Война в Сирии
10 лет

К годовщине начала конфликта в САР руководитель Telegram-канала Astra Militarum вспоминает, к чему привели события 2011 года.

ВОЙНА В СИРИИ
10 ЛЕТ

К годовщине начала конфликта в САР руководитель Telegram-канала Astra Militarum вспоминает, к чему привели события 2011 года.
15 марта 2011 года, в так называемый «День гнева», сотни сирийских граждан вышли на массовые акции протеста в Дамаске и других крупных городах страны. Тогда никто не подозревал, что манифестации против правительства Башара Асада, спровоцированные событиями «арабской весны» в других странах Ближнего Востока, вскоре перерастут в кровавую гражданскую войну, а место сирийской оппозиции займут боевики и террористы.
«АРАБСКАЯ ВЕСНА»
Первые гражданские выступления оппозиции в Сирии начались, как принято считать, 26 января 2011 года — почти через две недели после свержения первой жертвы «арабской весны», президента Туниса Зин аль-Абидина Бен Али. К тому моменту, как массовые протесты добрались до САР, схожие волнения начались в Алжире, Ливии, Иордании, Судане, Омане, Йемене, Саудовской Аравии и Египте.
По аналогии с протестами в Тунисе, которые начались после акта самосожжения торговца Мохамада Буазизи, толчком к недовольству в Сирии стал схожий акт некого Хасана Али Акле. Параллельно с этим в соцсети Facebook появляется группа «Сирийская революция-2011», призывавшая к проведению в крупнейших городах страны акций протеста против президента Башара Асада.
После нескольких малозначительных выступлений, сирийская оппозиция назначила на 15 марта 2011 года акцию «День гнева». Последовав за призывом в соцсетях, на антиправительственные выступления в Дамаске, Алеппо, Дейр эз-Зоре, Хасаке, Деръа и Хаме вышли сотни человек. Протестующие требовали освобождения политзаключенных, восстановления личных, политических и экономических свобод, ликвидации коррупции.
В первые же дни выяснилось, что протесты в Сирии во многом были инспирированы за рубежом. «День гнева» активно освещался Арабской службой BBC — британские журналисты первыми сообщили о том, что в ходе протестов силами безопасности были задержаны шесть человек, а митинги в отдельных городах были разогнаны сторонниками правительства. В это же время заработал сайт «Сирийская обсерватория по правам человека» (Syrian Observatory for Human Rights), который, вещая из британского Ковентри, занимался координацией протестов.

Однако предостережения властей о том, что беспорядки на улицах сирийских городов — дело рук внешних сил, провокаторов и подстрекателей, граждане Сирии в большинстве своем проигнорировали.
ДЕРЪА. ПЕРВАЯ КРОВЬ
6 марта в городе Деръа на юго-западе Сирии органы безопасности задержали группу подростков, расписывавших стены домов и заборы антиправительственными лозунгами. В ответ на действия властей 18 марта, после пятничной молитвы в мечети Аль-Омари, сторонники оппозиции вышли на улицы Деръа с требованием освободить заключенных. Из-за начавшихся беспорядков полиция открыла огонь по демонстрантам, в результате чего трое человек были убиты, и ещё один позже скончался от ранений.

Башар Асад выразил личные соболезнования семьям погибших, пообещал провести тщательное расследование инцидента — однако толпу было уже не остановить. 19 марта похороны двоих из погибших переросли в массовые беспорядки в Деръа. В город были переброшены дополнительные силы полиции, включая спецназ. 20 марта протестующие сожгли офис партии «Баас», Дворец правосудия, несколько полицейских участков и офисы телекоммуникационной компании SyriaTel — несмотря на то, что приехавшая в город комиссия уже встречалась со старейшинами и предлагала пути для выхода из кризиса. Мечеть Аль-Омари была захвачена активистами оппозиции, а организацию восстания взяли на себя члены «Братьев-мусульман» (организация запрещена в РФ).
Попытки погасить восстание силовым методом также не привели к желаемому результату. В ночь на 23 марта службы безопасности штурмовали мечеть Аль-Омари, где были обнаружены крупные запасы оружия и взрывчатых веществ. В ответ протестующие, взяв на вооружение сообщения о «гибели 15 человек» в ходе штурма мечети, вывели на улицы до 100 тысяч жителей города. 25 марта, после призыва группы «Сирийская революция-2011», сторонники оппозиции вышли на площадь перед зданием городской администрации, где сожгли плакат с изображением Башара Асада, а также уничтожили статую его отца Хафеза Асада.
Разбирательство по событиям в Деръа все же привело к глубоким изменениям в политической жизни Сирии. На фоне разгорающихся протестов Башар Асад отправил в отставку правительство САР, а также уволил губернатора мятежной провинции. Однако кровопролитие продолжалось: 8 апреля в столкновениях с вооруженными сторонниками оппозиции (уже постепенно превращающихся в боевиков) погибли 19 полицейских, еще 75 были ранены.

