подписаться
Удавка на шее: почему Эрдоган так спешит встретиться с Путиным
Удавка на шее: почему Эрдоган так спешит встретиться с Путиным
Высоты и могилы Новороссии. Колонка Руслана Мармазова
Высоты и могилы Новороссии. Колонка Руслана Мармазова
Новости США: Клинтон погрязла в коррупции, стрелок из Орландо мог убить больше
Новости США: Клинтон погрязла в коррупции, стрелок из Орландо мог убить больше
Тренер: Допуск Степановой до Олимпиады — плевок в сторону России
Тренер: Допуск Степановой до Олимпиады — плевок в сторону России
ВСЕГДА БУДЬ В КУРСЕ!
×

уже подписались

СДЕЛАТЬ ВЫБОР
одноклассники твиттер вконтакте facebook

ВСТУПИТЬ В ГРУППУ

Новости партнеров
достоверно

Глазьев: Российской экономикой управляют из-за рубежа

views
14796


Центральный банк РФ действует в соответствии с рекомендациями Международного валютного фонда, которые дают результат, прямо противоположный ожидаемому. МВФ рекомендует Банку России и дальше поднимать процентные ставки по кредитам для предприятий, тогда как другим странам он подобного не советует. В результате, Россия превратилась в валютного донора, зависимого от внешнего кругооборота капитала.

Об этом на очередном заседании интеллектуального клуба «Свободная мысль» 20 октября в Москве говорил советник президента России, академик РАН Сергей Глазьев. Заседание клуба, посвященное тому, как превратить спекулятивную финансовую систему в инструмент развития, посетила корреспондент Федерального агентства новостей, где и побеседовала с советником Путина о проблемах российской экономики.

Действия ЦБР и правительства идут вразрез с мировым опытом


 Как бы вы прокомментировали тот факт, что на прошедшем инвестфоруме «Россия зовет!» работа экономического блока правительства была удостоена похвал, несмотря на кризис и сокращение ВВП? Означает ли это, что власть удовлетворена нынешним курсом экономики и не будет препятствовать ее дальнейшей либерализации?

– В условиях нарастающего хаоса президенту Владимиру Путину приходится прибегать к механизму ручного управления, давая команды на стабилизацию курса валюты, на улучшение доступа к кредиту. И в этом смысле эта политика является достаточно эффективной: если бы президент не выполнял за правительство и Центральный банк функции экономического регулирования, то спад достиг бы сегодня 15%. Только благодаря тому, что президент постоянно вмешивается и требует от денежных властей то стабилизировать курс рубля, то увеличить приток кредитов, мы так сильно еще не упали.

Но выход из этого положения может заключаться только в системной политике обеспечения благоприятных условий для расширения производства. Без активной поддержки государством производственных нововведений в целях роста нового технологического уклада обойтись невозможно.

Не случайно практически все ведущие страны мира – кроме нас – выходят постепенно из кризиса на траекторию роста. Все они создают условия для стимулирования инновационно-инвестиционной активности, прежде всего за счет кредитной накачки. В этот период процентные ставки опускаются до отрицательных величин, чтобы минимизировать риски бизнеса при освоении новых технологий. Руководство США, ЕС, Японии (а Китай всегда на этом стоял) перешли к политике количественного смягчения и безграничной эмиссии денег, и это абсолютно оправданная политика в условиях структурной перестройки экономики в связи со сменой экономических укладов.

Сегодня у ученых, как на Западе, так и на Востоке нет проблемы взять кредит. За ними бегают, предлагая: возьмите, реализуйте свои идеи. Там главная проблема – это не деньги, а инновационная активность. Поэтому, не находя предложений здесь, наши ученые уезжают туда и там благополучно реализуют свои проекты.

С момента глобального финансового кризиса объем мировых валют вырос более чем в три раза. Напечатано более трех триллионов долларов новых денег. Не все они пошли в инвестиции, но эта денежная экспансия не вызвала инфляции вопреки опасениям монетаристов. У нас же началось сжатие денежной базы. Сегодня среднегодовая эмиссия мировых валют составляет порядка 800 млрд долларов ежегодно. Это вчетверо больше всей нашей денежной базы и вдвое больше нашей денежной массы. Этот денежный поток, конечно, затрагивает нас.

Рубль – самая недооцененная валюта в мире


– Доступ к западным инвестициям – это благо или зло? Не усугубят ли они нашу зависимость от западного капитала?

– Порядка 75% нашей денежной базы сформировано под иностранные кредиты и инвестиции. Фактически, нерезиденты, имеющие возможность безгранично занимать деньги на Западе и на Востоке, сегодня управляют нашей финансовой системой.

Поэтому, строго говоря, у нас своей финансовой системы нет. Наш финансовый рынок является периферией мирового рынка, на котором идет колоссальная денежная экспансия. В отличие от передовых стран, наши финансовые власти пошли по пути не расширения кредита, а сжатия: начали повышать процентные ставки, что неизбежно повлекло за собой и сокращение экономической активности.

Когда ЦБ втрое поднял процентную ставку выше средней рентабельности в обрабатывающей промышленности, с учетом того, что половина оборотного капитала наших предприятий – это кредиты, предприятия вынуждены были либо сократить производства, либо поднять цены, либо объявить себя банкротами. Поэтому основной реакцией на повышение Центробанком процентной ставки для предприятий при одновременной девальвации рубля стал рост цен. Таким образом, политика ЦБ привела не к снижению, а к повышению инфляции.

