулевых, созданная ЧВК должна была работать в «серых зонах» — там, где правительство по различным причинам не может или не хочет действовать, в то время как частная компания может быстро и эффективно выполнять задачи в сфере безопасности, функционируя параллельно с государственными силовыми структурами или же отдельно от них. Это касалось как вопросов охранных задач (защита VIP-персон, объектов, сопровождение конвоев и т. д.), так и взаимодействия с армейскими подразделениями в зонах горячих военных конфликтов, что подразумевало возможность участия специалистов Blackwater в непродолжительных боевых действиях.

В конце 90-х, когда США практически не вели крупных агрессивных войн, кроме скоротечной агрессии против Югославии, эта концепция была не востребована, так как для формирования необходимого для нее рынка требовался крупный конфликт. И в 2001 году он начался. Интервенция США в Афганистан под предлогом борьбы с терроризмом с последующей оккупацией страны создала необходимость дополнять действующие силовые структуры частными подрядчиками, которые фактически освобождали армию от второстепенных с точки зрения Пентагона охранных действий.

И вот в этих реалиях те цели и задачи, которые закладывал в Blackwater Принс, оказались востребованы государством. При этом взлет его компании часто объясняется тем, что этот процесс пестовался ЦРУ. Не случайно одним из руководителей дочерней компании Blackwater Security был отставной офицер разведывательного управления Джейми Смит. Использование ЧВК открывало ЦРУ большие возможности для действий на территории оккупированных государств без необходимости привлекать для поддержки своих операций военных там, где это было нежелательно. Это проистекало из самой концепции внешней политики США, которую Буш-младший отдал на откуп так называемой «банде Чейни», которая сразу дала понять, что планирует зарабатывать на развязываемых войнах и предоставлять такую же возможность американским фирмам. И в этой нише, где действовал такой гигант как Halliburton, оказалась Blackwater, получив вскоре возможность кооперации с транснациональной компанией.
Первоначально методы работы Blackwater мало чем отличались от других компаний, действовавших на рынке охранных услуг. Но все же важное отличие было — упор на подготовку высококлассных специалистов и привлечение инструкторов из армии и спецслужб, что позволило ЧВК не только продвигать рекламу о компании с лучшим персоналом для нужд государства, но и наполнить ее практическим содержанием. И чем больше Blackwater получала средств на контрактах с правительством, тем больше она вкладывала в рекрутинг и подготовку специалистов, последовательно расширяя штат.

Говоря о методах Blackwater важно отметить стремление компании добиться полного или частичного иммунитета для своих сотрудников, действующих на территории других стран. Вопросы безопасности персонала и решения задач были поставлены во главу угла, в то время как вопрос юридической ответственности за нарушения и преступления на территории других стран последовательно преуменьшался. Это, с одной стороны, давало ЧВК больше свободы для различной деятельности, но в тоже время закладывало бомбу замедленного действия под всю компанию. У сотрудников Blackwater на практическом уровне культивировалось чувство вседозволенности и неприкасаемости, прикрытое рассуждениями о «Патриотическом Акте» и вопросах национальной безопасности, лежащими в основе идеологической накачки персонала.

Основу штата сотрудников Blackwater составляли отставные военные, значительная часть которых служила в специальных подразделениях армии, авиации и флота, то есть уже к этапу подготовки для работы в ЧВК это были специалисты высокого уровня. Сюда же добавлялись представители спецслужб, которые помогали выстраивать информационную, аналитическую и управленческую работу, а также организовывали вопросы GR и PR. Благодаря своим связям с истеблишментом Республиканской партии, Принс не только добивался выгодных контрактов, но и формировал имидж компании в разведсообществе и силовой среде. Некоторые специалисты намеренно увольнялись для перехода на работу в Blackwater, так как частный сектор с высокой зарплатой начинал успешно конкурировать со ставками Пентагона и спецслужб. Кроме того, на работу привлекались отставные военные из других стран НАТО, а так же из бывшего Восточного Блока.
Но ключевым катализатором роста предприятия Принса стали государственные контракты на работу в Ираке и Афганистане, которые пролили на Blackwater настоящий дождь из денег.
ЗОЛОТАЯ ЭРА BLACKWATER
Период с 2002 по 2007 годы стал золотой эрой Blackwater. В 2002-м США осознали, что, несмотря на падение режима «Талибана»* (запрещен в РФ), им потребуется вести войну в горах намного дольше, чем они планировали изначально. Но размер увеличивающейся группировки американских ВС оставался недостаточным для всего спектра задач в регионе, которые нарастали, как снежный ком. Новые власти Афганистана не могли в короткие сроки взять на себя вопросы внутренней безопасности, поэтому Пентагон достаточно быстро согласился с концепцией передачи части вопросов охраны частным подрядчикам.
В итоге на пике деятельности Blackwater на нее работали до 150 000 человек по всему миру. Помимо нескольких баз подготовки, компания имела более 20 вертолетов, сотни различных автомобилей, в том числе и военных, самое разнообразное вооружение и спецсредства. Ее обороты вышли на миллиардный уровень. Зарплата обычного сотрудника составляла от 400 до 600 долларов в день, а оперативника — достигала 1000.

