Штирлиц останется дома: хранители гостайны готовы стать невыездными

Штирлиц останется дома: хранители гостайны готовы стать невыездными

08.10.2014 16:19
1445

Вслед за силовиками ограничения на выезд за границу ждут чиновников и депутатов Госслужащим закроют выезд за границу. Ограничения коснутся тех, кто имеет допуск к секретным сведениям. Руководство страны обсуждает ужесточение законодательства, целью которого должно стать ограничение на выезд госслужащих, силовиков и депутатов, сообщает РБК. В Госдуме готовится соответствующий документ. Вопрос прорабатывается и в Совете безопасности. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков рассказал агентству, что пока расширение перечня людей, выезд для которых ограничен, не обсуждается. «Речь идет о том, чтобы в обязательном порядке забирать заграничные паспорта у чиновников, имеющих определенный допуск к гостайне, и выдавать их только на время выезда с разрешения руководства», — рассказал источник в правительстве. По нынешнему законодательству, существует три степени допуска: к совершенно секретным данным, секретным и особо важным. Сейчас можно ограничивать выезд и отбирать паспорта у тех, кто обладает совершенно секретными и секретными сведениями. С апреля многим силовикам стали запрещать ездить в западные страны, отбирая загранпаспорта, но в последнее время запреты ослабили. В центральном аппарате ФСКН достаточно написать рапорт и получить разрешение. В то же время в некоторых регионах не выпускают никого из своих сотрудников. В следственных комитетах второй допуск имеют руководители подразделений и один из следователей, которому получают засекреченные дела, рассказал источник, близкий к ведомству. «За границу лица со вторым допуском всегда выезжали только по разрешению руководства, но если раньше на поездки в Турцию и Таиланд закрывали глаза, то сейчас все стало намного строже», — рассказал он.

То всё можно, то всё нельзя

Корреспонденту Федерального агентства новостей удалось поговорить с госслужащими о грядущем запрете, и мнения оказались прогнозируемо разными. Например, источник в Смольном не очень рад такой перспективе: «У нас и раньше было ограничение, но на усмотрение руководителей. Все зависит от формы допуска к секретным сведениям, который есть у человека. Конечно, запретить и силовикам, и гражданским госслужащим массово выезжать за границу – это уже перебор. Такими методами не регулируются эти вопросы. Есть же масса способов ограничить возможность человека разглашать ту или иную информацию. Ну, давайте тогда вообще никого не выпускать и не говорить ни с кем. Мне кажется, это чрезмерно». На вопрос, не отразятся ли такие меры на престиже госслужбы, чиновник со вздохом ответил: «Кому это понравится? Я редко ездил за границу, но есть же люди, которые привыкли там бывать и у которых есть к этому интерес и желание путешествовать. У нас такая маятниковая психология: то все можно, то все нельзя. Ощущение опускающегося железного занавеса, есть, конечно. На привлекательности госслужбы, безусловно, такие ограничения отразятся. Но за годы службы я убедился и в том, что часто решения неправильно ретранслируется, не в нашу пользу. В министерстве, допустим, говорят: обратите внимание на выезд госслужащих за границу. В каждом конкретном случае нужно проверять, беседовать с человеком. Это транслируется вниз, и уже на уровне регионов зависит от начальников. Кто-то именно так подходит, как советует высшая инстанция, а кто-то считает: «А чего я буду разбираться? Зачем мне эта головная боль? Никто не поедет, и всё». Очень часто все это неправильно интерпретируется. Дело и в этом тоже, я убеждён».

Мы люди военные

Руководитель пресс-службы управления Федеральной службы исполнения наказаний по Санкт-Петербургу и Ленинградской области Александр Зубов на все вопросы ответил по-военному четко: «У нас ограничения - только для сотрудников, имеющих доступ к совершенно секретным сведениям особой важности. Поэтому это очень ограниченный перечень сотрудников. И даже это не запрет, а ограничения рекомендательного характера в зависимости от степени осведомлённости человека. В любом случае, когда сотрудник ФСИН выезжает за пределы России, он должен спросить разрешения своего руководителя в письменном виде – эта система действует во всех правоохранительных органах. Запрета на выезд у нас нет – это неправильная трактовка. Это слухи. Но мы люди военные, поэтому - поступят нам определённые указания – мы будем их исполнять". "Я не думаю, что престиж службы пострадает от запретов или ограничений. Каких-то проблем я не вижу в этом. У нас огромное количество прекрасных мест на территории Российской Федерации, где можно путешествовать», - считает Александр Зубов.

