Лента
Карантин, соцсети, безработица: чем закончилась борьба с коронавирусом в Иордании
Федеральное агентство новостей  / 

Telegram-канал «Очень Ближний Восток» рассказывает об уникальном опыте Иордании в борьбе с коронавирусом, неожиданных эффектах карантина и опасных последствиях коронавируса для королевства.

Иордания может казаться отечественному наблюдателю страной второстепенной на Ближнем Востоке — и это большая ошибка, поскольку королевство имеет огромное региональное значение, а его внутренняя стабильность остается важным фактором удержания относительного баланса и безопасности в регионе.

5 мая 2020 года Иордания победила коронавирус — примерно такие заявления звучали в местных СМИ, поскольку на тот момент уже несколько дней не было выявлено новых случаев заражения. Страна ликовала: было объявлено, что с 10 мая королевство полностью возвращается к обычному образу жизни (за исключением границ, которые остаются закрытыми). На тот момент в Иордании было зафиксировано 465 случаев заражения — выздоровели 370 человек, скончалось девять, а на поправку идут 86.

Карантин, соцсети, безработица: чем закончилась борьба с коронавирусом в Иордании
pixabay.com  / 

Но у вируса были свои планы.

Статистика спустя два месяца: 1015 случай заражения, 697 выздоровели, а число умерших по-прежнему составляет девять человек.

Вирусная хронология

Первый случай заражения коронавирусом в Иордании был выявлен 2 марта. 14 марта королевство обрубило сухопутное и морское сообщение, закрыло школы, запретило любые массовые мероприятия, — хотя на тот момент был лишь один выявленный случай заболевания.

Решение было принято в связи с очень быстрым распространением вируса в соседних странах — в первую очередь в Саудовской Аравии. Начиная с 15 марта возвращающихся на родину иорданцев стали отправлять на двухнедельный карантин в отели на побережье Мертвого моря — что стало причиной легкой зависти и шуток в соцсетях. Провести две недели в пятизвездочном отеле на курорте — роскошь, недоступная большинству иорданцев.

17 марта границы были полностью закрыты. В тот же день, несмотря на запрет проведения массовых мероприятий, фармацевт в Ирбиде справил скромную свадьбу с «всего лишь» 400 приглашенными, — в чьи ряды затесался гость с COVID-19. После этого в стране ввели режим строгой изоляции, который перерос в полноценный комендантский час и военное положение — военные и полицейские патрули курсируют по улицам, периодически начинают выть сирены.

Ирбид, второй по величине и значимости город в стране, был полностью закрыт и находился под контролем военных. За нарушение режима было введено наказание — год тюремного заключения.

В первые дни на опустевших дорогах Аммана можно было периодически наблюдать погони в стиле американских боевиков, а в соцсетях гуляли забавные ролики с попытками нарушения карантина. На первых порах, по свидетельствам местных СМИ, было задержано свыше 1000 человек, которых тогда временно разместили в одной из государственных школ. Штрафстоянка с изъятыми автомобилями за время жесткого карантина разрослась за горизонт.

Больных, нуждавшихся в посещении медицинских учреждений, — к примеру, для проведения диализа, — забирали из дома и отвозили обратно военные либо силы гражданской обороны. По изначальному замыслу, еду должны были доставлять армия, полиция и силы гражданской обороны. Однако план в скором времени был отвергнут, так как оказался нежизнеспособным.

В итоге людям разрешили выходить в магазин. Сначала на несколько часов, позже с 10 до 18 часов. Но только пешком. С учетом, что плотность застройки в городах неравномерная, некоторым приходилось идти пешком час-полтора в одну сторону и столько же в другую с тяжелыми сумками. Кто-то вспомнил, что есть велосипеды и пользовался двухколесным транспортом. За шесть недель в Иордании было выявлено свыше 400 случаев заражения.

Жесткие меры сохранялись до 30 апреля, после чего начался процесс поэтапного снятия ограничений, который периодически прерывался на день-два, если обнаруживали новую вспышку заболевания. В частности, начали использовать изоляцию отдельных домов, где был выявлен хотя бы один заболевший. Жителям предписывалось оставаться дома в течение двух недель, а само здание помещалось под охрану полицейских.

Почему всю страну посадили под домашний арест

Население Иордании составляет порядка 10 миллионов человек, из них около четырех миллионов живут в Аммане. При этом 20% от всего населения страны составляют палестинцы, проживающие в лагерях беженцев, — и это не считая более 700 тысяч сирийских беженцев, находящихся сейчас на иорданской территории.

