Выбор региона Поиск
AR
18+
Регионы {{ region.title }}
Закрыть
Лента новостей
Популярное
7 февраля 2019
Процесс над «плохими русскими»: спецпрокурор Мюллер растоптал 14-ю поправку к конституции США
14-я поправка к конституции США сегодня не стоит ни цента, как и уже растоптанная спецпрокурором Мюллером 1-я поправка, регламентирующая свободу слова и высказываний.
Специальный прокурор США Роберт Мюллер, ведущий дело российской компании «Конкорд Менеджмент», потребовал от суда отказа в открытии производства по иску об избирательности правосудия, основанной на национальности ответчика.

Незадолго до этого адвокат российской компании Эрик Дюбелье, ссылаясь на судебный прецедент по компании, лоббирующей украинские интересы в США, призвал открыть отдельный иск «Конкорда» по «дискриминационному правосудию». Дюбелье справедливо утверждает, что казус «Конкорда» превращен американским следствием в «дело против русских». Однако в ответном представлении суду Мюллер вздумал обосновать утверждение о том, будто «русский» и «украинский» случаи — это совершенно разные прецеденты, и поэтому суд над «Конкордом» надо продолжить.

Таким образом, очевидно, что американское обвинение, и спецпрокурор Мюллер в частности, политически ангажированы: они намереваются получить «единственно правильное» судебное решение, в рамках которого решено осудить «вмешательство русских пропагандистов» в президентские выборы в США 2016 года.
Когда деньги решают все
Судебный прецедент по юридической компании Skadden, Arps, Slate, Meagher & Flom LLP, которая представляла интересы политтехнолога Пола Манафорта, — это отнюдь не какое-то «поросшее быльем» решение американского суда из позапрошлого века. Обвинения против Манафорта связаны с отмыванием денег, дачей ложных показаний, незаконным лоббированием интересов Украины в США и работой в качестве незарегистрированного иностранного агента (нарушение акта FARA). В свою очередь, Skadden обвиняется в даче ложных показаний, все в том же незаконном лоббировании интересов Украины в США и работе в качестве незарегистрированного иностранного агента.

Два последних обвинения, в случае Манафорта и Skaden, практически зеркально повторяют обвинения против российской «Конкорд Менеджмент». Ведь политтехнолог и связанная с ним юридическая компания являются ключевыми обвиняемыми в ведущемся Мюллером деле об «иностранном вмешательстве» в президентские выборы в США в 2016 году. По этому делу также проходят давний деловой партнер Манафорта Рик Гейтс и украинский гражданин Константин Килимник — бывший руководитель офиса лоббиста в Киеве. Всех их обвиняют в том, что они работали в сговоре против США, в отмывании более 30 млн долларов «грязных» денег и в даче ложных показаний суду. Однако центральным «стержнем» дела против Манафорта и его подельников является обвинение в несоблюдении законов о раскрытии информации и о лоббировании интересов Украины, выразившемся в работе в качестве незарегистрированного иностранного агента украинской «Партии регионов» и экс-президента Виктора Януковича.
Бывший президент Украины Виктор Янукович
При этом основным «порочащим» Манафорта фактом является нелегальное получение им более 12 млн долларов США наличных платежей от Януковича и возглавляемой им партии в период с 2007 по 2013 годы. Тем не менее, прокурор Мюллер на протяжении своего двухлетнего расследования о вмешательстве в выборы безуспешно пытался привязать эти украинские деньги к предвыборной кампании Дональда Трампа, чей предвыборный штаб Манафорт и возглавлял с апреля по август 2016 года.
Интересно, что Манафорт практически не участвовал в завершающей стадии президентской кампании Трампа: 19 августа 2016 года политтехнолог подал в отставку. Это было связано с двумя обстоятельствами. Во-первых, именно в августе 2016 года в прессу просочились первые упоминания о «грязных» украинских деньгах и лоббировании интересов Украины. Во-вторых, на тот момент Трамп уже не нуждался в услугах Манафорта, так как главным смыслом его работы было успешное проведение съезда Республиканской партии и переговоры с делегатами съезда. В итоге, как мы помним, съезд партии назначил его кандидатом на предстоящие выборы, и работа с партийными делегатами перестала быть приоритетом.