Да не было никакого железного занавеса!

Есть ли доступ к гостайне у начальника управления ветеринарии Санкт-Петербурга? Юрий Андреев ответил однозначно: «Да. А в чем проблема? Что, кого-то не выпускают? Кто-то жалуется? У кого-то есть недовольство? Тогда он вполне может расстаться с госслужбой и стать простым человеком, у которого таких проблем не будет. У нас же абсолютная свобода выбора: если выбираешь работу с некими ограничениями вообще, – то ты на это соглашаешься заранее, и ни на что не жалуешься. В чем здесь проблема? Я не вижу проблемы». По поводу престижа госслужбы у Юрия Андреева тоже есть своё мнение: «У нас и так очень жесткий отбор. Я не думаю, что привлекательность госслужбы зависит от этого вообще. Привлекательность профессии токаря сегодня высокая, токарь-карусельщик еще больше ценится. Мы же с вами жили в советское время, когда выехать за границу было практически нереально, невозможно – что, от этого мы стали хуже? Или у нас кругозор как-то сузился? Мы что-то потеряли от этого? Вспомните, пожалуйста. Всё было просто и гораздо приятнее для восприятия. В чем проблема-то? Я вообще не понимаю, почему возник этот вопрос». «То есть железный занавес возвращается?» - на этот вопрос корреспондента ФАН начальник управления ветеринарии Санкт-Петербурга ответил буквально следующее: «Да не было никакого железного занавеса, господи, кто вам такое сказал? Кто вам эти сказки рассказал? Железный занавес был с той стороны, а не с этой. У нас было прекрасное государство, все жили дружно, в Азербайджан, Узбекистан, Таджикистан, в Украину даже ездили без каких-то ограничений. Неужели сегодняшняя ситуация вас больше привлекает, чем предыдущая? Вспомните, пожалуйста! Это ж совсем недавно было. И проанализируйте».

Контролировать надо работу и расходы, а не путешествия

Депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга многих созывов Алексей Ковалев не имеет доступа к гостайне: "И никогда не имел. Поэтому я надеюсь, что эти вопросы меня не должны коснуться. Я считаю, что гражданин имеет право выезжать за рубеж в установленном порядке. Но те люди, которые имеют доступ к гостайне и облачены определенными властными полномочиями, конечно, должны быть готовы к ограничениям. Однако мне кажется, что выезд за границу в отношении соблюдения гостайны - это не слишком эффективно. Существует уголовная ответственность за передачу секретов, а передача секретов сейчас может произойти как угодно, и не надо для этого ездить за границу. Это же не Штирлиц записку будет передавать. Поэтому я не вижу тут логической связи. Я считаю, что в рабочее время чиновник должен заниматься работой: если заграницу едет по рабочим поручениям - это одно, а если он в рабочее время поехал отдыхать - это другое. Некоторых депутатов Госдумы вообще не найти. У нас тоже Салаев был от «Единой России», который жил в Испании, два года не появлялся в Законодательном собрании, в конце концов еле-еле его уговорили уйти – что это за безобразие? А если чиновник или депутат в Сочи уехал и там сидит, ничего не делает? Неважно, едешь ты за границу, не за границу, - нужно работать. У нас ненормированный рабочий день, я могу работать в субботу, в воскресенье, ночью – принимать избирателей, писать законопроекты, анализировать документы, составлять справки – я все время этим занимаюсь. Если я этого не делаю, да еще нахожусь неизвестно где – так это безобразие, надо наказывать". "Престиж госслужбы от запрета на выезд не упадет, и чиновник должен быть готов к ограничениям, которые накладывает на него госслужба, но ограничения по такому признаку не совсем, мягко говоря, логичны. Надо вводить ограничения, связанные с работой. Если человек не работает, значит, наказывать. Второй вопрос – незаконное обогащение. Мне наплевать, где он обогащается, главное, что он незаконно обогащается. Значит, надо контроль за расходами вводить – вот это, я понимаю, ограничение. Оно кое-кого ударит. А по поводу выездов за границу – это видимость ограничений, ни к чему реальному это не приведёт» - считает Алексей Ковалёв. Ирина Смирнова

Алексей Громов
Утечка 200 тысяч литров нефти произошла в Канаде
Закрыть