Без Антарктиды Россия не будет великой державой

Без Антарктиды Россия не будет великой державой

20.06.2014 17:34
207

В июне 2014 года президент России Владимир Путин вручил государственные награды участникам проекта по исследованию подледникового озера Восток в Антарктиде. Российские ученые сделали то, что не удавалось никому в мире, и сейчас они в шаге от новых удивительных открытий на шестом континенте. В то же время именно в 2014 году Российская антарктическая экспедиция (РАЭ) не получила должного финансирования из федерального бюджета. Многолетние усилия полярников могут оказаться напрасными, ведь бурение ледников без дальнейших научных исследований полученных данных и материалов – бессмысленно. Подробно о перипетиях покорения озера Восток и сложившейся ситуации корреспонденту Федерального агентства новостей рассказал начальник Российской антарктической экспедиции Валерий Лукин. - Валерий Владимирович, 5 июня Вам и Вашим коллегам президент вручил высокие награды за успехи в исследовании подледникового озера Восток. По степени важности и трудоемкости изучение антарктического озера сравнивают с высадкой на Марс. Правомерны ли такие сравнения? - Да, конечно. Хотя на Марс еще никто не высаживался, но по сложности и оригинальности задач можно сравнить. По сути дела, это шаг в неизведанное. Никто в мире этого не делал, и никто в мире не знал, что такое подледниковое озеро, находящееся под почти четырехкилометровым ледяным панцирем. Это была труднейшая инженерная и технологическая задача - создать оборудование, которого ни у кого нет, и соблюсти все природоохранные требования международного сотрудничества, так как это абсолютно реликтовые воды. - Все начиналось с исследования самого ледника, верно? - Наша страна начала исследовать Антарктику в 1956 году, одним из основных направлений были гляциологические исследования, то есть, исследования ледников. Но оказалось, что бурение ледника – это процесс даже более сложный, чем бурение горных пород. Сухое бурение скважины невозможно глубже, чем на 500 метров, потому что боковые стенки скважины начинают заплывать, и бурить-то вы дальше можете, а поднять буровой инструмент на поверхность уже не сможете, диаметр скважины будет уменьшаться. Нужно было заполнить ствол скважины неким веществом, которое будет проницаемым для буровых инструментов, но в то же самое время по плотности равняться плотности льда, чтобы не было эффекта сжатия. После долгих экспериментов было принято решение заполнять скважины смесью керосина и фреона, таким образом, мы создаем некую физическую модель самого льда, хотя и жидкую. Этой технологией мы бурили, и в 1998 году глубина нашей скважины на станции «Восток» составила 3623 метра. - А вы знали, что там озеро? - Нет, когда начинали в 1960-е годы, никто не знал! И скважин было несколько, были и неудачи. Вот эту пятую скважину начали в 1990 году. И когда мы достигли глубины около 3,5 км, была создана самая длинная в мире реконструкция палеоклиматических изменений (по данным ледяного керна), она составляла 420 тысяч лет. Было получено 4 полных климатических цикла, от полного оледенения до полного потепления, эти данные вошли во все учебники. А дальше этой глубины вдруг пропал климатический сигнал, стало невозможно определить возраст, на тот момент никто не понимал, почему. В 1994 году на Международной Антарктической конференции в Риме Андрей Петрович Капица сделал доклад о возможном существовании на станции «Восток» большого подледникового водоема. Мы начали проводить специализированные сейсмические исследования, построили карту береговой черты озера, карты толщин ледника, водного слоя и донных отложения. Оказалось, что озеро это - 280 км в длину, до 70 км в ширину, площадь водного зеркала – 15,5 тысяч км кв. То есть, можно сравнить с Ладожским или озером Онтарио. Но толщина водного слоя максимальная - 1200 метров из измеренных (на Ладожском озере, например, около 300 метров). Представляете, какой уникальнейший объект! Итак, в 1998 году глубина нашей