В 2003 году у ЧВК появились контракты в Ираке, где после свержения Саддама Хуссейна и установления оккупационной администрации Пола Бремера требовалось срочно закрывать вакуум безопасности, чем не хотели заниматься военные. BSC в течение 2003-2005 годов добилась того, что суммы контрактов выросли с десятков до сотен миллионов долларов, а заказчиками выступали Пентагон, Госдеп и администрация Пола Бремера, через которую шло распределение огромных средств «на восстановление Ирака». Часть из них была разворована, что являлось предметом расследования в самих США. По сути, Blackwater оказалась максимально близко к главному крану, через который в Ирак поступали огромные суммы, имея при этом протекцию со стороны ЦРУ и связи в господствующей тогда Республиканской партии.
В результате еще недавно небольшая фирма из Северной Каролины спустя 7 лет после создания заработала свой первый миллиард. К 2007 году только официальный доход по контрактам с правительством США превысил один миллиард в год. И это исключительно в качестве подрядчика у государственных структур, которые, по разным оценкам, обеспечивали от 80 до 90% всех контрактов Blackwater.

За счет различных дочерних предприятий ЧВК предоставляла услуги американским транснациональным корпорациям, правительству Ирака, ближневосточным бизнесменам и т. п., что привело к взрывному росту доходов организации. Одновременно с задачами в Ираке и Афганистане многочисленные дочерние предприятия Blackwater занимались подготовкой силовиков в Индии, устраняли последствия урагана «Катрина» в США (правительство платило 240 000 долларов в сутки), создавали лагеря подготовки для полиции и сотрудников безопасности в Америке и т. д.
Согласно различным данным, на активных этапах боевых действий в Ираке там было развернуто до 11–13 тысяч сотрудников Blackwater, а позднее это число превысило 20 тысяч. С 2003 по 2008 год, по различным данным, компания потеряла от 680 до 810 человек убитыми, которые обычно не включаются в официальную статистику Пентагона. Blackwater этот вопрос не комментировала, так что реальное число потерь в Ираке и Афганистане доподлинно неизвестно.

Причины потерь в Ираке обычно объясняются тем, что после свержения режима Саддама Хуссейна в стране вспыхнуло мощное движение сопротивления американской оккупации, приведшее к восстанию в Фаллудже (где были показательно убиты сотрудники Blackwater) и к систематическим нападениям на силы США. Это вело к постоянным потерям как у оккупационных сил, так и у частных подрядчиков. Примечательно, что до 2006 года компании в основном удавалось избегать крупных скандалов в Ираке, так как с 2003 по 2006 годы США пребывали в уверенности, что ситуация в ближневосточной стране контролируемая, а тема с фальсификацией повода для этой войны еще только-только начала выходить на страницы американской прессы. Но чем дольше тянулась война, тем острее становился вопрос наличия оружия массового поражения у Саддама Хуссейна.
Тут как раз и начали всплывать нелицеприятные страницы оккупации Ирака, где наравне с варварскими бомбардировками, масштабной коррупцией и хищническим разграблением страны всплыла тема преступлений Blackwater.
ЧЕРНОЕ ПЯТНО НА РЕПУТАЦИИ
Как уже ранее упоминалось, Blackwater стремилась к правовому иммунитету для своих сотрудников в Ираке и Афганистане, что приводило к формированию ощущения безнаказанности у вооруженных людей, которые этим пользовались на практике. По сути, у бойцов данной ЧВК порог принятия решения на применение оружия в отношении гражданских лиц оказался занижен, что приводило к постоянным инцидентам, на которые до 2006 года старались закрывать глаза, списывая их на издержки работы.
Но в условиях роста разочарования американцев делами в Ираке, откуда в страну шел поток гробов, претензии иракцев к действиям сотрудников ЧВК наконец попали на благодатную почву.
В 2006 году, находясь в состоянии алкогольного опьянения, сотрудник Blackwater застрелил охранника вице-президента Ирака. Несмотря на требования судить убийцу, США ограничились вывозом его за пределы страны, фактически продемонстрировав, что существует негласный иммунитет для американцев даже в случае очевидных преступлений. Это было крайне негативно воспринято в Ираке и вызвало первую серьезную волну возмущения действиями ЧВК в американских СМИ, где эпизод получил огласку.