Обвинение против Манафорта явно пробуксовывало в своей «предвыборной» части: политтехнологу было нечего предъявить за тот период публичной деятельности в качестве главы предвыборного штаба Трампа. В силу такого расклада спецпрокурор Мюллер пошел на сделку с подельниками Манафорта, упомянутой компанией Skadden, Arps, Slate, Meagher & Flom LLP. По этой сделке Skaden выплачивает 4,6 млн долларов в рамках соглашения со следствием в обмен на смягчение обвинений о лоббировании интересов Украины и в работе в качестве незарегистрированного иностранного агента. Сумма в 4,6 млн долларов выбрана неслучайно: по утверждению следствия, именно такую сумму Skadden получила от Януковича и «Партии регионов» на лоббирование вопроса о «правильном» понимания американским истеблишментом судебного дела против бывшего премьер-министра Украины Юлии Тимошенко.

Важно подчеркнуть, что такого рода сделки со следствием часто используются в качестве крайней меры самими американскими следователями и прокурорами, когда ведущееся ими расследование заходит в тупик. Именно такая ситуация сложилась и в деле Skadden: Мюллер сумел доказать незаконное лоббирование интересов Украины этой компанией в 2012 и 2013 годах, однако ни на йоту не смог сдвинуться в обосновании других обвинений.
При этом «сделка со следствием» отнюдь не означает автоматического признания вины, хотя это негласно подразумевается — в рамках практически любой сделки предъявленные ранее обвинения или полностью снимаются, или в значительной мере смягчаются.
Мюллер: «Это два разных случая!»
Неудивительно, что прецедент со Skadden, Arps, Slate, Meagher & Flom LLP был положен в основу ходатайства адвокатов «Конкорд Менеджмент», требующих начала отдельного расследования по факту дискриминационного правосудия против российской компании. Дело в том, что «русский» и «украинский» следы в деле «нашего президента Трампа» практически идентичны: в обоих случаях спецпрокурор Мюллер пытался найти хоть какие-то зацепки, чтобы обвинить команду нынешнего президента США и его лично в противозаконных связях с иностранными государствами и их представителями.

При этом Мюллера не смутило даже то, что партнеры и сотрудники Skadden чаще всего жертвуют деньги на избирательные кампании кандидатов Демократической партии, а на протяжении последних 15 лет эта юридическая фирма последовательно поддерживала избирательные кампании кандидатов в президенты от демократов — Джона Керри, Барака Обамы и Хиллари Клинтон. Как говорится, на войне все средства хороши, бей своих, чтобы чужие боялись.

Судя по всему, ровно такого же «прилежного поведения» ждет Мюллер и от российского «Конкорда», не понимая, почему эти упертые русские не идут на почетную сделку со следствием. Ведь именно эти слова Мюллер поставил в мотивационную часть своего письма, заявив, что прецедент со Skadden не может быть использован для дела «Конкорда» в силу того, что последний не сотрудничает со следствием, а наоборот — активно защищается и не признает даже части своей вины.
Хиллари Клинтон и Барак Обама
Что же пытается «отбить» Мюллер своим требованием к суду?

В американской юриспруденции апелляция к избирательному судебному преследованию или дискриминационному правосудию является процессуальной защитой: в ее рамках обвиняемый утверждает, что он не должен привлекаться к уголовной ответственности за нарушение закона, поскольку система уголовного правосудия дискриминирует его. Обычно это связано с судебным преследованием, ведущимся с учетом возраста, расы, национальности, религии или пола подсудимого. Также это подразумевает случаи, когда другие обвиняемые были вовлечены в те же незаконные действия, в отношении которых обвиняется подсудимый, но не были привлечены к ответственности, в то время как против обвиняемого возбуждено отдельное уголовное дело из-за предвзятости следствия.