25 апреля сирийские силы безопасности снова входят в Деръа и вновь блокируют здание мечети Аль-Омари. После недели городских боев мечеть взяли штурмом армейские подразделения. 5 мая армия отрапортовала о подавлении восстания — однако разгул хаоса в стране уже было не остановить. Не помогли и проведенные правительством Сирии реформы: сокращение призыва в армию, амнистия политических заключенных и снижение налогов.

Дурной пример Деръа оказался крайне заразителен: схожие выступления с применением оружия начались практически во всех крупных населенных пунктах Сирии.
ХОМС. СТОЛИЦА ОППОЗИЦИИ
21 апреля 2011 года в Хомсе неизвестные учинили кровавую расправу над сирийскими генералами Або эль-Теллави и Ияда Харфуша — их убили вместе с детьми. Власти обвинили в этом преступлении активистов оппозиции: в этот период в Хомсе и ближайших окрестностях города регулярно фиксировались нападения, диверсии и убийства, совершавшиеся вооруженными боевиками.

Гибель двух генералов послужила отправной точкой затяжного противостояния сирийской армии и боевиков в Хомсе. Уже к июлю 2011 года в городе наблюдалась крайне нестабильная обстановка. Масла в огонь подлило и выступление военных, дезертировавших из рядов Сирийской Арабской Армии, на стороне оппозиции. 29 июля после призыва полковника Рияда аль-Асаада создается первая крупная антиправительственная группировка — «Свободная сирийская армия» (ССА), очаги деятельности которой немедленно обнаружились в крупном пригороде Хомса — Эр-Растане.
Накопив достаточно сил и призвав на свою сторону некоторых сирийских военных, силы ССА начали активные боевые действия в Хомсе. К сентябрю 2011 года боевики установили контроль над рядом кварталов в старой части города, их ключевым центром стал квартал Баб-Амру. Уже в октябре 2011 года противостояние выглядело как полноценные городские бои: в ответ на атаки на сирийских военных, правительственные силы вели огонь по позициям боевиков из артиллерии.

Осада Хомса вызвала настоящий шквал обвинений в адрес сирийской армии со стороны западных правозащитников. Телеканал «Аль-Джазира», агентство «Аль-Арабия», Арабская служба BBC и другие зарубежные СМИ наперебой давали сообщения о «нечеловеческой жестокости» сирийских силовиков, которые вели огонь по «мирным демонстрантам». Факт того, что боевики вели террористические действия против военнослужащих и гражданской администрации, западными изданиями сознательно умалчивался. Так, 28 ноября в квартале Бустан правительственные силы предотвратили крупный теракт — были обнаружены и обезврежены бомбы, заложенные у церкви Пресвятой Богородицы. А в ходе погромов в центре Хомса, учиненных 14 декабря, боевики захватывали частные дома и полицейские посты.
Особо остро ситуация вокруг Хомса проявилась 11 января 2012 года. В этот день в алавитском квартале Акрама проходил митинг сторонников президента Асада, на котором присутствовали журналисты французского телеканала France 2. В результате обстрела, начатого боевиками, находившимися в суннитском квартале Хомса, погибли 8 и были ранены 25 человек — в числе погибших оказался репортёр Жиль Жакье. Однако BBC подало информацию о случившемся так, будто журналист погиб под огнем правительственной артиллерии, и вслед за ними эту информацию потянули другие СМИ и даже официальные лица Франции.
«Мы решительно осуждаем это отвратительное нападение. Сирийские власти должны обеспечить безопасность работы иностранных журналистов на территории своей страны и защитить такую фундаментальную свободу, как свобода распространения информации», — заявлял тогда глава французского МИД.
Ален Жюппе
Глава МИД Франции (2011-2012 гг.)
О том, что сирийская армия именно этим в Хомсе и занималась, а обстрел провели боевики, чиновник умолчал.