В этот период МВД Ирака уже начало проверку других инцидентов с сотрудниками Blackwater, в результате чего стали всплывать факты неоправданного открытия огня по гражданским лицам под сомнительными предлогами вроде «мне показалось, что это повстанец» или «я подумал, что он потянулся за оружием». Жалобы, которые иракские органы подавали на подобные эпизоды, обычно ложились под сукно и списывались на издержки. По сути, нарыв зрел уже длительное время, прежде чем прорвался в сентябре 2007 года.

Выполняя миссию по охране делегации Госдепа США в Багдаде, сотрудники ЧВК в ходе беспорядков на площади Нисур расстреляли 17 человек, включая женщин и детей. Более 20 человек получили ранения различной степени тяжести. Ирак охватила волна возмущения, которой пользовались антиамериканские силы, эксплуатировавшие данную бойню в качестве знамени для продолжения борьбы с оккупацией США. Правительство Ирака при всей своей зависимости от Вашингтона начало требовать расследования и суда, но в итоге и здесь иммунитет сработал — сотрудники Blackwater ушли от ответственности.
Последствия этой истории оказались для Blackwater фатальными. Официальное расследование деятельности компании в Ираке выявило, что среди 195 боевых инцидентов, в которых действовали сотрудники ЧВК, в более чем 80% эпизодов они первыми открывали огонь. Аналогичные случаи выявили и в Афганистане, где также установили факты стрельбы на поражение по сомнительным причинам или же просто в состоянии алкогольного опьянения. Правительство США было вынуждено делать публичные заявления о том, что ужесточит государственный надзор над деятельностью Blackwater, и стало постепенно признавать их частичную вину. Уже в 2010-х годах некоторые из виновных были привлечены к ответственности и получили реальные сроки — от 30 лет до пожизненного заключения.
Пентагон официально признал, что вина за убийство лежит не на иракцах (чего правительство Ирака добивалось с 2007 года), а на сотрудниках Blackwater.
Дело имело огромные последствия. Blackwater внезапно оказалась токсичной для американских властей, так как ее преступления ассоциировали с правительством США, которое фактически покрывало военных преступников. К осуждению компании Принса начали подключаться правозащитные организации, а также ООН. Оправдания Вашингтона на тему невозможности полностью контролировать ЧВК лишь увеличили требования к усилению регулирования рынка частных охранных услуг и критику действий США в Ираке на международном уровне.

В результате Палата Представителей США была вынуждена принять закон о запрете деятельности ЧВК в Ираке, а сама компания начала подвергаться судебным искам уже на территории Штатов. Разумеется, если бы Blackwater лучше контролировала деятельность своих сотрудников, она не попала бы в такую ситуацию, но это стало результатом системной политики подготовки кадров внутри ЧВК, которая подразумевала возможность ухода от ответственности за подобные преступления.
Судебные процессы по делу о бойне на площади Нисур продожались в США до конца 2020 года, а четверых осужденных по этому делу лично помиловал Дональд Трамп перед тем, как покинуть Белый Дом.
В результате этого преступления уже в 2008 году объем контрактов у Blackwater начал падать, с работой на территории Ирака стали возникать проблемы, так как лицензия была аннулирована, а правительство ближневосточного государства отказывалось сотрудничать и требовало от США убрать компанию из страны. Шлейф из обвинений, негативных публикаций в СМИ и ограничений на работу ЧВК также подорвал возможности Blackwater сотрудничать с негосударственными заказчиками, так как компанию стали избегать ввиду ее токсичности. В условиях снижения доходов поддерживать огромную инфраструктуру фирмы становилось все сложнее, что потребовало от руководства Blackwater принятия кардинальных мер по спасению того, что еще можно было спасти.
РЕБРЕНДИНГ И ТРАНСФОРМАЦИЯ
В 2009 году на фоне многочисленных обвинений в военных преступлениях и различных финансовых махинациях в Ираке, связанных с распределением средств через оккупационную администрацию Пола Бремера, руководство пришло к мысли о необходимости ребрендинга и трансформации компании. Последней каплей стал отказ иракского правительства продлить лицензию Blackwater на работу в республике на основании результатов расследования бойни на площади Нисур.

