Как «заварили кашу» в Иловайском котле

Как «заварили кашу» в Иловайском котле

29.09.2014 17:52
970

Аэропорт Луганска был одним из самых современных и красивых

Аэропорт Луганска был одним из самых современных и красивых Корреспондент Федерального агентства новостей побеседовал с одним из лидеров ополчения, занимающим в армии Донецкой народной республики один из руководящих постов. По понятным причинам, мы не можем назвать ни фамилию, ни даже настоящее имя этого командира, для нас он – Алексей. Встреча с Алексеем произошла уже после прекращения активной фазы боевых действий, что дало руководителю ополчения долгожданную передышку и возможность провести несколько спокойных дней в безопасном месте. Там и состоялась беседа.

Как распознать огневые точки

«Я занимался в основном стратегией, поэтому по многим фронтам проехал, всё видел, - рассказал командир ополчения. - Начнем с того, что всё это было спланировано американцами, именно они разработали для украинцев стратегию и тактику ведения боя. Тактика заключалась в следующем: на высотах, приблизительно на расстоянии 10 км друг от друга, располагались артиллерийские огневые точки. Мы впервые это заметили и распознали в Лисичанске. Когда мы это поняли, то стали отмерять 10 км, где и находили следующую огневую точку. Как только они разворачивали эти точки, то начинают стрелять друг в друга. Нам сначала было непонятно, что они дурные, что ли? Но потом поняли: На самом деле артиллерия рисовала карту местности, попросту говоря – пристреливалась. А они с помощью GPS рассчитывали расстояние, откуда стреляли, и куда упал снаряд. Таким образом, у них появлялся точный расчет точности, расстояния, азимута и всего остального. После этого они рисуют огневую карту, и если только ты попытаешься подойти к одной из огневых точек, две другие тебя накроют. Все пристреляно, подойти невозможно».

Стало ясно, кто террорист

«Мы их долбили постоянно под Лисичанском, в Варваровке, - продолжил делиться военными историями Алексей. – В Варваровке удачно получилось: после первого минометного удара мы сразу попали в склад, и он взлетел. А наутро украинские силовики дали ответный удар, который пришелся по шахте Привольнянская. Одну девушку ранило, одну убило, и было разбито электроснабжение. И они объявили ультиматум, что если ополченцы будут наступать, то они ударят по местным жителям. Это было страшное заявление, но оно внесло ясность, кто террорист. Когда я приехал в Лисичанск, меня позвали помочь группе "Заря". Но группа была не очень многочисленная. И тогда я начал работу по объединению командиров групп. Для начала я решил организовать совместную работу над картой, на которую я наносил силы противника. Мы приглашали всех соседских командиров, все собирались вокруг карты, вносили свои коррективы, и пошло взаимодействие. Так мы действительно добились взаимодействия на своем участке фронта».

Иловайский котел

«Когда артиллерия украинской армии начала двигаться, как паук, то невозможно было её остановить, - рассказал лидер ополчения. - У нас не было ни сил, ни средств. Этот «паук» просочился мимо Дмитровки, занял юг Луганской области и дошел до самого Иловайска. Они укрепились в полях. Я сам тем временем отправился в Дмитровку, там действовала наша разрозненная группа из трехсот человек. Поступил также: дал карту, стали совместно наносить на нее силы врага. Я начал объяснять, что нужно прикрыть коридор снабжения в районе села Мариновка. Пока мы совещались, доброволец из России с позывным "Баян", берет под контроль небо. Он сбивает из ПЗРК вертолет. Вертолет падает на колону и уничтожает три автомобиля с «укропами». На следующий день "Баян" со своим отрядом сбивают самолет, через день еще один. После работы его группы, все движение с "воздуха" прекратилось, но украинские колоны еще шли. Уже после этого мы с командиром с позывными "Самурай" организовываем танковую атаку, с помощью которой, мы эту «кишку» дожали почти до конца. И после этого противник больше не мог пропускать колоны, они стали пускать одну машину раз в два часа. Тогда мы поставили дополнительные огневые точки и тем самым перекрыли эту «кишку» полностью. И вся их группировка осталась без соединения с Большой землей, и они перестали стрелять. До этого они нас «мочили», стреляли по городам, по нам. В это время уже был окружен Лисичанск. Мы организовываем разведгруппы. И вся информация, где находятся укры, у нас была. После того, как они прекратили бомбить, у нас появляются точные координаты. И начали их бить, бить крепко, целый месяц. По сведениям Министерства обороны Украины, без вести пропавших у них – 3492 человека. И это только в этом котле. Здесь же они побросали много техники. Вот в течение месяца мы их так закошмарили, что выходило около 1500 человек – это всё, что осталось от того котла, в котором было 7 тыс. человек. Этот успех - заслуга "Мичмана", "Натахи", "Баяна", "Самурая" и меня. В этих полях закопаны тысячи украинских солдат, они не смогли их вывезти».