К февралю 2012 года правительственные силы практически не контролировали ситуацию в Хомсе, город полностью был захвачен антиправительственными формированиями. Это вынудило Дамаск начать антитеррористическую операцию по зачистке города.

В ночь с 3 на 4 февраля после того, как боевики напали на блокпост сирийских военнослужащих, в результате чего погибли до 10 солдат, САА подвергла позиции ССА массированному обстрелу, используя танки, вертолёты, артиллерию, ракеты и минометы.

В ответ боевики развернули террористические атаки против инфраструктуры города и окрестностей — в частности, обстреливали ткацкую фабрику, нефтеперерабатывающий завод, подорвали магистральный нефтепровод на окраине Хомса и газопровод в районе Ас-Султания. Все эти акции были проведены для того, чтобы затормозить продвижение правительственных сил в городе. Однако в результате боевых действий инфраструктура города получила серьезные повреждения, во многих районах прекратились подача электричества и водоснабжение.

После продолжительных городских боев к 1 марта сирийская армия выбила боевиков из квартала Баб-Амру, однако несколько очагов сопротивления ещё оставалось в кварталах Аль-Хамидия, Иншшат, Басатин и Аль-Халидия, а также в сельскохозяйственных угодьях к западу от Хомса. Это и предопределило характер последующих боев за город, которые продлились до 2014 года: закрепившиеся на окраинах силы «Свободной сирийской армии» несколько раз прорывались в городские кварталы, контролируя до 30% застройки. После ответных действий правительственных войск боевики ненадолго откатывались в предместья, после чего через месяц снова шли на прорыв.
Развязка боев за город Хомс наступила в мае 2014 года, когда официальный Дамаск и боевики заключили соглашение о прекращении огня и эвакуации сторонников оппозиции. К 8 мая силы «Свободной сирийской армии» — 2 тысячи боевиков и их сторонников — покинули городские кварталы, однако еще долгое время сохраняли контроль над предместьями Хомса, в частности, над районом Аль-Ваир и окрестностями населенного пункта Эр-Растан.
ДАМАСК. В ОКРУЖЕНИИ АНКЛАВОВ
До 2012 года в сирийской столице протесты против Башара Асада сохраняли относительно мирный характер. Тем не менее, попытки раскачать ситуацию со стороны боевиков предпринимались неоднократно, и самая громкая из них произошла 23 декабря 2011 года. Тогда террористы-смертники, воспользовавшись тем, что в Дамаск прибыли международные наблюдатели от Лиги арабских государств (ЛАГ), подорвали два автомобиля в квартале Кяфр Суса возле штаб-квартиры органов госбезопасности Сирии и областного департамента общей разведки.
Ответственность за совершение теракта взяла на себя организация «Братья-мусульмане» — причем руководство группировки спустя сутки опровергло данное заявление, переложив всю вину на правительство Сирии. Позднее выяснилось, что за терактами стоит «инициативная группа» боевиков, возглавляемая Абу Мухаммадом аль-Джуляни — позднее ставшая костяком группировки «Джебхат ан-Нусра» (организация запрещена в РФ).

В результате взрывов 23 декабря погибли 44 человека, 166 были ранены — при этом большинство жертв — мирные жители. Столь же разрушительными были теракты в Дамаске 6 января и 17 марта 2012 года — в них погибли 25 и 27 человек соответственно. Все они стали кровавым прологом перед осадой Дамаска.
Параллельно с терактами, боевики различных фракций — «Свободная сирийская армия», а также радикальные исламисты, объединившиеся в группировки «Джебхат ан-Нусра» и «Лива аль-Ислам» — копили силы для удара по сирийской столице. Основное распространение антиправительственная идеология получила на окраинах Дамаска и в его пригородах, где местные имамы и проповедники зачастую оказывались сторонниками или непосредственными членами группировок.