МВД Ирака еще в 2007 году аннулировало лицензию компании Принса, но США просто проигнорировали недовольство иракской администрации, которая полностью зависела от Вашингтона. В 2009 году правительство республики оставило для Blackwater лазейку, заявив, что те сотрудники ЧВК, которые не связаны с преступлениями в Ираке, могут продолжать работу на его территории в случае перехода в другую организацию. Это ускорило трансформацию компании.
В феврале 2009 года Blackwater Worldwide отказалась от торговой марки Blackwater и зарегистрировало новую — Xe Services. Дочерняя компания Blackwater Lodge and Training Center превратилась в US Training Center Inc. Изменилась и официальная стратегия компании. Президент новообразованной Xe Services Гэри Джонсон объявил, что меняется не только название, но и суть фирмы, которая уходит от вопросов обеспечения частной безопасности и концентрируется на вопросах подготовки и обучения.

Новая компания отказалась продлевать лицензию Blackwater в Ираке и контракт по защите иностранных дипломатов на территории Багдада. Официальный представитель Xe Services заявила, что, сохраняя юридическое правопреемство с Blackwater, это необходимо для того, чтобы отбросить весь тот негативный имидж, который определял ЧВК на протяжении многих лет и создавал неверное представление о принципах и целях работы компании. Таким образом, в начале 2009 года Blackwater прекратила свое существование в юридическом и смысловом виде под грузом собственных ошибок и преступлений. Возникшая на ее месте ЧВК Xe Services, которая позднее превратилась в ЧВК Academi, имела уже свою собственную историю, хотя в ряде аспектов деятельности «родовые пятна» предшественницы проявлялись с завидной регулярностью.

Сам Принс покинул пост генерального директора Blackwater 2 марта 2009 года, оставаясь в совете директоров Xe Services. Окончательно он оставил свое детище в конце 2010 года, после того как была оформлена сделка о продаже компании группе инвесторов.
Таким образом, к исходу 2010 года история ЧВК Blackwater завершилась, но ее наследие продолжало жить сначала в Xe Services, а затем в Academi. Но это уже другая история.
ПРИНС ПОСЛЕ BLACKWATER
После ухода из Blackwater Эрик Принс не покинул рынок частных охранных услуг. Он позиционировал себя как специалиста, который способен помочь как американскому, так и иностранным правительствам в вопросах организации новых ЧВК, оборонного консалтинга и общих военно-политических рекомендаций. Репутация, заработанная им в период руководства Blackwater, обширные связи в Пентагоне, американском ВПК и разведсообществе открывали ему многие двери.
Борец с пиратами
После фактического ухода из Blackwater Принс по приглашению правящей семьи Абу-Даби отправился в ОАЭ, где помог местным властям создать ЧВК Reflex Responses. Он оказывал консалтинговые услуги по набору персонала из стран Африки, а также по разработке и внедрению программ обучения с использованием технологий, применявшихся в Blackwater. Официальной целью этой деятельности была подготовка охранного персонала для борьбы с пиратством в водах Африканского рога и на его побережье.

Тем не менее в первой половине десятых годов в СМИ озвучивались обвинения, согласно которым подготовленные в ОАЭ сотрудники ЧВК принимали участие в различных процессах, связанных с «арабской весной», на территории других стран. После 2015 года всплывут и другие обвинения, относящиеся к сотрудничеству разведки ОАЭ с членами различных американских ЧВК, которые занимались устранением активистов и функционеров исламской партии «Аль Ислах» в Йемене. Впрочем, доказать причастность Принса к этим процессам не удалось.
АФГАНИСТАН. ВОЙНА НА АУТСОРСЕ
В 2018 году Принс публично выступил с предложением по пересмотру американской политики в Афганистане. К тому времени Пентагон уже официально признал, что победить «Талибан» он не сможет и надо либо менять стратегию, либо выводить войска. Принс использовал подобные официальные заявления, а также риторику Трампа о бесполезности войны в Афганистане, чтобы предложить свой план ухода США.