Бой за аэропорт переломил хребет американской стратегии

«Наша тактика помогла нам захватить аэропорт Луганска и город Лутугино, что вынудило укропов бежать, потому что гаубица, которая там стояла, уже не могла их защитить, - продолжил рассказ Алексей. – Тем, кто прикрывал гаубицу, уже ничего не оставалось, кроме как бежать. И фактически им пришлось бежать за Донецк, потому что других готовых огневых точек у них не было. Получается так, что это уже второй стратегический шаг, который переломил хребет американской стратегии. Мы работали полной огневой мощью: в течении 12 часов только артиллерией было выпущено 120 тонн боеприпасов. А наши танки расстреляли по 38 осколочных снарядов каждый, всего более двухсот 200 осколочно-фугасных. От аэропорта ничего не осталось, только фасад. В бункере оставалось около трехсот человек, и им ничего не оставалось, кроме как просить коридор. Взятие аэропорта – стратегическая победа, которая поломала все планы Нацгвардии. Они не думали, что мы сможем, тупо, лобовой атакой пойти и выбить людей танками и пехотой. Это, на мой взгляд, просто надо записывать в классику современного боя. Сильнейшая операция. Конечно, были и просчеты, например мы не знали, что они разместят минометы в «зеленке». В конце взлетной полосы есть посадки, и оттуда в нас, атакующих, били минометами. Но им не хватило сил нас удержать. Танки сделали всю работу, потому что подойти было невозможно: все было заминировано, и работали снайперы».

Третья мировая война

«Перемирие – это простая фикция, это просто время на передислокацию, время, что пригнать новую технику, - считает руководитель ополчения. - Бои снова начнутся, но точно не сейчас. У них нет сейчас стратегии, это первое. У них нет денег, это второе. И у них никто не хочет воевать. Да, они подтягивают сейчас туда технику, им это им никак не поможет. Сколько бы туда не нагнали техники и людей – всё это нужно снабжать. Один танк содержать легче, чем десять. Но мы тоже сейчас будем ремонтировать технику, отдыхать и готовиться. Когда настанет необходимость, мы с новыми силами начнем сражаться за родину. На сегодняшний день, война перетекает в политическое русло. Эта война однозначно будет продолжаться. Снова начнется активная фаза. Как мне кажется, скорее всего, эта активная фаза перекинется на Европу, и это уже будет Третья мировая война.

Покушение

На меня из-за моих заявлений уже пытались совершить покушение. Я сделал несколько заявлений, и на следующее утро это всё это было совершено. Мне повезло, что я не пошел к своей машине. В машину сел мой сын, и когда он уже выезжал со стоянки, то подъехала другая машина, его затолкали назад на стоянку, но мой сын успел выскочить и убежать. А те, кто готовил покушение, в свою очередь кинулись к моей машине, в надежде захватить меня. Когда я узнал об этом, друзья-разведчики из ЛНР помогли мне выехать и спрятаться. Когда я уже отсиделся, то после этого решил «завязать» с политикой и полез на поле боя, а там-то я уже был в безопасности…», - рассказал Алексей. Роман Мартынович

Алексей Громов
ООН не комментирует законопроект о выходе США из всемирной организации
Закрыть