Это впоследствии сформирует общий вектор боев за Дамаск, где антиправительственные силы концентрировались в пределах отдельных очагов активности — так называемых анклавах, часто не связанных между собой. Однако некоторые будущие места сосредоточения боевиков были именно заняты в ходе городских боев: так 21 января 2012 год боевики ССА захватили город Дума с населением 120 тысяч, в 20 километрах к востоку от Дамаска. С этого момента началось формирование анклава в оазисе Восточная Гута, который станет первым (и последним) плацдармом боев вокруг сирийской столицы.
Наступление на Дамаск официально было анонсировано боевиками 15 июля 2012 года. В этот день правительственные войска вошли в суннитский квартал Аль-Мидан с целью вытеснить проникших в город боевиков «Свободной сирийской армии». В ответ на это командование ССА призвало атаковать сирийскую столицу мобильными группами боевиков по 50 человек с нескольких направлений.

К 16 июля столкновения распространились на другие районы Дамаска — Ат-Тадамун, Джобар и Кяфр Суса. Уже 17 июля боевые действия переместились в центральные районы города: бои велись на улице Багдад, на следующий день боевики предприняли атаку на район «Дворца народа» — комплекса правительственных зданий на горе Касьюн. 18 июля боевики совершили теракт на совещании в штаб-квартире Совета национальной безопасности в Дамаске — в результате погибли министр обороны Сирии Дауд Раджиха и генерал Асеф Шаукат.

Столкнувшись с беспрецедентной угрозой, власти Сирии объявили всеобщую мобилизацию, и с 19 июля начали повсеместное отражение атак боевиков. Бои перекинулись в квартал Ихлас, где расположено здание Совета министров Сирии. Уже к 20 июля боевики заявили о «тактическом отступлении» из квартала Аль-Мидан, а 22 июля правительственные силы очистили от боевиков районы Барза и Меззе.

4 августа было объявлено о том, что все очаги сопротивления в Дамаске были разгромлены, однако боевики намертво зацепились за окраины города. В этих районах сформировались отдельные анклавы антиправительственных сил, которые частично окружали город и вели непрерывные минометные и артиллерийские обстрелы сирийской столицы. Что же касается ситуации на линии соприкосновения — то и сирийская армия, и боевики перешли к изматывающей позиционной войне.
К 2014 году вокруг Дамаска в основном велись бои по периметру пяти крупных анклавов вооруженных группировок, каждый из которых имел свои выходы на сирийскую столицу. Первый — это оазис Восточная Гута: боевики занимали территорию от Думы вплоть до аэропорта Дамаска, и имели связь с силами, засевшими в районе гор Восточного Каламуна. С противоположной стороны трассы на аэропорт Дамаска находился Южный анклав, включавший в себя значительные поселения и пригороды столицы — в частности, Аль-Хаджар аль-Асвад и бывший лагерь палестинских беженцев аль-Ярмук.

Третий анклав имел центр в городе Дарая и протягивался от самого Дамаска почти до границ с провинцией Эль-Кунейтра. Это был один из наиболее разветвленных и сложных анклавов Западной Гуты. Воротами в Дамаск для боевиков из этого плацдарма служили районы Меззе рядом с одноименной авиабазой и Кяфр Суса. Четвертый и пятый анклавы — Кудсия и Ат-Таль — замыкали кольцо условного окружения сирийской столицы, по сути закрывая горы Антиливана. Под контролем боевиков здесь находилась долина Вади Барада, которая питала водой весь Дамаск, и на протяжении долгого времени сирийскому правительству приходилось мириться с этим анклавом — поскольку в случае наступления боевики бы лишили столицу Сирии воды.
ДЖИСР АШ-ШУГУР. РЕЗНЯ НА УЛИЦАХ
Одной из ключевых задач группировок сирийской оппозиции на начальном этапе войны стало растягивание и истощение сил сирийской армии по всей территории страны. Для этого предпринимались атаки мобильных групп в разных районах. И даже если на первых этапах правительственные войска могли выбить боевиков из населенного пункта, это не значило ровным счетом ничего. Несмотря на подавление очагов активности, силы оппозиции возвращались на те же места, но уже в компании с боевиками радикальных исламистских группировок.

Именно это и произошло с провинцией Идлиб — будущим очагом террористов на северо-западе Сирии.

