Лента новостей Выбор региона Поиск
18+
Регионы {{ region.title }}
Закрыть
Лента новостей
Популярное

Киев запомнит характер Донбасса: мэр Шахтерска рассказал, как его город стал «могилой украинских колонн»

0 Оставить комментарий

Киев запомнит характер Донбасса: мэр Шахтерска рассказал, как его город стал «могилой украинских колонн»

Четыре года назад разгромом украинских войск завершились бои за Шахтерск. Этот момент стал переломным в донбасской войне. После оставления Славянска ВСУ продвигались к Донецку и Луганску, сжимая кольцо, занимая города и тесня ополченцев. Враг был остановлен в Шахтерске, его колонны сожжены. Последовал разгром в Иловайском котле. 

О том, как шахтеры поднялись на борьбу, о героических событиях обороны города Федеральному агентству новостей рассказал участник боев, командир подразделения ВС ДНР с позывным «Депутат», а ныне глава администрации города Шахтерск Алексей Швыдкий

Достучаться до Киева? Бесполезно… 

— Алексей Владимирович, как для вас началась Русская весна? 

На улицах Шахтерска

— Для меня вся эта история началась в 2013 году. Мы были не согласны с Майданом, с тем, что происходит в Киеве. Мы все рождены в огромном Русском мире. И очень хотелось, чтобы самую промышленную часть на тот момент Украины — Донбасс — хотя бы услышали, чтобы приняли во внимание не только голоса радикалов, но и наши голоса. Уже тогда в Киеве в полную силу буйствовал «Правый сектор»1 (террористическая организация, запрещенная в РФ. — Прим. ФАН), появились другие батальоны националистов. 

— Вы кем тогда были?

— На тот момент я работал на шахте «Шахтерская-Глубокая» звеньевым на нише. Это градообразующее предприятие нашего города. В коллективе было много разных дискуссий на тему Майдана. Возникло предложение поехать в Киев и высказать свое мнение, чтобы выслушали Донбасс. Людей было много. Только с нашего предприятия отправили три автобуса. Я был старшим одного из автобусов. 

— Всех, кто протестовал против Майдана, привозили в Мариинский парк Киева. Там, у Рады, был организован Антимайдан… 

— Да, так мы попали в Мариинский парк. На тот момент там было уже более 10 тысяч человек, много представителей из Харькова и Донбасса. Большинство — люди, занятые в промышленной отрасли. Сказался жесткий шахтерский характер. Это более прямые люди — такова специфика профессии. На самом деле, не думал тогда, что у нас, в европейской части мира, начнется война. Мы просто хотели достучаться до Киева… Не достучались… 

Алексей Швыдкий на открытии памятника погибшим защитникам и жителям Шахтерска

Люди второго сорта? Спросите у шахтеров 

— Еще когда мы, уставшие после смены, выезжали из шахты в Киев, меня молнией поразила фраза, услышанная в одной из дискуссий на украинском ТВ: в Донбассе-де живут люди второго сорта. 

— Вам довелось участвовать в столкновениях с майдановцами? 

— Столкновения с активистами Майдана в Киеве были неоднократно. У них все было поставлено на уровне — служба безопасности, которая всячески нас провоцировала, штурмовики. [Олег] Тягнибок (украинский политический деятель националистического движения. — Прим. ФАН) привел с собой к Мариинскому парку около тридцати человек. Это была прямая провокация. Он кричал: «Нас здесь тысячи! Нас никто не победит!» Переходили на прямые оскорбления, нас закидывали арматурой. 

Мы держали оборону, на провокации не поддавались. В той части парка, где мы находились, было около трех тысяч человек. Уже пошли прямые стычки. На нас точечно нападали хорошо экипированные группы людей спортивного телосложения. Безопасность активистов Мариинского парка пытался обеспечить штаб в Доме офицеров. Передвигаться по улицам нам было опасно — в Киеве отлавливали людей с донецкой и харьковской пропиской. Чтобы выйти в город из лагеря, приходилось оставлять свои паспорта. 

— Что происходило на майдане Незалежности?

— А там кипела жизнь. Приезжали целыми семьями из разных уголков Украины, потому что за каждого присутствующего там платили по 200 гривен в сутки. Им было плевать на наши шахты, на производство. Тусовку на главном майдане они считали работой и зарабатывали таким образом… 

Всего в Киев мы ездили четыре раза. Первый автобус выпросили у директора шахты, вторая колонна была организована при поддержке местных предпринимателей. Находились в Киеве вахтовым методом по три-четыре дня. 