Медицина в Иордании на высоком уровне, однако в общей сложности в королевстве 106 государственных и частных больниц с совокупным фондом лишь в 12 081 койко-мест. В случае бесконтрольного распространения коронавируса, здравоохранение в стране было бы парализовано. И настоящая катастрофа произошла бы в случае попадания вируса в лагеря беженцев. Этот сценарий всячески старались и стараются предотвратить.

Оценка предпринятых властями мер

Эмоциональное восприятие ситуации менялось в зависимости от того, что происходило в мире. Сначала жесткие меры воспринимались, как насаждение диктатуры и лишение свободы, но по мере поступления пугающих сводок со всего мира восприятие происходящего дрейфовало в сторону восторгов по поводу принятых руководством страны мер.

Героями страны стали министр здравоохранения Саад Джабер и министр информации Амджад Адайлех (в прошлом посол Иордании в России), которые каждый день проводили брифинг для СМИ, отчитываясь о проделанной работе и динамике распространения коронавируса.

Особую роль в формировании позитивного восприятия соотечественников и осознания общей ситуации сыграли кадры, на которых цивилизованные европейцы и американцы (негласные кумиры каждого араба) сметают туалетную бумагу и чуть ли не дерутся за нее, а также рассказы в СМИ о том, что в передовой Европе поначалу никто даже не считал смерти в домах для престарелых и не оказывал никакой помощи брошенным старикам.

«И это просвещенный и гуманистический Запад? И эти люди считают себя цивилизованными? — таким вопросом задавался чуть ли не каждый иорданец, глядя в телевизор. — Мы-то цивилизованнее оказались!»

На карантине иорданцы запускали онлайн-концерты своих и других региональных исполнителей в Instagram на специально созданном аккаунте (поучаствовать мог любой желающий, просто подав заявку), устраивали флэшмобы и всячески поддерживали друг друга, как онлайн, так и офлайн.

Фигура короля Абдаллы II ушла на второй план. Совсем исчезла из новостной повестки раздражающая всех королева Рания, которой стало некуда выгуливать свои наряды, — это сыграло положительную роль в восприятии власти в целом.

Стал чаще мелькать кронпринц Хуссейн, который стремился с помощью социальных сетей навести мосты с обществом, особенно с молодежью. Иорданцы рассказали автору, что в мае ситуацию с коронавирусом и политику государства большинство населения (до этого настроенное скорее оппозиционно) оценивало исключительно положительно.

Иорданцы говорили о том, что впервые почувствовали себя единым народом и поверили в способность власти адекватно управлять страной. Карантин, разогнав иорданцев по домам, в результате на какое-то время всех сплотил и укрепил нацию. Об этом в интервью и личных разговорах говорили практически все иорданские собеседники.

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

عن العباطة في خرق القوانين اتحدث ????????

Публикация от أنا أردني ???????? (@jordan.ordoni)

Стоит отметить, что на время введения жестких карантинных мер и закрытия предприятий малого и среднего бизнеса, работодателям было запрещено увольнять сотрудников. Любой человек, которого сократили из-за кризиса, мог подать онлайн-жалобу и работодателя обязывали вернуть сотрудника обратно в штат. Обеспечение 50% зарплат частного сектора в апреле взяло на себя государство, что значительно облегчило жизнь бизнесу. Граждане Иордании очень высоко оценили эту заботу.

Беспрецедентное падение цен на нефть в апреле-мае сыграло на руку королевству: хранилища заполнили до отказа саудовской нефтью по 7 долларов за баррель. «Аттракцион невиданной щедрости» на международных нефтяных рынках высвободил значительные средства, которые были использованы, чтобы поддержать экономику и население.

Откат назад

После начала поэтапного снятия ограничений первыми открылись предприятия малого и среднего бизнеса. Государственный сектор вышел на работу только после окончания Рамадана (23 мая). Тогда же был снят запрет на увольнение.

С 5 июня вновь открылись мечети с соблюдением необходимых мер предосторожности.

Периодически вводимые ограничения выбивают иорданцев из колеи, вызывая определенное недовольство и непонимание, поскольку для борьбы с вирусом «локдауны» на день-два бессмысленны, и только дают повод заподозрить государство в попытках ужесточить контроль и «задушить свободу».