На протяжении весны 2011 года ситуация в провинции, граничащей с Турцией, постепенно начинала скатываться в хаос. Вылились протесты в Идлибе в полномасштабную военную операцию в Джиср аш-Шугуре, в ходе которой пострадали как гражданские жители, так и сотрудники сил безопасности. До сих пор точно неизвестно, что послужило причиной столкновений в городе. Западные исследователи предполагают, что Джиср аш-Шугур был давним оплотом радикальных исламистов: местные жители ненавидели правительство Сирии за то, что они потеряли родственников во время Исламистского восстания, организованного «Братьями-мусульманами» в 1976 году.

13 мая массовые демонстрации в городе вылились в насилие на улицах: протестующие подожгли офис партии «Баас». Следующая акция протеста 3 июня была разогнана правительственными силами после того, как во время попытки нападения на полицейский пост был убит мирный житель Басиль аль-Масри. Похороны убитого, назначенные на 4 июня, превратились в резню на улицах города: местная ячейка оппозиции открыла огонь по почтовому отделению, после чего в ответ по толпе начался снайперский огонь. Разъяренные жители, не зная, кто начал стрельбу, атаковали правительственные учреждения, взяли штурмом местное полицейское отделение и захватили хранившееся там оружие. В результате событий 4 июня погибло до 20 сирийских военнослужащих.

Резня в Джиср аш-Шугуре продолжилась 6 июня: подстрекаемые местными боевиками жители линчевали до 120 сирийских военных и полицейских. Ряд тел был изуродован до неузнаваемости и сброшены в реку Оронт. Агентство SANA впоследствии опубликовало утекшие переговоры боевиков, согласно которым целью атаки было подорвать доверие граждан к правоохранительным органам, а трупы убитых полицейских планировалось выдать за массовое захоронение мирных жителей, якобы убитых силами Асада.
12 июня сирийские силы безопасности начали масштабную операцию по наведению порядка в Джиср аш-Шугуре. Сообщалось, что боевики и подстрекаемые ими гражданские оказывали сильное сопротивление, на проведение военных действий в городе отвечали казнями захваченных в плен солдат. В результате силы безопасности понесли большие потери, и только с прибытием подкреплений 46-го и 55-го полков спецназа и 8-й бригады САА, ополченцев, а также после применения ВВС Сирии, войска смогли окружить и взять Джиср аш-Шугур штурмом. К тому времени, когда город был взят под контроль, район покинули по меньшей мере 50 тысяч человек.

Столкновения в Джиср аш-Шугуре с тех пор заняли прочное место в мифологии сирийских боевиков: распространенные в Сети сообщения о «массовых убийствах» привели к росту национальной и международной поддержки сирийской оппозиции. Кроме того, бои в городе были также осуждены Турцией, которая впоследствии выступила против сирийского правительства и усилила свою поддержку вооруженной оппозиции. И главное — ситуация стала первой в череде сознательных обманов и фейков, на которые шли сирийские антиправительственные силы, чтобы оправдать террор в адрес Дамаска.
ИДЛИБ. ГЛАВНЫЙ АНКЛАВ БОЕВИКОВ
Вслед за событиями в Джиср аш-Шугуре, провинцию Идлиб охватили протестные волнения и выступления боевиков оппозиции. В отличие от других провинций Сирии, активность боевиков в Идлибе, подогретая сообщениями о «массовых убийствах», выросла за считанные месяцы. Провинция стала основным очагом активности «Свободной сирийской армии» — и в ней же стали собираться имевшие ярко выраженный исламистский характер группировки, связанные с «Братьями-мусульманами» и «Аль-Каидой» (организация запрещена в РФ).

К январю 2012 года Идлиб и его окрестности находились частично под контролем боевиков. Они контролировали город несколько месяцев, в ходе которых им удавалось противостоять численно превосходившим силам сирийкой армии. Тем не менее, поскольку основные силы САА были заняты осадой Хомса, навести порядок в Идлибе не представлялось возможным до весны 2012 года.
10−13 марта 2012 года сирийской армией была проведена военная операция с целью очистки города от боевиков. После продолжительных боев правительственные войска отрапортовали об освобождении Идлиба — однако боевики, вышедшие из города в горные районы Джебель аль-Акрад, Джебель аз-Завия и Джебель ат-Туркман, сохранили силы и готовность занять центр провинции.