Тогда я понял — война неизбежна 

— Что испытали, когда началась охота на автобусы Антимайдана, следовавшие из Киева? Первыми напали на крымчан. Были убитые и раненые… 

— Мы встречались с представителями Крыма буквально перед тем, как случилось нападение на их колонну. Крым всегда занимал особую позицию, Севастополь всегда считался русским городом, поэтому там люди были убеждены, что такие радикальные подразделения, как «Правый сектор», не попадут на их родную землю. 

Под Харьковом напали и на наш автобус. Кидали камни, били стекла, ломами крушили железо. Тогда я услышал автоматные очереди — по автобусу стреляли вооруженные лица в гражданском. Людей выводили из автобуса и били. Видел раненых с огнестрельными ранениями. Мне разбили голову, ребятам сильно досталось. Тогда я понял — война неизбежна. 

Уже в Шахтерске мы поняли, что назад дороги нет, свою позицию будем отстаивать до конца. Есть убеждения, есть Родина, которую нужно защищать, — семья, дети, друзья… Когда на нас напали в автобусе, пытались сломать дух, а получилось кардинально наоборот — все поняли, что это фашизм, этот контингент нельзя пускать в Донбасс. Люди с фашистской символикой вели себя как подонки, нападали на всех без разбора, а у нас в автобусе присутствовали девушки… 

Дом в Шахтерске

От обороны ОГА до референдума в ДНР 

— В Донецке сопротивление выразилось в обороне от радикалов Майдана здания областной администрации. Вы принимали участие в этих событиях? 

— Когда вернулись из Киева, стали думать, как защищать родной край. Тогда мы собрались — не было организации как таковой, а были только убеждения — и поехали в ОГА, пытались достучаться до руководства Донецка и области. Но там нас не слышали, пришлось занять Донецкую областную администрацию. Были организованы митинги. 

Слава богу, здесь мы оказались ближе друг к другу, ведь промышленники и шахтеры разговаривают на одном языке. Сказался донецкий характер, он приемлем нашим людям, это то, с чем они живут. Так что на первых этапах было легче. Когда держали оборону ОГА, предотвратили несколько попыток ее захвата и поджога со стороны футбольных ультрас. 

Предприятия Шахтерска помогали защитникам ОГА продуктами питания. Пошла организация депутатского корпуса. У нас сформировался крепкий коллектив, многие из ребят были в Киеве, защищали Донецкую ОГА… 

…Все это время у меня из головы не выходили лозунги о том, что в Донбассе люди второго сорта. Это мой ребенок — человек второго сорта?.. 

Непокоренный Донбасс

Шахтерск почти поголовно выбрал свободу

— Май 2014 года — референдум в Донбассе. В Киеве до сих пор кричат о подделке и самого голосования, и бюллетеней. А что было на самом деле? 

— Сказать, что была большая явка, значит не сказать ничего. Явка ошеломила. Мы были удивлены, ошарашены. Я занимался организацией референдума в Шахтерске. В городе явка составила 98 процентов. Из тех, кто явился на избирательные участки, более 93 процентов проголосовали за Донецкую народную республику, за предоставление особого статуса Донбассу. Люди четко понимали, что происходит в Киеве, и однозначно хотели оттолкнуть весь этот негатив от Донбасса. 

На референдум мы потратили много времени и сил. Были нападения на избирательные участки и сотрудников избирательных комиссий. В соседнем Торезе тогда орудовали боевики т. н. батальона «Шахтерск» (потом «Торнадо»). Одного депутата там выкрали, перевезли на машине в Киеве, показали на Майдане, на другого было совершено нападение. В Шахтерске во время референдума были усилены меры безопасности. Мы передвигались под охраной группами по несколько человек, ночевали в штабах. Организационная работа и составление списков велись круглосуточно. 

На улицах Шахтерска

На помощь окруженному Славянску 

— Вы приняли участие в обороне Славянска. Расскажите, как это было…

— После референдума приняли решение ехать в Славянск. К нам присоединились добровольцы. Местный предприниматель выделил два автобуса, на которых наше подразделение прибыло в Славянск. Там из нас сделали отдельную роту, дали вверенные объекты для обороны. 