скважины достигла 3623 метра, и международное сообщество очень обеспокоилось тем, что русские используют очень грязную, как они считали, технологию бурения с использованием керосина и фреона, что мы можем загрязнить воды уникального реликтового озера, поэтому нам было настоятельно рекомендовано остановить бурение до разработки экологически чистой технологии проникновения в озеро Восток. - И что же вы придумали? - А технология была настолько проста, что, чтобы понять ее, достаточно школьного курса физики. Ледник находится в плавучем состоянии, значит, давление воды в озере пропорционально давлению ледника. Мы заполняем скважину смесью, которая по плотности повторяет лед. Если мы искусственно уменьшим давление слоя заливочной жидкости, то есть, просто уменьшим верхний уровень, то вода из озера поднимется в скважину на величину недокомпенсации давления. Более того, керосин - жидкость гидрофобная, он не смешивается с водой. - Что вам сказало на это «международное сообщество»? - Мы представили эту технологию на консультативном совещании по Договору об Антарктике, естественно, это был фурор, с одной стороны, но, с другой, это вызвало жуткую озабоченность. А почему русские? А почему они так легко нашли выход? Все же считали, что у нас самые талантливые специалисты давно уехали на Запад, а тут никого не осталось. Нам сказали, что надо представить всестороннюю оценку влияния на окружающую среду. На следующее совещание в Варшаве в 2002 году мы ее предоставляем, опять же фурор, но создается межсессионная экспертная группа, которая начинает нам писать замечания, ставить вопросы… И была одна такая закавыка, которая нас практически убила наповал. Оказалось, что необходимо проверить эту технологию на каком-нибудь маленьком озере, а его, во-первых, надо еще найти, во-вторых, построить всю инфрастктуру, в-третьих, пробурить еще 4 километра - То есть, еще лет на 20 работы… - А где деньги для этого? Казалось бы, нас загнали в угол. Но, вы знаете, в спорте есть такая хорошая поговорка: «Везет сильнейшим». И нам повезло, скажу честно. Наши коллеги из Дании по той же технологии бурили на севере Гренландии и неожиданно попали в водный слой. Они успели выдернуть буровой снаряд, была недокомпенсация давления, поднявшаяся вода замерзла, они ее разбурили, отослали на экспертизу этот ледяной керн, и оказалось, что загрязнен керосином только верхний десятисантиметровый слой, а дальше лед абсолютно чист. - Датчане таким образом проверили технологию за вас? - И независимо от нас. Это было в 2004 году, в 2005 стали известны результаты экспертизы, и мы в 2006 году на консультативном совещании в Эдинбурге смогли ответить на все вопросы. Деваться им было некуда. В сезоне 2006-2007 годов мы продолжили бурение, но у нас было две очень тяжелых аварии. Наконец, 5 февраля 2012 года мы осуществили проникновение в озеро при толщине ледника 3769,3 метра. - Это был безусловный прорыв, о котором сообщали все мировые СМИ. Как же получилось, что после таких успехов у РАЭ возникли проблемы с финансированием? - Сейчас РАЭ имеет отдельную строку в федеральном бюджете, но мы получаем деньги на операционные расходы, на нашу текущую деятельность. Это зарплата, расходные материалы, топливо, содержание и эксплуатация двух наших судов, аренда авиации… Но здесь нет никакого оборудования, мы не можем на эти деньги купить даже калькулятор! А нужны деньги на научные исследования, на приобретение транспортных средств, научных приборов, строительство электростанций. Поэтому мы заранее написали президенту письмо о том, что мы просим при формировании бюджета на 2014 год учесть необходимость продления целевой программы «Мировой океан», либо создать ее аналог, чтобы мы могли получить деньги на инвестиционные проекты. И было поручение Путина, но при формировании бюджета на 2014 год каким-то загадочным образом эти деньги из проекта бюджета исчезли. Вот сейчас в 2014 году мы вынуждены жить своими запасами. Ладно, экспедиция может год прожить запасами, в 90-е годы мы тоже жили