Уже к июлю 2012 года большая часть провинции Идлиб снова оказалась под контролем антиправительственных сил. Косвенно здесь сыграла свою роль негласная поддержка Анкары: после размещения средств ПВО Турции в районе границы сирийские боевые вертолеты прекратили постоянное патрулирование провинции. Лишенная возможности следить за ситуацией с неба, сирийская армия не могла вести полноценные боевые действия.
К 2014 году ситуация в Идлибе достигла критического состояния. Боевики занимали до 80% территории провинции в то время, как правительственные силы владели лишь двумя узкими коридорами вдоль трасс M-4 и М-5 — от Джиср аш-Шугура к Идлибу и от Мурека к окрестностям Маарет-ан-Нуумана. В марте 2014 года боевики «Джебхат ан-Нусры» начинают наступление в районе Хан-Шейхуна, на тот момент занятого антиправительственными силами, но находившегося при этом в кольце осады сирийской армии. В результате к маю 2014 года боевики прорывают осаду Хан Шейхуна, зачищают город и его окрестности от сирийских войск и перерезают две линии снабжения армейских баз в провинции Идлиб.

Падение «южного коридора» предопределило судьбу административного центра провинции. В марте 2015 года в Идлибе начались боевые действия между правительственной армией и отрядами террористических групп различных исламистских организаций, объединённых в коалицию «Джейш аль-Фатх» («Армия завоевания»). Вокруг основной ударной силы в лице «Джебхат ан-Нусры» собрались «Ахрар аш-Шам» и «Джейш аль-Ислам», а также группировки «Джамаат Имама Бухари», «Исламская партия Туркестана» (организация запрещена в РФ) и «Катиба Таухид валь-Джихад» (организация запрещена в РФ).
24 марта коалиция «Джейш аль-Фатх» объявила о начале операции по захвату Идлиба. Ожесточенные городские бои продлились 4 дня, после чего 28 марта правительственные силы отступили из Идлиба под ударами боевиков. Сирийская Арабская Армия постепенно откатывалась на запад для того, чтобы сдержать прорыв террористов в сторону Латакии. 25 апреля 2015 года силы «Джейш аль-Фатх» взяли штурмом Джиср аш-Шугур, тем самым оккупировав всю территорию провинции Идлиб.
АЛЕППО. НАЧАЛО «МАТЕРИ ВСЕХ БИТВ»
Сразу после «Дня гнева» 15 марта 2011 года север Сирии в меньшей степени был охвачен антиправительственными настроениями. Тем не менее, спокойствия в этом регионе не наблюдалось: протесты в самом Алеппо и в окрестных городах показывали, что оппозиция попытается претендовать на данную территорию. В результате первых пробных боевых действий под контролем боевиков оказались несколько районов провинции Алеппо возле сирийско-турецкой границы. И попытка взять штурмом административный центр — второй по значимости город страны — была для оппозиции лишь делом времени.

С февраля 2012 года боевики «Свободной сирийской армии» и банды радикальных исламистов начинают первые террористические атаки на Алеппо. 10 февраля в центре города были взорваны два заминированных автомобиля, а 14 февраля группа из 9 вооруженных боевиков прорвалась в городские кварталы, где была уничтожена правительственными силами. В целом, до июля 2012 года боевики ССА ограничивались еженедельными атаками на город, на блокпосты сирийских военных и ключевые трассы — изматывая сирийские подразделения и просчитывая возможность прорыва в Алеппо.

Сложности добавляла позиция Турции: Анкара на этот момент негласно поддерживала боевиков, время от времени снабжая оружием «Свободную сирийскую армию». Однако эта помощь существенно усилилась после 22 июня 2012 года, когда сирийские силы ПВО сбили над территориальными водами САР турецкий разведывательный самолёт RF-4E. Турция тогда потребовала установления бесполетной зоны над Сирией (по примеру с Ливией, когда Запад фактически блокировал небо для авиации полковника Каддафи), однако НАТО инициативу не поддержал. В результате, в качестве ответной реакции Анкара увеличение поддержку не только ССА, но и различных отрядов радикальных исламистов, которые в будущей битве за Алеппо выступят основным ударным клином против правительственных сил.
19 июля 2012 года, пока основные силы Сирийской Арабской Армии были брошены на подавление очагов оппозиции на севере провинции, боевики начали наступление на правительственные войска в Алеппо. Как и в Дамаске, бои были развязаны небольшими мобильными группами сразу в нескольких кварталах города — Салах ад-Дин, Азимия, Акрамия и Ард ас-Саббаг. В результате уже к концу июля боевики контролировали восточную часть города, северные рубежи в районе Аль-Лейрамун и бывший лагерь палестинских беженцев в районе Хандарат. А к осени 2012 года под контролем антиправительственных сил оказались уже ¾ города.