В Славянске поразило то, что тяжелая артиллерия ВСУ била по жилым кварталам. Когда 120-мм минометы напрямую обстреливают город, в котором живет население, — для меня это было дико. Уже тогда было много убитых, в Славянске убирали трупы на улицах. Велись активные боевые действия. 

Наш первый командир Седой собрал всех нас в зале и сказал: «Видите, что происходит? У вас есть время до утра. Автобусы ваши не уехали. Если примете для себя решение, то утром уезжайте. Если останетесь, дорога у нас только одна — защищать Родину. Другой дороги не будет». От нас тогда уехал один пожилой человек, в годах, который прошел Афганистан, но здесь не выдержал морального напряжения.

Далее — бои под Славянском. Нам помогали наши предприятия, передавали форму, берцы. Всего этого не хватало, ополченцы воевали даже в кроссовках и шлепанцах, без амуниции, элементарных средств защиты. Люди получали ранения не только от снайперов и артиллерии, но и оттого, что при передвижении просто резали себе ноги. Я объяснил Стрелкову, что есть возможность обеспечить бойцов амуницией. Мне выписали пропуск. Когда проезжали Ямполь, выяснили, что бойцам нужны в первую очередь обувь и медикаменты. 

…На градообразующем предприятии Шахтерска берцев не было, но была шахтная обувь. Глава шахты Малеев открыл склады и сказал: «Пересчитывайте и забирайте». Также получили 80 комплектов формы хаки. Предприниматели Шахтерска помогли медпрепаратами. Через два дня мы все доставили в Славянск. По городу постоянно били ВСУ. 

Памятник жертвам Чернобыля в Шахтерске

Ралли под огнем танковых орудий 

— С конца мая 2014 года в Славянск вела одна трасса, ее называли «дорогой жизни». Противник бил как по колоннам подвоза, так и по одиночным машинам… 

— Один участок дороги простреливался танками. Закрепиться на голом пространстве там противнику было тяжело, но они организовали огневое окружение. Перед нами один из автобусов был расстрелян прямой наводкой. Его снесло с дороги. В 400 метрах был закопан украинский танк, который исправно бил по дороге. Поэтому ехали со скоростью свыше 80 километров в час. Так появлялся шанс — танкисты не успевали навести орудие. 

Второй раз доставили в Славянск топливо. На одной из заправок помогли с бензовозом, но с условием, что поедет только их водитель. Запомнил этого человека. В 63 года показал себя настоящим Шумахером, показывал дули в окно, когда на бензовозе пролетал мимо постов и позиций ВСУ. Загнали ГСМ в Славянск достаточно успешно, даже не попали под обстрел. Это была Помощь с большой буквы, потому что с топливом в окруженном городе были проблемы. 

Второй рейс с ГСМ противник уже ждал. Мы попали под сильный обстрел. Одна из машин была изрешечена, появились раненые. Тогда мы остались в Славянске, держали оборону, пошло обострение. У захваченных в плен и убитых солдат ВСУ находили свертки с наркотическими препаратами. Что это за препараты, нам объяснили медики. Под воздействием этих «лекарств» человек мог передвигаться с простреленными ногами, с тяжелыми ранениями. 

Третий рейс с топливом в Славянск совпал с попыткой массированного штурма города. Когда мы только разгрузились, пошел прорыв и часть подразделений в Славянске начали выводить. 

Шахтерск

Шахтерск готовится к боям 

— Алексей, с чего началась оборона Шахтерска? Вопрос не праздный, ведь по сравнению с Донецком и Горловкой здесь не было ни техники, ни людей… 

— Костяк составили бойцы, имевшие опыт Славянска. Вернувшись в Шахтерск, мы усилили блокпосты, попытались создать военную комендатуру, организовали людей в военной форме, включая казаков. В первую очередь прикрыли торговлю спиртным. Надо понимать, что оружие и алкоголь — вещи кардинально несовместимые. 

Александр Сергеевич Немогай (герой ДНР, генерал-майор, командир артиллерийской бригады «Кальмиус» ВС ДНР. — Прим. ФАН) пригласил меня в «Кальмиус» (тогда батальон. — Прим. ФАН) и предложил возглавить отдельную шахтерскую роту. Была организована тактическая подготовка бойцов. Тяжелого вооружения не было. В броневики мы превращали УАЗы, пересыпая стенки песком и обшивая бока транспортерной лентой. На броневик устанавливали пулеметную точку. Такой УАЗ медленно передвигался, движок перегревался, но пулемет его не пробивал. 