Согласно предложению Принса, Вашингтон должен был полностью передать вопросы ведения войны и обеспечения безопасности американским ЧВК под оперативным руководством ЦРУ, услуги которых должны быть оплачены за счет средств правительства Афганистана и оборонного бюджета США. Вашингтон даже объявлял о том, что цели в Афганистане достигнуты и армия покинет страну, после чего вопросы обеспечения безопасности полностью отойдут местным вооруженным силам и американским ЧВК. По замыслу Принса, все подрядчики могли бы хорошо заработать, что окупало риски, связанные с боевыми действиями против «Талибана» и ИГИЛ* (запрещены в РФ).

Вот как описывал свою стратегическую концепцию Принс:
«Нам, то есть стране, нужна надежная и эффективная программа по дальнейшему движению вперед. Сейчас в стране присутствуют 15 тысяч американских военнослужащих и 30 тысяч наемников, но у нас ничего не выходит. Мы уже рекомендовали гораздо менее масштабный и более необычный подход, который, по сути, повторяет те методы, которые применялись после 11 сентября — использовать очень малочисленную, очень быструю и очень маневренную бригаду под руководством ЦРУ и обойтись без обычной масштабной стратегии. На данный момент мы расходуем 62 миллиарда долларов. А президенту врут даже некоторые сотрудники Белого дома — говорят, что мы тратим только 15 миллиардов. Это не так.

Достаточно только заглянуть в Акт о финансовом обеспечении зарубежных операций ВС США от Пентагона: министерство тратит на операции в Афганистане 49 миллиардов плюс еще 17 на содержание военных баз. И это неправильно, есть гораздо более дешевые способы для ведения этих операций.

Несмотря на все разговоры о том, как Пакистан злоупотребляет американскими ресурсами — что правда — из-за того, что сфера присутствия Пентагона очень обширна и постоянно разрастается, мы не можем задавить Пакистан, поскольку у него есть возможность перекрыть нам пути снабжения. Поэтому президенту нужно создать должность специального посланника, который, по сути, будет выполнять функции управляющего имуществом банкрота. Президент понимает, как реструктурировать ситуации фактического банкротства и провала, и ему именно это и нужно сделать в данном случае.

Да, сейчас назначен новый командующий, который вышел из сил специальных операций, и это очень хороший шаг. Но президенту можно закрепить этот успех, назначив одного человека, который будет отчитываться перед ним, дабы он объединил эту многоголовую Гидру, которую представляет собой политика правительства США, и исправил ситуацию. Я знаю, что президент испытывает большую досаду, мне рассказывали, что он все время задает вопросы по этой теме. Так вот, президенту пора пойти другим путем и закончить самую длительную войну в истории США».
По сути, Принс предлагал хеджировать риски через согласие Вашингтона на полную приватизацию войны в Афганистане и перевод ситуации к управляемому банкротству «афганского предприятия». Этот план рассматривался в администрации Трампа, но в конечном итоге был отвергнут, так как часть его окружения, включая советника по национальной безопасности, выступала против переговоров с «Талибаном» и вывода войск, всячески саботируя шаги президента в этом направлении — хотя телеканал NBC сообщал, что главе страны идея нравилась. Кроме того, Пентагон и ЦРУ дали негативные отзывы на предложения Принса. Также с осуждением его плана выступило правительство Афганистана, заявив, что оно «не допустит, чтобы война с терроризмом превратилась в частный бизнес», а самого Принса охарактеризовало как «безответственного элемента, покушающегося на суверенитет Афганистана».