запасами Советской Антарктической Экспедиции, но наука-то встала! Мы всех опередили, ура, мы первые, но теперь мы, безусловно, будем отставать. И на нас будут пальцем показывать, мол, русским, как обычно, главное покричать, а дальше ничего. Вот этим всё может закончиться. И я официально сказал об этом на церемонии награждения 5 июня. - Президент вам что-то ответил? - Конечно, нет. Я не думаю, что он в подобной ситуации будет отвечать на такие замечания. Отвечать будет министр. Но я знаю, что писать сейчас письма президенту о том, что его поручение не выполнено, не имеет смысла. Так уж у нас всё устроено. - Давайте вернемся к озеру Восток. Вы проникли в озеро, взяли образцы льда, того, что образовался из воды озера, проверили его на микроорганизмы. Нашли что-то интересное? - До конца еще не проверили, эта работа вот-вот закончится. Но Сергею Булату (зав. лабораторией криоастробиологии Петербургского института ядерной физики) удалось выделить ДНК совершенно неизвестной бактерии. Она не идентифицирована и не классифицирована, таких в банке данных ДНК нет! - А эта неизвестная бактерия может быть опасна для человека? - Нет, она ведь живет в совершенно других условиях. Когда она попадет в наши условия, она тут же погибнет. Это живой организм, который живет в условиях давления 400 атмосфер. - В озере могут быть и другие неизвестные микроорганизмы. Когда вы уже сможете взять пробы именно озерной воды? - В сезоне 2013-2014 года мы остановились на отметке 3724 метра, то есть, нам осталось 45 метров до воды. И в этом сезоне мы туда войдем. Есть идея в конце этого сезона взять уже не замороженные пробы воды из озера, а дальше приступить к исследованию водной толщи. Для этого разработана специальная технология, будет два зонда, гидрохимический и биохимический, и пробоотборник. Но главное, была решена очень сложная технологическая задача. Напомню, вся скважина заполнена керосином и фреоном. Приборы нужно опустить в реликтовые воды, а перед этим они пройдут через слой керосина и фреона, значит, будут загрязнены. В связи с этим был разработан специальный транспортировочный узел, который по форме и размерам напоминает буровой снаряд. Когда транспортировочный узел достигнет границы лед-вода, оператор по команде откроет крышку. Зонды исследуют давление, минеральный состав, турбулентность воды, через видеокамеры мы получим изображение во всех плоскостях, не то что на 360 градусов, а на все 540. А пробоотборник доставит воду на поверхность для дальнейших анализов. В дальнейшем есть идея усилить наблюдательное средство сонаром для измерения поверхности дна. Тут еще не предусмотрен отбор проб грунта, но эту задачу уже будут решать наши последователи. На наш век хватит и этого. - Получается, что вы в одном шаге от таких важных открытий, но государство оставило вас без финансирования самих исследований? - Хочется надеяться и верить… Я свое выступление на встрече с президентом начал с того, что в последние годы наша страна уверенно возвращает себе статус великой державы, утраченный в 90-е годы. Я не стал расшифровывать суть президенту, но вам я скажу. Статус великой державы – это ситуация, при которой международное сообщество не может принять какого-либо важного решения без учета мнения этой страны. А какие же необходимы атрибуты для того, чтобы государство имело статус великой державы? Это наличие трех эффективных, постоянно действующих государственных программ: ядерной, космической и третьей, пусть это не прозвучит смешно, антарктической. Первые две демонстрируют мощь обороны, высокий уровень технологического и инженерного развития государства. А третья наглядно демонстрирует всему миру, что государство не замыкается в рамках своих региональных форм и ближайших соседей, а его действительно интересует ситуация на всей планете, процессы глобального масштаба. Это моя точка зрения. И я надеюсь, что до кого-то это дойдет, и что-то будет решено. Беседовала Оксана Дроздова

Алексей Громов
Утечка 200 тысяч литров нефти произошла в Канаде
Закрыть