На столе у Алексея Швыдкого

Тела из Boeing залетали в дома 

— 17 июля недалеко от Шахтерска упал Boeing-777 «Малайзийских авиалиний». Что запомнилось вам в той страшной трагедии? 

— Вся картина у меня до сих пор перед глазами. Нас подняли по тревоге. Мы обеспечивали безопасность, выставляли оцепление в районах, где шел поиск и сбор фрагментов тел погибших и обломков самолета. Они были разбросаны на достаточно большой площади длиной в десять с лишним километров и шириной в километр. 

Было и такое: человек заходит к себе в дом, а у него пробита крыша, а на диване лежит труп из сбитого Boeing. Ужасное зрелище! Тяжело, конечно, было. Со своей стороны мы сделали все, что могли: наладили четкую координацию с МЧС республики, обеспечили их специалистам поддержку и защиту, помогали в сборе тел и обломков. 

Меня поразило вот что: в кратчайшие сроки после произошедшего территория, куда упала кабина с пилотом, где было больше всего останков, — это местность за поселком, — очень точечно и массированно обстреливалась украинской артиллерией. Было явное ощущение, что таким образом уничтожались улики катастрофы. Эта площадка земли планомерно и расчетливо перемалывалась артиллерией и «Градами» ВСУ. 

Крест в память погибших пассажиров Boeing-777

Как сожгли первую колонну ВСУ в Шахтерске

— Как удалось остановить врага 27 июля 2014 года, когда ВСУ предприняли попытку штурма Шахтерска, бросив бронетехнику против ополчения на улицах города? 

— В тот день техника ВСУ зашла на территорию района и города. На наших глазах колонна разделилась по дороге. Потом мы узнали, что противник заблудился и вошел с другой стороны. Так что первую колонну командиры ВСУ сами вывели в западню — «коробочки» вышли на пригорок и оказались отличной мишенью. 

Первый бой приняли подразделения «Кальмиуса» и «Оплота». Колонну закрыли с трех сторон: «Оплот» работал с террикона, мы — у подножья, подразделение из Снежного, прибывшее на поддержку, закрывало направление со стороны Тореза. 

На перевале мы не потеряли ни одного человека, практически уничтожив колонну в течение первых двух с половиной часов боя — сразу спалили один танк, две БМП в шахматном порядке. Имели представление, как останавливать технику для того, чтобы создать заторы. 

Но никто из нас и представить не мог, что зайдет такая масса техники. Ожидали 30-40 единиц, а зашло порядка 300 единиц — почти в 10 раз больше от ожидаемого. 

720 км до Киева

Через шесть часов боя начался ад 

— Как дальше развивались события? 

— Мы сдерживали противника, а через шесть часов начался ад. У нас заканчивался трофейный б/к, были проблемы с подвозом боеприпасов. Пока колонна горела на перевале, наше подразделение выдвинулось в поселок в районе 20-го блокпоста. Там уже стояло огромное количество техники ВСУ. Шел ожесточенный бой. На блокпосту были большие потери, танки расстреливали машины, которые подъезжали к блокпосту. Небо было черное, прилетали «кассеты», взрывались над головой, и окопы не спасали. Пехота противника пыталась пройти через посадку, нарвалась на мины. Постоянно шли разрывы. На тот момент мы уже не могли сдерживать подразделения ВСУ. Вовремя помог с б/к комендант Снежного, появились тандемные заряды для РПГ. 

Мы продолжали бой. Под станцией Постниково наше подразделение оказалось в кольце. Там потеряли еще одного человека — плотно работали снайперы. Мы стояли на грани. Противник попытался прорваться к городу. Одно из подразделений ВСУ попало в засаду и было уничтожено прямо у 16-этажки. 

Дом в Шахтерске

— На помощь пришел «Оплот». 

— На тот момент у меня было два тяжелораненых, воды не было, пили из любых источников. Мысли были такие, что про нас все забыли. Назад мы уже отходить не могли. Шел массированный обстрел. И тогда на помощь пришел «Оплот». Вынесли раненых. Подразделение было сильно истощено, сутки боевых действий непросто дались. 

