Новороссия
Трудно быть Сирией. Колонка Руслана Мармазова
Общество
Синоптики пообещали мартовский холод в Москве после урагана
Следующая новость
Загрузка...

    Трудно быть Сирией. Колонка Руслана Мармазова

    Трудно быть Сирией. Колонка Руслана Мармазова

    Донбасс пропал с экранов федеральных российских каналов. Или почти пропал. Нет, в ток-шоу временами бередят его раны и теребят нервы. А вот по сводкам новостей, если на них ориентироваться, может сложиться обманчивое мнение, что война как-то сама собой потихоньку сходит на нет. Рассасывается, как бы.

    Симулятор истины

    Ей-богу, в разговорах с россиянами уже несколько раз наскакивал, как утлая лодчонка на зубастый риф, даже не на ставшую привычной уверенную констатацию собеседника «у вас же теперь потише стало», а прямо-таки на убийственный в своей детской непосредственности вопрос: «Так, а война уже закончилась или нет еще?»

    И когда отвечаешь, мол, и близко конца не видно, стрельба ежедневная и еженощная, люди продолжают гибнуть, а души и судьбы калечиться, ловишь на себе недоверчивый взгляд. Зачем-де так бессовестно врать? По телевизору не говорят, значит, и нет ничего.

    Страшная, доложу вам, это штука — телевизор. Симулятор истины в последней инстанции или что-то очень на это похожее.

    Впрочем, чего это я бурчу? Когда человек находится за многие версты, за сотни или тысячи даже километров от линии фронта, вольно ему оперировать понятия «потише» и «погромче». Еще совсем недавно, какие-то четыре с небольшим года тому назад, всякие кровавые конфликты из сводок новостей меня если и цепляли за живое, то, чего уж греха таить, мяса кусками из организма не вырывали. Где они — эти воюющие сандинисты? Что там творится под обломками Югославии? Какие реалии в Чечне? Нет, меня это искренне волновало и заставляло задумываться — кому-то сочувствовать, а кого-то ненавидеть, но эдак, знаете ли, издалека.

    Опытные жители прифронтовой зоны ДНР интенсивность обстрелов характеризуют фразами: «давно такого не было», «прямо как в четырнадцатом» или «а что это прилетело»

    Арифметика адских деяний

    Когда же беда приходит в твой край, все становится куда объемней, страшнее и конкретней. Читая на лентах новостных агентств ежедневные одинаковые сводки, где меняется только количество выстрелов, произведенных украинскими войсками по ДНР, не всякий раз даже обращаю внимание на цифры. Все, что больше нуля, — это уже слишком. Нечеловечески много!

    Как только один человек зарядил снаряд и выпустил его вдаль, даже точно не зная, что попадет, но хотя бы допуская такую мысль, — это уже чудовищно. Остальное — статистика. Страшная арифметика адских деяний.

    По Донецку стреляют. И по Горловке, и по Ясиноватой. Опытные жители прифронтовой зоны интенсивность обстрелов характеризовали фразами наподобие «давно что-то такого не было», «прямо как в четырнадцатом» или «а что это прилетело, и не слышал такого раньше». Есть в этих словах чуть-чуть угрюмой бравады смертельно уставших от войны людей и опытность, которую лучше бы не иметь.

    Действительно, в последнее время выпады с той стороны линии ожесточения случаются, нет, не уникальные — в ДНР уже сложно кого-то чем-то удивить — но действительно слегка припорошенные уже пылью времени. «Давно что-то такого не было…»

    Скажем, прилетели «подарки» от бывших соседей по стране в Куйбышевский район Донецка. Не так, чтобы самый-самый центр города, но и далеко не выселки. Люди получили ранения. Мирные люди, не ополченцы. Жилье раскурочено, лохмотья нищего уюта разбросаны по улице.

    В многострадальном Зайцево, что под Горловкой, украинские «освободители» обстреляли школьный автобус. Это додуматься только! Детей пришлось срочно спасать. Пока малышню эвакуировали в безопасное место, погиб один из воинов ДНР.

    Стрелять по кладбищам… Есть в этом что-то запредельно кощунственное. Хотя, конечно, хуже, когда смертельный свинец летит в живых, а не в покойных.

    Душа в бинтах не нуждается

    Сейчас были родительские дни. Люди, понятно, тянулись к могилам, помянуть своих усопших, помолиться. Потому недоумки с другой стороны реальности молотили по кладбищам.

    Думаете, случайно? Нет, понятно. В такие совпадения в Донбассе давно перестали верить. К тому же совсем не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы заприметить закономерность: ВСУ существенно и нарочито активизируется как раз в православные даты.

    Неймется бесам, особо лютуют. А чего хотеть от карателей, которые языческим истуканам поклоняются (это не фигура речи, поганцы подразделения «Азов» сомнительно прославились своими пещерными ритуалами) или идут под благословение малахольного преступника Денисенко — самосвята Филарета?

    Стрелять по кладбищам… Есть в этом что-то запредельно кощунственное. Хотя, конечно, хуже, когда смертельный свинец летит в живых, а не в покойных. Мертвым все равно. Отлетевшие души не нуждаются в бинтах и лекарствах.

    А вот живым есть дело и до собственной жизни, разумеется, но и до поруганных усопших.

    Рядом с Донецким аэропортом, превращенным в гору апокалиптического мусора, находится Иверский монастырь и Новоигнатьевское кладбище при нем. Точнее, то, что осталось от монастыря и погоста. Дончане пытаются сейчас привести эти места в минимальный порядок, хотя и сегодня находиться там далеко не безопасно. Ездят разбирать завалы, молятся в изрешеченном храме, службы правят.

    Времена нынче такие, что у каждого в кармане, в телефоне — и фото- и видеокамера. Понятно, снимают, в Сеть выкладывают. Вот разбитая снарядом могила легендарного вратаря донецкого «Шахтера» Валентина Елинскаса. А это посеченная осколками плита над местом упокоения проректора местного университета физика Александра Ступина. Военные и гражданские, врачи и юристы, заслуженные и рядовые дончане не оставлены в покое. Их пытаются порешить повторно. Памятники разбиты, изуродованы… Не на граните, понятно, эти раны, а на сердцах и душах, и не зарубцеваться им.

    А в Сирии сейчас тяжко и жутко. Как никто сочувствую сирийцам, понимаю их и боль разделяю

    Сочувствие издалека

    Между прочим, впервые за пару последних лет в Донецке строят новые укрепления. Люди ждут прорыва с той стороны и готовятся дорого продать свои жизни. Вот как-то так. Это война, обычная война.

    А в Сирии — по телевизору показывают — сейчас тяжко и жутко. Ракеты американские прилетели. Правда, говорят, мало что порушили, слава богу, ПВО постаралась. Как никто сочувствую сирийцам, понимаю их и боль разделяю. И они дончанам, скорее всего, солидарность выражают. Издалека, как в таких случаях и бывает.

    Автор: Руслан Мармазов
    Читайте нас в Дзене