В дальнейшем Принс еще несколько раз упоминал в СМИ о своих предложениях «приватизировать войну в Афганистане», но к тому времени ставка уже была сделана на прямые переговоры с «Талибаном» и полный вывод войск, что привело к договоренностям в Дохе. Можно также отметить, что идентичный план Принс предлагал и в отношении Сирии, и Трамп также его с интересом рассматривал, но в конечном итоге и здесь был сделан выбор не в его пользу.
ОБУЧЕНИЕ КИТАЙСКИХ ТОВАРИЩЕЙ
В феврале 2019 года Принс через свою компанию Frontier Services Group, где он выступал в качестве соучредителя, заключил контракт с группой отставных военных КНР на строительство полевого лагеря для подготовки сотрудников китайской ЧВК в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. В окрестностях города Кашгар фирма Принса начала работы по обеспечению строительства лагеря, не особо обращая внимание на различные обвинения в адрес Китая, связанные с его политикой в отношении уйгурского населения. Согласно информации, просочившейся в британскую прессу, в рамках своих контрактных обязательств в КНР фирма Принса заключала договоры с различными китайскими предприятиями, в том числе связанными с Коммунистической Партией и Народно-освободительной Армией. Отмечается, что контракт с Китаем стал следствием вышеупомянутых отказов от идей Принса в Вашингтоне. Китайцы как раз искали опытного специалиста, который помог бы им заложить фундамент для создания собственных ЧВК.

Среди известных обязательств Frontier Services Group была передача знаний по созданию частных военных компаний с использованием опыта Blackwater, а также подготовка бывших и действующих солдат и офицеров НОАК для действий в различных горячих точках, в том числе и за пределами Китая. Данный интерес КНР обычно связывают с продвижением инициативы «Один пояс — один путь».

Первые контакты с представителями Китая у Принса произошли в 2016–2017 годах, что вызвало внутренний конфликт в Frontier Services Group и реструктуризацию ее начальства, так как часть руководителей компании отказались принимать стратегию, направленную на выполнение целей и задач китайского правительства. Тем не менее большинство поддержало Принса. Основным аргументом стали очень большие деньги, которые были готовы платить китайцы. Уже в 2017 году FSG купила 25% акций Пекинского колледжа защиты международной безопасности, который презентовался как «крупнейшая частная школа обучения вопросам безопасности в КНР». В пресс-релизе FSG указывалось, что компания Принса предоставляет «учебные курсы мирового уровня».

Для того, чтобы обойти ограничения американского законодательства, Принс организовал работу с Китаем через офис Frontier Services Group в Гонконге, а в качестве заказчика по документам проводил группу отставных китайских военных, дабы создавать видимость сделки в частном секторе, хотя очевидно, что подобная деятельность на территории КНР невозможна вне контроля КПК, НОАК и министерства общественной безопасности.

Каких-либо достоверных данных о суммах, которые платили Принсу китайцы, нет. Но по финансовым отчетам расходы FSG «на создание предприятий» в Синьцзяне и Пакистане за первое полугодие 2020 года составляли 15,4 миллиона долларов. Принс лично опроверг информацию, что эти деньги тратились на закупку колесно-гусеничной техники и создание учебных центров. Согласно материалу Reuters, FSG инвестировала 6 миллионов долларов в центр подготовки в Синьцзяне, который мог обучать до 8000 человек в год. Позднее пресс-релиз, на который ссылался Reuters, был удален, и Принс заявил, что эта информация попала в интернет «по ошибке», а сам он ничего не знает про этот проект.

В 2019–2020 годах против Принса была развернута кампания в американской прессе, где его пытались обвинить в работе на «врагов Америки» на фоне разгорающейся антикитайской кампании, инициированной Трампом. Принс построил защиту на том, что он работает исключительно в частном секторе, оказывая консалтинговые услуги, и не делает ничего, что бы угрожало интересам США. Свою работу в Синьцзяне он охарактеризовал как успешное частное предприятие, действующее со строгим соблюдением прав человека. Создание лагерей подготовки ЧВК и прямое сотрудничество со структурами, связанными с НОАК, он по-прежнему отрицает.
ВЕНЕСУЭЛА И НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ПЕРЕВОРОТ
Согласно информации издания «Аль-Джазира», опубликованной еще в 2019 году, задолго до провала операции по «свержению режима Мадуро» с помощью наемников американской ЧВК Silvercorp (руководитель Джордан Гудро), Эрик Принс пытался привлечь финансирование для организации небольшой наемной армии, которая должна была с помощью венесуэльской оппозиции и назначенного Вашингтоном «президента Венесуэлы» Хуана Гуайдо свергнуть действующего лидера страны и установить в Каракасе лояльный США режим.