Как нетрудно заметить, главный упор апелляции адвокатов «Конкорд Менеджмент» делается именно в этой плоскости: обвинения против Skadden и «Конкорд» практически идентичны. «Национальный» же вопрос лишь придает этому представлению дополнительную «перчинку» — судебное преследование еще и ангажировано против «плохих русских».
А как же конституция?
Отметим и то, что в требовании признания избирательного судебного преследования подсудимый апеллирует к тому, что факт преследования по суду основан на запрещенных причинах и мотивирован вне вменяемого следствием состава преступления. По сути, это прямая отсылка к 14-й поправке к конституции США.
«Ни один штат не должен издавать или применять законы, которые ограничивают привилегии и льготы граждан Соединенных Штатов; равно как ни один штат не может лишить какое-либо лицо жизни, свободы или собственности без надлежащей правовой процедуры либо отказать какому-либо лицу в пределах своей юрисдикции в равной защите закона»
Гласит 14-я поправка.
Впрочем, даже в этой поправке имеется двоякий смысл: у граждан США есть неотчуждаемые «привилегии и льготы», в то время как другие «лица», читай «не граждане США», всего лишь не могут быть лишены жизни, свободы и собственности без надлежащей правовой процедуры.

В силу такого национального права защита с апелляцией к избирательному правосудию в США редко бывает успешной: за весь ХХ век были зарегистрированы лишь несколько случаев такого рода судебных решений, в основном в связи с расовыми вопросами.

Тем не менее прецедент «Конкорда» вполне может еще раз наглядно показать всему миру — 14-я поправка к конституции США сегодня не стоит ни цента, как и уже растоптанная спецпрокурором Мюллером 1-я поправка, регламентирующая свободу слова и высказываний.
Дмитрий Аграновский
Юрист
В этом деле американское следствие проявляет двойные стандарты и политическую ангажированность. По большому счету, Мюллера абсолютно не интересует, вмешивались ли русские в выборы или не вмешивались: вся его деятельность — это лишь способ внутриамериканской борьбы вокруг кресла президента США. Такая «внутривидовая конкуренция» обычно самая жестокая, поэтому в Вашингтоне сейчас начисто забыли о законе, морали и стандартах правосудия.

Американскому следствию необходимо иметь на руках «доказанный» в суде факт, что русские якобы вмешивались в выборы Трампа, поэтому они будут стеснять все права российской стороны и не допускать какой-то утечки информации. С точки зрения политической борьбы, ничего удивительного тут нет, хотя никаким правосудием тут и не пахнет.

Юридически противостоять этой несправедливости в отношении российской компании очень сложно, политически же каким-то образом возможно. Надо лишь помнить, что закон здесь вообще не имеет значения, поскольку обвинение носит открыто избирательный характер.

В целом же, мне вспоминаются слова, которые Шерлоку Холмсу сказал его брат Майкрофт: «Вы будете иметь дело не с обычными преступниками, а с политиками, поэтому не верьте ничему, ни единому слову».
Антон Морозов
Член комитета Государственной думы РФ по международным делам
Я всегда выступал за то, чтобы российские компании более активно отстаивали свои права в судах США. Американское право прецедентно, поэтому чем активнее наши компании будут заниматься защитой своих прав и интересов, тем чаще они будут выигрывать судебные дела. То же самое касается и компании «Конкорд», которая в этом смысле как раз и проявляет правильную активность.

Тот факт, что ей сейчас отказали в ознакомлении с материалами дела по вздорному поводу, может быть исправлен, если быть более настойчивым. Конечно, американское правосудие открыто применяет двойные стандарты в подходе к России и ее гражданам. И все же я считаю, что эту нездоровую тенденцию можно переломить, если наши компании будут активнее действовать в правовом поле США.
Михаил Большаков

Использованы иллюстрации с сайтов: Global Look Press, twitter.com/@cjcmichel
fbi.gov, twitter.com - @hillaryclinton, pexels.com, pixabay.com, facebook.com и открытых источников.