Эти подозрения подкрепил очередной арест известного оппозиционного деятеля, 80-летнего Ахмада Овейди аль-Аббади. Дедушку помещают под стражу регулярно — правда, на относительно недолгий срок (год-два), когда ситуация в стране так или иначе начинает накаляться и закипает котел национального недовольства.

Король Иордании Абдалла II является главной целью оппозиции в стране.
wikipedia.org  / European Parliament / CC BY 2.0

Аль-Аббади начинал карьеру в полиции, откуда уволился в чине полковника в 1987 году. Потом был членом парламента с 1989 по 1993 год, с 1997 по 2001 год, а в 2006 основал оппозиционное «Иорданское национальное движение», партию, которую не признает руководство страны. Движение выступает самым ярым критиком королевской семьи, правящего «режима» и процветающей в них коррупции, агитируя за провозглашение республики (к слову, с королем Хусейном у Аль-Аббади проблем и конфликтов не было). Сейчас в рядах движения свыше 70 тысяч иорданцев.

Особенно достается от Аль-Аббади королеве Рании и ее родственникам, замешанным в самых масштабных коррупционных схемах в стране.

В 2008 году его посадили за открытое письмо в адрес американского сенатора Гарри Рейда. В письме он обвинил в коррупции министра внутренних дел Ида аль-Файеза и других членов правительства (пытался привлечь внимание американцев к «беспределу», чтобы те надавили на короля).

В 2012 году его посадили, обвинив в клевете из-за открытого письма, в котором он буквально «распял» королеву и ее семью.

За что его арестовали на этот раз — пока не ясно.

В целом, сейчас после восторгов по поводу того, как первоклассно справилось руководство королевства с вирусом, пришло жесткое отрезвление и рост недовольства, — тем более что публика частично начала осознавать в какой катастрофической ситуации находится иорданская экономика. Скорее всего — это мера «на опережение», учитывая накаляющуюся ситуацию.

Экономические последствия

О масштабах катастрофы в экономике судить еще достаточно сложно. Подсчеты ведутся по всему миру, и Иордания — не исключение. Уже очевидно, что закрытые границы сильно ударили по туристической отрасли, которая приносит почти пятую часть ВВП страны.

Свежий доклад ООН показывает, что свыше 50% респондентов лишились работы, 9% была урезана зарплата, 9% находятся в неоплачиваемом отпуске, и лишь 10% по-прежнему работают. 58,6% респондентов заявили, что потеряли весь свой доход, — это при том, что у 48,7% респондентов ежемесячных доход был менее 250 динаров (25 000 рублей), что очень мало в условиях катастрофической дороговизны жизни в Иордании.

Иордания остается небогатой страной, и строгие ограничительные меры сильно ударили по ее экономике.
wikipedia.org  / (WT-en) Elgaard / CC BY-SA 4.0

Особенно сильно кризис ударил по молодежи, которая оказалась самой уязвимой из-за отсутствия необходимого опыта работы. В кризис всегда отдается предпочтение более опытным сотрудникам. По всей видимости, к концу года уровень безработицы среди молодежи побьет новые рекорды, создавая благодатную среду для роста экстремизма и антиправительственных настроений.

Доклад ООН едва ли может претендовать на полную объективность, но общая тенденция вполне очевидна, и она очень настораживает, учитывая стратегические позиции Иордании в регионе, и взрывоопасную политику Биньямина Нетаньяху в соседнем Израиле.

Могло быть и лучше

Иордания не смогла воспользоваться историческим моментом консолидации народа и его примирения с руководством страны. Королевство остается племенным обществом, и в сознании иорданцев принадлежность к определенному клану по-прежнему важнее, чем гражданство.

Фактически у властей Иордании не было выхода — в ситуации с коронавирусом они сделали все, чтобы предотвратить большую катастрофу. В целом текущая ситуация и обстановка крайне опасны как для королевства, так и для региона в целом.

Иордания остается важнейшим оплотом стабильности на Ближнем Востоке, и сильно зависит от США в этом отношении.
wikipedia.org  / Sgt. Paris Capers / Public Domain

Государственная и социальная стабильность в Иордании, а также надежность ее границ остаются очень важным фактором поддержания баланса и относительного спокойствия в регионе. Единственная надежда Иордании — США, где прекрасно понимают важность королевства не только для региона, но и в контексте своих геополитических интересов.

В результате Амману приходится уповать на внеочередную финансовую помощь, которая могла бы частично погасить разгорающийся пожар и поправить положение в стране, предотвратив полномасштабный экономический коллапс.

Вернуться назад

Комментировать
Рейтинг@Mail.ru