Попытка прорваться в центральные и западные районы города и установить контроль над ключевой доминантой, Цитаделью Алеппо, у боевиков провалилась — сирийская армия и проправительственное ополчение не дали занять оставшуюся часть города. Тем не менее, на протяжении следующих нескольких лет, оставшиеся под контролем сирийских властей районы Алеппо непрерывно обстреливались из минометов и артиллерии боевиков.

Также не сдался объединенным силам оппозиции старый курдский квартал Аш-Шейх-Максуд, жители которого самоорганизовались в вооруженные отряды и сидели в осаде на протяжении четырех лет.

Тем не менее, силы ССА и радикальных исламистов заняли большую часть старого Алеппо, а также старинную Великую мечеть Омейядов, включенную в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Культовое сооружение стало для террористов и штабом, и арсеналом, и тюрьмой — хотя сами боевики заявляли, что якобы правительственные силы устроили в мечети тюрьму и братские могилы. Преступления против культурных ценностей на этом, впрочем, не закончились: в 2013 году боевики ССА взорвали минарет мечети и ее южную стену.
Кроме самого города, патовая ситуация складывалась на окраинах Алеппо, где боевики принялись постепенно окружать город, обрывать коммуникации и создавать угрозу для находящегося там гарнизона. Первой ключевой целью боевиков, на острие которых шли террористы из «Джебхат ан-Нусры», стали военные базы и аэродромы сирийских войск, которые могли бы выставить силы для противодействия наступлению в Алеппо. 31 августа 2012 года боевики атаковали ряд военных баз в окрестностях города — в частности, базу Расм аль-Абуд и аэродром Абу-ад-Духур в провинции Идлиб.

Второй важной целью боевиков на направлении Алеппо стали ключевые трассы, по которым осуществлялось снабжение городского гарнизона и поддерживающих сил сирийской армии. К ноябрю 2012 года боевики сумели перерезать стратегическое шоссе Дамаск — Алеппо в районе города Маарет ан-Нууман, за установление контроля над которым начались ожесточенные бои. Возникший кризис снабжения привел к поиску обходного маршрута для снабжения сил сирийской армии в районе Алеппо в результате чего, был найдет стабильный маршрут между населенными пунктами Ханассер, Итрия и Ас-Саламия, впоследствии получивший название «дорога жизни».

Истощенная в боях на нескольких направлениях сирийская армия не могла сдерживать наплыв террористических группировок. К 2014 году боевики ССА, «Джебхат ан-Нусры» и других формирований захватили значительные территории на севере провинции Алеппо и сжали клещи вокруг гарнизона города на юге. В руках сирийской армии остались незначительные анклавы, которые держались в осаде — занятые шиитами населенные пункты Нубболь и Аз-Захра, а также авиабаза Квайрес.
Попытка боевиков в первый раз перерезать «дорогу жизни», занять в августе-сентябре 2013 года Ханассер и тем самым заблокировать гарнизон Алеппо была пресечена созданными тогда же отрядами спецназа «Силы Тигра» во главе с полковником Сухейлем аль-Хасаном. Сирийское командование высоко оценило успехи офицера в Идлибе и Латакии, и позволило ему самолично набрать, обучить и возглавить наиболее боеспособное подразделение САА.
Сирийские войска смогли к концу октября 2013 года снять осаду Ханассера, зачистить до 40 населенных пунктов на юге провинции и тем самым закрепить маршрут поставок для гарнизона Алеппо. Тем не менее, сил «пожарной команды» сирийского конфликта в лице отрядов полковника Сухейля оказалось недостаточно для окончательного перелома ситуации на фронте под Алеппо.
ВМЕСТО ЭПИЛОГА
К 2014 году ситуация в Сирийской Арабской Республике уже давно переросла «мирные протесты» и скатилась в пучины затяжной позиционной гражданской войны. К этому году уже было понятно, что конфликт не имеет военного решения, и необходим полноценный политический консенсус. Однако все прошедшие попытки мирного диалога по Сирии — начиная с плана Аннана 2012 года, предусматривавшего перемирие под эгидой ООН, и заканчивая переговорами по урегулированию кризиса в Женеве, неизменно срывались после новых провокаций со стороны боевиков.
Ключевым результатом первых двух лет сирийской кампании стали существенные потери контроля правительственных сил над 65% территории САР. Помимо вышеуказанных провинций Дамаск, Деръа, Хомс, Алеппо и Идлиб, бои продолжались и на востоке страны. 6 марта 2013 года вооруженная оппозиция захватила город Ракка, тем самым фактически выбив правительственные силы с северо-востока страны. Параллельно с этим, с 2012 года боевики начали бои с сирийской армией за Дейр эз-Зор. Наконец, ожесточенные стычки периодически наблюдались и в сирийской пустыне. Тогда же был установлен важный факт: поскольку пустыню невозможно контролировать и зачищать, весь вопрос контроля над территорией Центральной Сирии упирается в защиту и укрепление ключевых трасс, связывающих запад и восток страны.