Манипулирование процентной ставкой никак не сказывается на курсе рубля. Обменный курс российской валюты формируется под решающим влиянием спекулянтов в условиях ухода Центрального банка с рынка. 95% операций на Московской бирже – это спекулятивные операции. Экономические санкции Запада предусматривают перекрытие только кредитов на срок свыше одного месяца. А спекулянтам больше чем на неделю и не надо, поэтому при возможности брать кредиты под нулевой процент за границей ставка ЦБ никакого значения не имеет.

– Как расценивать заявления о том, что ввод ограничений на свободное движение капитала в России не планируется?

– Наши власти потеряли управление в макроэкономической сфере – и кредитом, и курсом рубля, и денежными потоками. Все это следствие ошибок, заложенных в таргетировании инфляции. Она не имеет под собой никакого научного обоснования, кроме эмпирического исследования МВФ.

Если мы не ограничиваем движение иностранного капитала через границу, то, учитывая, что наша финансовая система составляет менее 1% от мировой американоцентричной системы, наш финансовый рынок становится объектом манипуляций из-за рубежа. В Нигерии, Алжире и Мексике валюта девальвировалась на 12%, у нас – вдвое. Ведь если доля импортных потребительских товаров на нашем рынке составляет более половины, то естественно, что курс валют – главный фактор, влияющий на инфляцию.

Ни одна страна мира не практикует свободное плавание курса рубля за исключением особых случаев. Самое поразительное: наш ЦБ обладает валютными резервами, делающими рубль потенциально самой устойчивой валютой мира. Сейчас он недооценен примерно в 3,5 раза – это самая недооцененная валюта в мире и одновременно самая обеспеченная и волатильная. Это рекорд глупости в макроэкономической политике, который войдет в книгу рекордов Гиннесса.

Авиастроение способно стать нашим локомотивом развития


– И все же, какие отрасли нашей промышленности сегодня, в условиях санкций и кризиса, могли бы стать локомотивом роста экономики? 

– Прежде всего, это те отрасли, в которых имеется высокий оборот капитала и возможен быстрый эффект импортозамещения. Частично это уже происходит в агропромышленном комплексе и производстве товаров народного потребления.

Говоря о локомотивах экономического роста, я не сбрасывал бы со счетов, например, авиационное машиностроение. Конечно, в результате развала отрасли наши самолеты первое время могут стоить дороже западных. Пример банкротства «Трансаэро» показал, что базироваться на иностранной технике даже при больших государственных субсидиях нельзя. Под импорт иностранных самолетов были даны огромные льготы, включая освобождение от НДС, – это ситуацию устойчивой не делает.

Поэтому, если мы хотим устойчиво развиваться, нам надо иметь свое авиастроение. Это даст огромный синергетический эффект: один рубль, который тратится на производство самолетов, дает около 15 рублей активности в смежных отраслях, причем высокотехнологичных.

Среди локомотивов могли бы оказаться и другие отрасли машиностроения – судостроение, железнодорожное машиностроение, энергетика. Значительная часть нашей природной ренты сегодня уходит на импорт иностранного оборудования для газовой и нефтяной промышленности, которое не столь сложно и могло бы производиться у нас. Здесь потенциал импортозамещения составляет порядка четырех миллиардов долларов. И такие примеры можно найти в каждой отрасли.

Нефть может перестать быть объектом спекуляции на бирже


– Арктические энергетические проекты, дорогостоящие по оценкам многих специалистов, сейчас лучше отложить?

– Действительно, огромные ресурсы остаются на шельфе. Вовлечение этих ресурсов в коммерческий оборот требует анализа долгосрочных тенденций предложения и спроса на рынке углеводородов.

Дело в том, что с переходом на новый технологический уклад резко падает энергоемкость производства. Например, если вы переходите на светодиоды, как источник света, у вас эффективность электрического тока возрастает в несколько раз. Спрос на углеводороды как источник топлива и энергии едва ли будет расти. Возможно, он даже будет снижаться за счет распространения альтернативных источников. Возьмем солнечную энергию, которая сегодня по удельным затратам мощности сравнялась с тепловой.

Учитывая, что почти две трети добытых углеводородов мы продаем, сокращение спроса на внешних рынках, особенно европейском, неизбежно повлечет снижение цены. И если мы в течение 3–5 лет не разовьем перерабатывающие мощности и не возродим нашу промышленность органического синтеза, которая может выпускать все, что хотите: от колготок до самолетов, – есть риск, что мы не сможем найти сбыт даже для того объема добываемых ресурсов, которые имеем сегодня.

И, наконец, надо учитывать то обстоятельство, что данные минералогии позволяют подкрепить гипотезу о неорганическом происхождении углеводородов. Это означает, что их запасы могут быть возобновляемыми. А это коренным образом меняет наши представления о ценности углеводородов. Если они возобновляемы и исчерпанные запасы месторождения восстанавливаются через несколько десятилетий, значит, возможности использования нефти в качестве спекулятивного инструмента, паразитирующего на редкости, будут подорваны. И нефть – как инструмент финансовой спекуляции, определяющей ее цену, – перестанет существовать. Говоря проще, в этом случае цена на «черное золото» вернется к нормальному соотношению спроса и предложения, определяющихся на товарном рынке.

Все эти факторы необходимо учитывать, но, к сожалению, каких-то элементов стратегического планирования мы не наблюдаем.

Беседовала Екатерина Чалова

www.rambler.ru
Комментарии

18+
Почему «зло должно приходить в мир»: Лев Пирогов о пользе плюрализма

Рекомендации для вас:

Почему «зло должно приходить в мир»: Лев Пирогов о пользе плюрализма