Согласно предложению Принса потенциальным инвесторам, ему было необходимо около 40 миллионов долларов на организацию этой армии (до 5000 человек), которую планировалось нанять от имени Хуана Гуайдо. Эти активы должны были быть развернуты в Колумбии и ряде других стран Латинской Америки, чтобы перейти к действиям после старта силового сценария в Венесуэле, где они бы объединили усилия с мятежными военными, вооруженной оппозицией и силами наркокартелей вроде Лос Растрохос. Правительство США и окружение Гуайдо отрицали причастность к подобным планам.

Причинами провала предложений Принса стали достаточно высокая стартовая стоимость операции, большое количество персонала (что затрудняло сохранение секретности), а также надежды администрации Трампа, что сработают предлагаемые ЦРУ сценарии, связанные с восстанием военных и политической оппозиции в Каракасе. Хотя еще в апреле 2019 года, до провальной попытки военного переворота в Венесуэле, Принс предлагал перейти к «динамическому сценарию», который позволит разрешить в пользу США возникший в Венесуэле тупик.

Как оказалось, Принс на несколько месяцев предвосхитил ход мыслей американских стратегов. После того как стало ясно, что Мадуро при поддержке России, Китая и Кубы устоял, и оппозиция не сможет его свергнуть, группа Болтона, Абрамса, Помпео и Рубио фактически дала добро на реализацию сценария с привлечением ЧВК. Только выбор был сделан не в пользу дорогостоящего предложения Принса, а в пользу сформированного Джорданом Гудро, которое не требовало больших стартовых вложений и должно было быть оплачено за счет средств Венесуэлы после захвата власти Гуайдо.

Теперь, когда мы знаем, что дружественная Венесуэле спецслужба добыла сведения о подготовке операции «Гидеон», действия окружения Гуайдо и руководства ЧВК Silvercorp выглядят непрофессиональной авантюрой, в то время как общие контуры планов Принса даже в том обрывочном виде, в котором они просочились в прессу, были более опасными для правительства Мадуро. Кроме того, провал операции ЧВК Silvercorp и арест Люка Денмана и Аарона Берри сделали хорошую рекламу Принсу, который мог смело говорить, что, если бы дело доверили ему, он бы добился необходимого США результата.

Однако это был уже далеко не первый раз, когда достаточно разумные (с точки зрения американских целей) предложения Принса не находили должной поддержки в Вашингтоне. В какой-то мере значительная часть публичной информации о нем в 2010-х — это история скандалов и больших несбывшихся проектов. Но то, что Принс все эти годы оставался в эпицентре крупнейших геополитических кризисов, говорит о том, что он как минимум до выборов 2020 года сохранял существенное влияние, чтобы его предложения рассматривались на самом высоком уровне. Так что расценивать его как «сбитого летчика» было бы преждевременно. Ему всего лишь 51 год, и он еще достаточно долго будет оставаться серьезным игроком на рынке «приватизированной войны».
ИТОГИ
Blackwater не была первой созданной ЧВК, как впрочем и последней. Тем не менее размах, количество и объемы операций сделали ее одной из самых известных за всю историю, а ее название стало в какой-то мере нарицательным, символизируя наиболее характерные недостатки процесса приватизации войны и сферы безопасности. Blackwater в какой-то мере повезло, так как она была создана перед очередным этапом имперских войн и интервенций США, когда процесс передачи вопросов безопасности на аутсорс частным компаниям только набирал обороты. Это позволило Blackwater быстро захватить лидерство на рынке и получить доступ к огромным финансовым ресурсам.

Однако кризис операций в Ираке и Афганистане принес детищу Принса не только деньги и известность, но и многочисленные проблемы, порожденные фактической бесконтрольностью действий ЧВК, на которые правительство США закрывало глаза. Это привело к целой серии военных преступлений, ударивших не только по имиджу компании, но и правительства США, которое оказалось вынуждено реагировать на недовольство руководства покоренных государств и критику внутри страны. В результате в растущем медийном поле Blackwater стала все чаще ассоциироваться не с качеством услуг в сфере безопасности, а с военными преступлениями, что объективно мешало компании вести бизнес. В конечном итоге это привело к тому, что одна из наиболее крупных за всю историю ЧВК была реструктуризирована, создатель и многолетний руководитель покинул ее, а преемники всячески старались дистанцироваться, дабы на них не легла тень мрачных страниц истории Blackwater.



* «Талибан», ИГИЛ — террористические группировки, запрещенные на территории Российской Федерации.
Рейтинг@Mail.ru