Лента
08 декабря 19:35
Все новости
Почему миротворцы не защитили сербов и церковь в Косово — интервью с настоятелем монастыря Высокие Дечаны
Федеральное агентство новостей  / 

В июне 1999 года в Косово и Метохию вошли отряды миротворческих сил KFOR, которые должны были обеспечить мир и стабильность в регионе. Однако за время действия миссии на территории края были убиты и похищены сотни сербов, тысячи были изгнаны из своих домов. Чтобы не осталось и намека на то, что исторически самопровозглашенная Республика Косово была исконно сербской землей, косовские албанцы грабили и разрушали и православные святыни.

Корреспонденты международной редакции Федерального агентства новостей обсудили роль миротворческого контингента в урегулировании конфликта и причины провала миссии KFOR с архимандритом Саввой Яньичем, настоятелем главной православной святыни в Косово.

За последний год сербское население Косова и Метохии подверглось 54 нападениям со стороны албанских экстремистов — и никто из представителей международного сообщества в крае это не предотвратил. Как бы вы оценили нынешнюю ситуацию в крае с точки зрения безопасности для сербов?

Да, я вынужден сказать, что обстановка для сербов и представителей других неалбанских национальностей на Косово и Метохии весьма тяжелая. Особенно для сербского народа, потому что мы подвергаемся значительному числу нападений в последнее время — уже не с той интенсивностью, как ранее, но все же они вызывают опасения в плане нашего дальнейшего проживания здесь.

Вынужден сказать, что межэтническая ситуация между сербами и албанцами серьезно усугублена риторикой, которая звучит с албанской стороны в Косово — это непосредственно связано с их предвыборной кампанией, в которой развивается этот антисербский нарратив. В рамках этого нарратива режим, существовавший 20 лет назад, отождествляется с целым народом и даже с Сербской православной церковью.

Существует тенденция — взвалить на сербский народ коллективную вину, или даже предусмотреть «право на коллективную кровную месть». А это чрезвычайно опасно, ведь открывает возможности повторения инцидентов и в дальнейшем. Нам очень жаль, что представители стран Запада не реагируют более остро на подобные проявления антисербской риторики.

В самые тяжелые моменты для сербов в Косово вы были здесь и все видели своими глазами. Как вы считаете, почему приход миротворческих сил KFOR не предотвратил изгнание сербов из края в 1999 году?

Должен отметить, что это стечение сразу нескольких обстоятельств. Существовало некоторое согласие на Западе о том, что не стоит прямо противостоять действиям представителей Освободительной армии Косово (UÇK). Подразделения официально были расформированы, но еще вооружены. Делалось это во избежание конфликта с силами НАТО, поскольку UÇK неофициально сохранилась в виде различных экстремистских организаций, и они продолжили преследовать сербское население — нападать, похищать людей, убивать, уничтожать церкви и монастыри. И это носило систематический характер.

Некоторые западные СМИ освещали ситуацию. Однако, к сожалению, они лишь постоянно говорили, что нападения «неприемлемы, но понятны». Это давало своего рода «зеленый свет» для продолжения нападений. Также и само руководство ООН не было достаточно активно и оказалось подконтрольно ряду стран. Они играли ключевую роль в миротворческой миссии — вместо Совета безопасности, который не мог оказывать особое влияние на происходящее.

В тот ключевой период миротворческая миссия в Косово провалилась — она попросту не исполнила свой настоящий долг. В отличие от Боснии и Герцеговины, куда миротворцы были введены после Дейтонского соглашения. Там довольно быстро установился какой-никакой мир, и не было стольких актов насилия и уничтожения религиозных объектов.

В Косово и Метохии ситуация была иная. Несмотря на усилия отдельных контингентов KFOR (особенно я бы выделил итальянских представителей, которые внесли значительный вклад в дело защиты сербского населения), в целом, миссия в первые годы не дала никаких результатов. А к власти в реальности пришли представители UÇK, которые продолжили выступать с антисербскими нарративами и подстрекать к дальнейшим нападениям — что в итоге и привело к погрому в 2004-м году.

Эта миротворческая миссия останется в истории как провалившаяся. На практике она привела к этническим чисткам сербского народа, ведь две трети сербов были изгнаны из Косово и Метохии, из Приштины, где проживало 40 000 сербов. К сожалению, Запад остался абсолютно равнодушен к этому.

От косовских сербов приходилось даже слышать, что погром в марте 2004 года фактически произошел с молчаливого согласия KFOR, поскольку зачастую миротворцы приходили к жителям заранее с требованием эвакуации в связи с готовящимися нападениями.

Очень сложно сказать, что произошло на самом деле, но все представители международного сообщества в тот момент согласились, что речь шла об организованном погроме. Позднее это отношение изменилось — больше не говорили о том, что он был продуман заранее, ведь организаторы так и не были найдены.

Однако после были опубликованы отдельные депеши западных разведывательных служб. Среди них была и депеша БНД от 2005 года, в которой немецкая разведка раскрывает информацию о том, что за погромом стоят ведущие боевики UÇK, которые тогда были и политическими лидерами. Разумеется, они были отлично осведомлены о функционировании албанских криминальных и экстремистских кругов — криминал и экстремизм здесь идут рука об руку вместе все 20 лет, и именно они и привели к постоянным страданиям сербов все эти годы и уничтожению наших святынь.