На третьи сутки в штабе обороны Шахтерска было налажено взаимодействие между подразделениями, отмечены на картах зоны их действий, участки обороны, командирам раздали радиостанции. 

Во время боев в городе работали небольшими группами — выдвигались клиньями, при соприкосновении с противником отходили назад, а когда на нас выдвигалась техника, мы брали ее в кольцо, захватывали или уничтожали. Захваченная техника была сильно повреждена, поэтому не всю получалось возвращать в строй и разворачивать против врага. 

Тогда ВСУ обстреливали город. Пропали газ, свет, вода. Поступил приказ вывозить оставшихся жителей в обязательном порядке, потому что шел обстрел зажигательными боеприпасами. Город сиял. ВСУ прямой наводкой расстреляли автозаправочные станции, «Шахтерскгоргаз», хлебозавод. 

Шахтеры Донбасса

Как спасали шахту «Шахтерская-Глубокая» 

— Благодаря кому и чему удалось спасти главную шахту города? 

— Судьба градообразующего предприятия, на котором я работал, беспокоила больше всего. Если шахту затопит, то дальнейшую жизнь города представить очень сложно. Я был на связи с Игорем Ивановичем Орловым, моим бывшим начальником. Это человек, который сутками сидел на отливах, пытался спасти шахту, запускал оборудование. Потому что шахтное оборудование дорогостоящее и после затопления его очень тяжело восстанавливать. Когда не было электричества, перебрасывали напряжение с других линий, пытались хоть как-то поддержать шахту.

После обстрелов загорелось объединение, его тушили в четыре захода. Один сотрудник МЧС был ранен осколком, еще один погиб. Мы охраняли пожарных, чтобы они не попали под огонь ВСУ на улицах города. 

Сожженный танк ВСУ

Танковые прорывы — старые грабли для ВСУ 

— Есть мнение, что в Шахтерске ополчение превратилось в армию по части боевого управления и тактики действий. Вы согласны с этим? 

— Во время боев в городе пришло понимание, что мы армия, появилось единое управление, а со связью — координация действий. С этого момента мое подразделение не потеряло ни одного человека. «Трехсотые» были, но не было тяжелых. И с этого момента ВСУшники не забрали ни одной жизни из моего подразделения. 

Один из танковых прорывов для ВСУ закончился печально. Мы попытались взять их в кольцо. Так что первый котел должен был быть не в Иловайске, а в Шахтерске. 

Прямой танковый прорыв пошел около шести утра. Первую «коробочку» уничтожили сразу. Человек, который ее подбил, в дальнейшем был ранен. Впоследствии он был награжден, так как его действия свели весь прорыв на нет. Один из танков ушел полями, еще один врезался в стену. Две единицы были захвачены. В течение суток они уже были в строю, действуя в обороне города. 

Никто не мог подумать, что противник попытается прямо прорываться в город. Это было неразумно. Но мы понесли тогда потери — двое погибших и раненый в «Оплоте». Обороной, будучи раненым, командовал тогда Глава (глава ДНР Александр Захарченко. — Прим. ФАН). Противник был остановлен и не достиг поставленной цели. 

Город трудовой и боевой славы

Победа в Шахтерске — предтеча Иловайского котла 

— Как вы оцениваете разгром группировки ВСУ в самом Шахтерске и на подступах к городу? 

— Стало заметно полегче, когда в город доставили первые два миномета. Это позволило вести эффективный огонь по противнику. Расчеты постоянно меняли позицию, работали продуктивно и сыграли большую роль в освобождении Шахтерска. ВСУ с огромными потерями отошли под Никишино. 

Про этот отход много рассказывали местные жители, которые не покинули свои дома. Фактически военнослужащие ВСУ спасались бегством. У них была паника. Когда ВСУшников брали в плен, они твердили почти одно и то же: должны были зайти в Шахтерск, показать силу, свой потенциал, нас должны были встречать, но не так, как встретили, ожидали совершенно другой прием. В стане противника никто не думал, что город станет могилой украинских колонн, что местные встанут в жесткую оборону, а на защиту города прибудут подкрепления. 

После Шахтерска наши подразделения закрывали котел в Иловайске. Этот первый котел окончательно сломил дух и добил боеспособность украинской армии. А бои в Шахтерске — это как раз то, что их подкосило. Здесь состоялась наша первая победа, когда Украина поняла — все будет непросто, дончане свою родную землю не отдадут. Это был перелом в боевых действиях. 