Потеря официальным Дамаском значительных территорий серьезно обеспокоила союзников правительства САР. Первыми на выручку в качестве действенной силы пришло ливанское военно-политическое движение «Хезболла»: в мае 2013 года лидер группировки Хасан Насралла впервые открыто признал, что его отряды участвуют в боевых действиях в Сирии на стороне правительственных войск. Данные меры были предприняты для защиты ливанских граждан, проживающих в приграничных районах, от действий боевиков. С мая 2012 года известно о полноценном военном и материально-техническом участии Ирана в сирийском конфликте: уже к следующему году присутствие сил Корпуса Стражей Исламской революции и проиранских формирований оценивалось аятоллой Али Хаменеи в 12 тысяч человек.

Огромную роль в военно-техническом и политическом сотрудничестве с Дамаском сыграла Россия. Начиная с 2011 года Москва оказывала дипломатическую поддержку Асаду, блокируя в Совете Безопасности ООН проекты антисирийских резолюций западных и арабских стран, предполагавшие наложение санкций против правительства Сирии. Кроме того, Россия поддержала правительство САР поставками оружия, военной техники и боеприпасов, а с 2012 года — организацией обучения сирийских военнослужащих силами военных советников. Кроме того, именно Россия впервые спасла Дамаск от прямой военной интервенции Запада после первых инцидентов с химическим оружием.

Как и в случае любых крупных и затяжных конфликтов, идея об использовании оружия массового поражения против противоположной стороны лежала на поверхности. Ночью 21 августа 2013 года по жилым районам Восточной Гуты были выпущены несколько ракет с боеголовками, содержавшими в общей сложности порядка 350 литров зарина. Несмотря на представленные Россией и Сирией доказательства вины боевиков в применении химоружия, США, Франция и Великобритания использовали этот факт для усиления давления на Дамаск. Вашингтон после событий в Гуте отправил группировку кораблей в Средиземное море, которые в любой момент могли начать военную интервенцию в Сирию.
В сентябре 2013 года по предложению России правительство САР присоединилось к конвенции о запрещении химического оружия, после чего все запасы боевых отравляющих веществ были уничтожены под контролем Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО). Вывоз химического оружия из Сирии был завершен 23 июня 2014 года. Что же касается боевиков вооруженной оппозиции — их на предмет уничтожения боевых отравляющих веществ никто не контролировал.
Однако сущность сирийского конфликта заключается в другом, гораздо более опасном аспекте. Изначально инспирированный радикальными исламистскими течениями бунт долгое время представлялся западными интересантами сирийского конфликта как «светский» — несмотря на то, что уже с 2013 года ситуация шла по абсолютно иному сценарию.

Постепенно светские или сепаратистские тенденции сменились жестокими проявлениями террористической идеологии — в первую очередь, за счет деятельности отрядов моджахедов, созданных на базе «Аль-Каиды» или «Братьев-мусульман». В 2013 году полномасштабное участие в войне против правительственных войск САР начинают силы группировки «Исламское государство Ирака и Леванта». Уже в 2014 году боевики этой террористической организации рассорятся с другими радикальными исламистами, займут половину Сирии и провозгласят «халифат» —террористическое квазигосударство на территориях Ирака и Леванта с претензией на мировое господство.

С этого момента сирийский конфликт, ранее представлявшийся сугубо локальным, обретет совершенно иной вектор.