Также очень горько, что KFOR в большинстве случаев не реагировал адекватно, поскольку попросту не было полномочий (rules of engagement) — они были ограничены, и миротворцы не могли применять вооруженную силу против косовских албанцев. При этом албанцы зачастую подначивали своих детей забрасывать «коктейлями Молотова» и сжигать церкви и дома. А в определенных случаях KFOR подталкивал людей к выселению в превентивных целях ради их безопасности — как это было в Призрене, где их поместили на немецкую военную базу.

В этом отношении была очень негативная роль у косовской полиции, которая на самом деле шла впереди погромщиков. Такие группы насильников организованно привозили автобусами, они целенаправленно сжигали сербские дома. Они точно знали их расположение. Все цели были отмечены заранее, все было отлично известно, а косовская полиция ничего не сделала, чтобы это предотвратить.

У нее была лишь задача эвакуировать сербов и поместить их на базы KFOR, чтобы они могли поджечь наши монастыри, церкви и дома. Так что здесь складывается впечатление определенной координации, но соответствующего расследования не было проведено. Вся ситуация с погромом 2004-го года остается, к сожалению, неизученной, пока не откроются архивы.

Почему же тогда именно так называемой «косовской полиции» поручили охранять ряд сербских церквей и монастырей вместо KFOR?

Перераспределение ответственности — передача косовской полиции, так называемое «открепление» около 40 монастырей и церквей, которые первоначально были под защитой KFOR, — было осуществлено в рамках процесса по сокращению миротворческих сил в связи их собственной оценкой безопасности. Следует сказать, что там, где было проведено «открепление», в сфере безопасности особых ухудшений не было. Однако у нас сложилась особенно острая ситуация вокруг монастыря Высокие Дечаны, где этого «открепления» не произошло.

В этой местности произошли четыре вооруженных нападения албанских экстремистов, скоординированных представителями UÇK. KFOR и международные представители прекрасно знают, как эти атаки были организованы, и кто стоит за ними — поэтому и не было проведено «открепление» в Дечанах. И по сей день Дечаны очень хорошо защищены силами итальянского KFOR, с которым совместно работают представители австрийского, словенского и молдавского контингентов с несколькими контрольными пунктами и регулярными патрулями.

А в целом ситуацию дополнительно усугубляют экстремистские лозунги «Исламского государства»1 (ИГ1, ИГИЛ3; запрещено в РФ) и попытка террористического акта в 2016 году, когда группа из четверых косовских албанцев, боевиков ИГ, была арестована перед монастырем. На следующий же день косовская полиция их отпустила — несмотря на то, что в их автомобиле было найдено оружие, и они были задержаны перед монастырем. Их попросту отпустили, и все дело было полностью замято, а обнаруженные полицией 8 кг взрывчатки даже не попали в полицейские отчеты.

В целом, сообщений в мировых СМИ о нападениях на Высокие Дечаны практически нет — их очень мало, лишь публикация от 2017 года, когда один косовский албанец был арестован и осужден на два с половиной года. Однако его вскоре отпустили на свободу, а весь судебный процесс был попросту фарсом.

Всего было четыре случая вооруженных нападений на монастырь Высокие Дечаны: минометные обстрелы в феврале и июне 2000 года, затем во время мартовского погрома в 2004, затем был обстрел из ручного гранатомета в 2007 году и тот случай, который разбирался в суде. Ни один из них, кроме последнего, не был расследован. Вероятно, их расследовали представители военных разведслужб KFOR, однако публичной информации об этом не существует. Складывается впечатление, что косовская общественность, как и некоторые международные силы, хотят скрыть истину о ситуации в Косово, где правят экстремисты, связанные с организованной преступностью.

Насколько живы еще стремления албанской стороны отобрать часть храмов и монастырей Сербской Православной Церкви под свою юрисдикцию и создать так называемую «Косовскую православную церковь»?

Они живы и даже укрепились в последнее время. Хотя план Ахтисаари гарантирует определенные правовые и конституционные права Сербской Православной Церкви, в действиях косовских лидеров мы видим желание изменить собственную конституцию и отменить законы, защищающие СПЦ от посягательств, да и эти законы не работают должным образом.

За всем этим стоит проект полной албанизации Косово, изгнанию оставшихся сербов и превращению сербских монастырей в музеи. Вероятнее всего, они оказались бы под полным контролем косовских властей. Косово имеет исключительную важность для сербского народа и всего православного мира в целом, потому что это — наш Иерусалим, как недавно в очередной раз заявил наш патриарх.

Без него невозможно представить нашу историю, выживание нашего народа и нашей церкви. На этом и строятся желания тех, кто хочет превратить Косово в этнически чисто албанскую территорию — а среди них, к сожалению, многие албанские лидеры и ведущие политики. Они попросту не могут связать свою идею о том, что Косово «всегда было албанским» с фактом присутствия в Косово и Метохии такого количества следов сербского исторического наследия, наших культурных объектов, наших святынь. Именно поэтому и происходит уничтожение наших церквей, а также останков наших полуразрушенных церквей и их руин.

Эти идеи официально не находят поддержки на Западе, и об этом уже многократно говорилось. Западные страны твердо стоят на принципе соблюдения Плана Ахтисаари. Но его, очевидно, не достаточно. Ведь, как мы видим из заявлений нынешних руководящих косовских политиков, есть тенденция по присоединению Косово к Албании с целью создания своего рода «этнической Албании», где навсегда будут стерты все следы сербского присутствия.

И Сербская Православная Церковь — главная преграда на пути к этому.

1 Организация запрещена на территории РФ.

3 Организация запрещена на территории России.

Вернуться назад
Комментировать
Какой вопрос вы задали бы Владимиру Путину?
Написать