Все жители ДНР и Украины запомнят на всю жизнь котлы с огромными потерями для украинской армии. Нереальное количество боевой техники было брошено в рабочем состоянии и стало основой для частей и подразделений армии ДНР. 

Детский сад в Шахтерске

После победы сразу запустили хлебозавод 

— Какие первые задачи стояли в городе, из которого только выбили противника? 

— В районе еще продолжались боевые действия. Ситуация была сложная. Первая задача — запустить жизнедеятельность города. В ручном режиме запускали городской хлебозавод. По городу невозможно было проехать — поваленные деревья, части зданий. Бойцы расчищали улицы города с автоматами за спинами, потому что были столкновения с диверсионными группами противника. Это продолжалось в первые полтора месяца после освобождения города, но постепенно активность ДРГ спала. 

Город расчистили, вели активную работу с ключевыми коммунальными организациями города. В течение недели в городе появились свет и вода, восстановили газоснабжение. В работу активно включились добровольцы — жители города. Надо понимать, что в силу боевых действий в Шахтерске почти месяц не было света и воды. Некоторые интернет-ресурсы прозвали Шахтерск «мертвым городом». Но мы полностью запустили инфраструктуру города. 

Памятник Ленину в Шахтерске

Дело за малым — восстановить 1800 домов 

— Вас назначили мэром разрушенного города. Руки не опустились? 

— Не опустились. Был жесткий разговор с Александром Владимировичем (Захарченко. — Прим. ФАН). Я не буду его приводить. Пришли к тому, что город необходимо восстанавливать от и до. 

Во время боевых действий был уничтожен спорткомплекс «Олимп». От попаданий зажигательных снарядов ВСУ там вспыхнул сильный пожар. Потушить комплекс не было возможности. Успели вывезти часть спортинвентаря. Сейчас идет процесс реконструкции спорткомплекса. Он приобретет современный вид. Оборудование, которое удалось спасти, было возвращено назад. С новым оборудованием более чем на миллион рублей помог Роман Трошин (чемпион мира по кикбоксингу, общественный деятель ДНР. — Прим. ФАН). 

Наша задача — восстановить более 1800 домов, пострадавших в ходе боевых действий, плюс административный сектор. Сильно повреждена 16-этажка. Ее расстреливали прямым огнем танковых орудий. Выгорело несколько девятиэтажек. В одной из пятиэтажек от попаданий артиллерийских снарядов обрушились перекрытия, несколько этажей сложились. И таких домов в городе немало. 

Часть жилого сектора сегодня восстановлена. Прилагаем максимум усилий для того, чтобы окончательно перевести жизнь города в мирное русло в плане обеспечения и развития социальной инфраструктуры, восстановления жилого сектора. Да, есть сложности с финансированием, но планомерно это восстановление идет. 

Донбасс будет жить

Донбасс процветающий. Так и будет! 

— Каким вы видите будущее Донбасса? 

— Я оптимист. Уверен, что тот Донбасс, о котором мечтали, который защищали и защищают бойцы сегодня на передовой, мы увидим. Я внимательно слежу за тем, что происходит в республике, и вижу перемены к лучшему. Если есть распоряжение Главы о продуктовой безопасности республики, то начинают работать сразу несколько программ. В первую очередь это «Теплицы Донбасса», которые находятся на территории Шахтерска, на них уходит немало усилий и ресурсов. Это и ГП «Шахтерская птицефабрика», куда завезено новое оборудование, увеличено поголовье кур. Это и Розовская птицефабрика, которая обновляет кормовую базу благодаря засеваемым полям. 

Я верю в то, что Донецкая народная республика будет развиваться. Не в том русле, что мы вернемся к прежнему, нет. Я уверен, что наши братья, которые стоят на передовой, не хотят возвращения к прежнему. Я родился в Советском Союзе. Я уверен, что мы увидим Донбасс, в котором людей не будут делить на первый и второй сорта. Мы увидим Донбасс цветущим и процветающим. И хотелось бы, чтобы не только Киев, но и весь мир запомнил характер Донбасса. И я уверен, что так и будет. 

1 Организация запрещена на территории РФ.

Автор: Юрий Котенок